Истинная. Перерождение. Второй шанс для темного мага (СИ)

-Всем – это тебе и паразиту внутри тебя?
Повисла тишина. Элька неспешно провела пальцами по волосам, откинула назад легкие пряди. На круглом лице играла торжествующая улыбка.
-Тебя обманули, - наконец констатировала она. – Келлфер, как демон, одурманил тебя. Выставил нас безумцами.
-Так лучше, чем думать, что ты хотела меня допрашивать, - нашлась я. Спорить с ней ощущалось бесполезным.
-Я хотела. Не потому, что перестала любить тебя, Лариана, - неожиданно смягчился высокий голос Эльки. – И не потому, что потерялась в том великом, что стало частью меня, даже если ты решила по скудоумию своему, что меня подчинили. Просто на кону намного больше, чем ты думаешь. Дело света почти задушил… - Она скривилась, будто проглотила горсть горькой соли. – Келлфер. Он начал разрушать тех, кто мог бы изменить наш мир к лучшему, понимаешь? Это намного больше меня, тебя, наших отношений. Больше даже Теа. Больше всего, что мы могли бы сделать за свою короткую бессмысленную жизнь.
-Что именно? Превратить всех в носителей?
-Ты не понимаешь, что это значит.
-Не понимаю, - охотно согласилась я. – Объясни.
-Сядь ко мне ближе. Я не прокаженная.
Я сжала зубы. Затем встала, гоня страх, и решительно опустилась во второе кресло. Только руку небрежно положила на спинку, чтобы иметь возможность быстро вскинуть ладонь вверх.
-Что это значит?
-Это симбиоз, - повторила слова Аринеллы Элька. – Я стала иной. В меня вошло божество, я стала его сосудом и орудием. Весь мир открылся мне разом. Знания, потерянные тысячелетия назад в других мирах и даже сферах. Мне стали видны тонкие переплетения волокон материи и духа. Мне не нужен был тайный язык, чтобы нести свет. Я только думала – и все сбывалось. Только очень чистая, сильная, готовая служить свету душа может соединиться с чем-то столь прекрасным. Это не наказание. Смотри.
И она завела ладонь за затылок. В пальцах блеснула заколка – металлическая, коническая с зазубриной на конце, - из тех, которыми прокалывают пучки. Элька поднесла ее к своему глазу – и медленно вонзила прямо в глазницу, не прекращая улыбаться.
Я вскрикнула и закрыла лицо руками. А потом бросилась к ней, желая отобрать проклятый предмет, но Элька уже вытащила его. Она показала мне влажные зазубрины, от вида которых меня затошнило.
-Мне даже не больно.
На меня смотрели два целых глаза.
-Как?
-Тело изменилось. Связи между его частицами стали плотными и имеющими память. Меня теперь очень сложно ранить или убить.
«Келлферу удалось».
-Теа такая же?
-Теа была первой, кто понял, что нам под силу изменить мир. И она тысячекратно сильнее меня. Ей открыты знания, о которых я пока даже не слышала. Но услышу.
-Ты веришь в это, - больше для себя проговорила я. Мерзкая заколка со звоном упала на столик и, прокатившись, оказалась на полу, совсем рядом с моей туфлей. Я подавила тошноту и желание пнуть отвратительную вещицу подальше.
-В то, что мы можем изменить мир? Как ты веришь в возможность исцеления – ведь знаешь, на что способна. Теа делает это медленно, аккуратно, бескровно. Путем Света.
Некоторое время мы молча сидели друг напротив друга. Меня тошнило, а на краю сознания билась шальная мысль, что в словах Эльки есть какой-то смысл, ведь если подобная сила не подчиняет, но попадает в руки кого-то достойного… Например, Ула. Она точно принесла бы в мир очень много добра.
«Если не подчиняет, - оборвала я себя мысленно. – Цион назвал нас культом. Культ разрушает личность».
Вспомнив о том, что нас слушают, я храбро спросила, надеясь, что это прозвучит естественно:
-А если я бы хотела быть сосудом?
-Я все еще не умалишенная, Лариана. Ты же лжешь, чтобы я рассказала тебе о ритуале, верно? – Элька откинулась назад, задрала голову, и теперь я вместо лица видела ее горло. – Но тебе же хуже. Я накажу тебя правдой, ужас которой ты осознаешь позднее, когда поймешь, что потеряла. Мы думали, ты примкнешь к нам, я была уверена, пока гниль не забралась в твою душу. Связь с тьмой осквернила тебя, поэтому Теа сняла твою кандидатуру. Мы не посмели возразить. Ты могла бы исцелять прикосновением. Останавливать эпидемии движением мысли. Вот чего ты лишилась. Мы оплакивали тебя, как Иловирис и Улу.
 
-Мы? Как его зовут? – мрачно спросила я, глядя в ее искрящиеся фальшивым светом, знакомые и одновременно чужие глаза. – Вас зовут. Не знаю, с кем говорю.
-До того, как он стал мной, ему не нужно было имя. Он не подчиняет, помнишь? Нас звали Элька.
-Звали, - сообразила я. – А сейчас? 
. 
И тут появилась Аринелла. Она выступила из темноты и протянула к Эльке руку. 
Я видела, как шевелились ее губы – но заговор не подействовал. Тем не менее Элька зажала себе рот руками и снова собралась в позу эмбриона, будто испугалась. 
Я мигом вскочила, уже понимая, что хотела сделать целительница, а она ринулась на меня с нечеловеческой быстротой. Я не успела даже моргнуть, как ее рука взбудоражила воздух у моего горла. Даже крикнуть не успела! 
Но ее руку перехватил Роберт. Я не знала, откуда он взялся, но отшатнулась – и вовремя: Аринелла сделала змеиной движение, выворачивая суставы из сочленений, и с чудовищной силой отбросила мужчину назад. Точнее, попыталась – несмотря на то, что его мотнуло в сторону, изящной руки он не отпустил. Злость исказила красивое лицо Аринеллы, она вывернулась, и тут Роберт сам оттолкнул ее, что-то шепча. Заговор был столь быстр, что мне не удалось различить звуков – лишь одну шипящую ноту. 
Как по команде, Аринелла отступила. Зло посмотрела на свои руки, потом – на шепчущего. Я заметила, что движения ее стали плавными, почти как у Эльки. 
Сердце колотилось где-то в горле. Я машинально потерла шею, ощущая собственный бешеный пульс, а потом, повинуясь инстинкту, спряталась за спиной Роберта. Директор подмигнул мне, а потом обратился к женщинам. 
Он театрально развел руками, будто сокрушаясь. На широкой ладони лежали два небольших белых камня. 
-Прошу прощения: сделал вид, что отвлекся, - лучезарно улыбнулся он. – Но вы отвлеклись по-настоящему, нельзя же быть такими доверчивыми и любопытными. Спасибо за помощь, Аринелла. А вам, мой неназванный гость, позволю себе дать совет: такие ключи надо хранить, раз уж попали в руки, и не давать строптивому носителю оставлять их где попало. Итак, расклад, - стал Роберт серьезнее. – Оба ключа, и мой, и тот, что принадлежал Аринелле, у меня. Это значит, как ты уже понял, что творить заговоры ты здесь не сможешь, выйти – тоже. А я – да. Бесконечное преимущество, верно? Убей я сейчас Аринеллу и Эльку, ты попробовал бы юркнуть в Лариану, вот только она совсем не стремится тебя принимать, так что это оказалось бы опрометчиво. Поэтому давай лучше не будем пороть горячку и поговорим. Я настроен обойтись без убийства, вне сомнений, разумных существ. 
-Как ты понял? – прозвучал голос Аринеллы. 
-О, это было примитивно до тошноты. Вечно вы нас недооцениваете, считаете низшей тупой расой. А мы верим друг другу, умеем строить гипотезы и проверять их, - отозвался Роберт. 
Целительница невозмутимо опустилась в кресло, в котором раньше сидела я, и успокаивающе положила руку на спину Эльки. Та вздрогнула, но потихоньку развернулась, словно еж в воде. Она поглядела на наставницу – Аринелла тепло улыбалась, - и совсем распрямилась, словно ощущая в себе силу. 
-Вернись, - прошептала Элька отчаянно, как могла бы умолять возлюбленного. 
-Позже, - нежно погладила ее по лицу Аринелла. 
-Вы знали, что он не в Эльке, - прошептала я. – С самого начала. 
-Так Келлан же сказал, - отмахнулся Роберт. – А зайти сюда могла только Аринелла. И потом, ты думаешь, после внушения Келлфера я рискнул бы оставить тебя наедине с с`ааром? Меня многие зовут самонадеянным, но даже я не отважился бы. 
Это звучало немного обидно. И все же в душе шевельнулась благодарность – и, если уже быть честной до конца, восхищение.