Тень за твоей спиной (СИ)
Весь день мне пришлось прикладывать усилия, чтобы удержаться и не улетать в мысли во время напряжённого рабочего процесса. К вечеру я ощущала себя как выжатый лимон и с непривычным облегчением услышала слова: «На сегодня всё, по домам!» Нервно начала собираться, подхватила сумку, повернулась и встретила задумчивый взгляд Артёма Владимировича:
— Саш, тебя подвезти?
Целый рой мыслей снова атаковал мой бедный уставший мозг: «Зачем он это предложил? Неужели, девчонки правы?» По удивлённому взгляду шефа я догадалась, что этой своей нерешительностью вызвала у него ещё большее недоумение. Действительно, не первый раз он предлагал подбросить меня до дома, особенно когда мы заканчивали так поздно, как сегодня. Обычно я соглашалась, не видя в этом ничего предосудительного. Зато теперь мне всё казалось подозрительным.
— Может, всё-таки скажешь, в чём дело? — не выдержал Артём Владимирович. Странно: или я настолько не умею скрывать свои чувства, или это он так тонко улавливает моё настроение? И то и другое мне не нравилось. Стараясь спрятать смущение, я опустила глаза и покачала головой. Шеф вернулся от входной двери к столу, присел на край и тихо продолжил:
— Ты ничего о себе не рассказываешь. Я очень мало знаю о твоей жизни вне работы. Мне интересно, почему? Я не вызываю у тебя доверия?
Ну вот, и что ответить на такой вопрос? Я собралась с силами:
— Да нет, Артём Владимирович. Дело не в доверии. Я вообще не люблю говорить о себе. Не потому что скрываю, просто… что обсуждать-то? Всё как у всех, ничего необычного.
— Ну, не скажи, я хотел бы узнать о тебе побольше, — так же тихо добавил он. В изумлении я подняла голову и встретилась с его взглядом. «Чёрт, девчонки правы, а я ненаблюдательная дура, которая не видит дальше своего носа!» — пронеслось у меня в голове. Ну или я совсем не разбираюсь во взглядах мужчин, что тоже вполне возможно, учитывая мой «богатый» опыт.
Я медленно брела домой, ёжась от прохладного весеннего воздуха и стараясь плотнее запахнуть пальто. Сумбурно отказавшись от предложения шефа, я быстро покинула офис и не стала ловить такси или дожидаться автобуса. Жила я всего минутах в двадцати неспешной прогулки от типографии, так что Артём Владимирович не слишком утруждался, изредка подбрасывая меня до дома.
Эту квартиру я сняла сразу после того, как закончился испытательный срок, и мне стали выплачивать полную зарплату. Тогда я тщательно взвесила свои финансовые возможности и решила начать самостоятельную жизнь, съехав от родителей. Месяц изучала объявления на сайтах недвижимости и выбрала себе новое жилище, в котором удачно сочетались несколько важных для меня характеристик: близость к работе, не очень современный, но вполне приличный ремонт и, конечно, доступная цена. И пусть после оплаты квартиры от моей зарплаты оставалось не так много, пока мне хватало.
Да и родители, уважая мои попытки самостоятельности, под благовидными предлогами то обеспечивали меня бытовой техникой, то загружали холодильник, то придумывали что-нибудь ещё. Так что жаловаться мне было не с чего. Да я и не жаловалась, до сегодняшнего дня будучи полностью довольной своим положением.
А что делать теперь? Если Ольге с Аллой всё же не привиделось, и Артём Владимирович… как там они выразились: ко мне не равнодушен? «Допустим, он не равнодушен, а я?» — неожиданно возник в голове вопрос. А что я? Ещё в самом начале, подавая документы в типографию, я пообещала себе не смешивать работу и личную жизнь.
Правда, слова «личная жизнь» применительно ко мне звучали слишком громко. Можно сказать, этой самой личной жизни у меня просто не было. Так уж получилось после одной не очень красивой истории на старших курсах института, когда я напугала родителей своим непривычным поведением. Так может, стоит и дальше придерживаться данного себе обещания? Пока я добиралась до дома, моё решение только окрепло.
Глава 3
Эта дурища не захотела ехать в аэропорт, осталась с бабушкой на даче. Рано утром я попыталась растолкать сестру, но она отбрыкнулась от меня.
— Ну и ладно, соня! Зато я увижу папу на три часа раньше тебя!
Угроза сработала, Алка приподнялась на кровати, но тут же рухнула лицом в подушку. Мама снизу позвала меня, и я, махнув рукой, побежала к машине.
На обратной дороге папа сам сел за руль, мама устроилась рядом. А я забралась на заднее сиденье и развернула подарок, который папа вручил мне прямо в аэропорту. Разорвав шуршащую бумагу, взвизгнула от радости — моя давняя мечта — новенький фотоаппарат! Некоторое время я изучала подарок, вертя его в руках, потом подняла голову:
— Какой классный! Здорово, что ты не привёз мне очередную дурацкую куклу, как Алке, — я покосилась на лежащий на сиденье подарок сестры.
— Маша! Ну сколько можно?! — не выдержала мама.
— Да ладно! Забавное прозвище, тем более сестричка не возражает, — папа подмигнул мне в зеркале заднего вида.
— Конечно, куда ей с Машей справиться! Она вообще все свои восемь лет ей в рот смотрит. Такое ощущение, что у наших дочерей разница не в два года, а в десять.
Мы выбрались за кольцевую, и я задремала под размеренный разговор родителей, тихо обсуждающих между собой планы на предстоящую неделю. Отчаянный визг тормозов и крик мамы я восприняла всего лишь как продолжение сна. А разбудил меня чудовищный удар и страшный скрежет сминаемого металла. Ремень безопасности впился в грудь так, что от боли перехватило дыхание. Потом вдруг на секунду наступила полная тишина. А я, спросонья не до конца понимая, что произошло, неожиданно почувствовала: моя прежняя жизнь закончилась…
***
Утром я проснулась раньше будильника и долго лежала в кровати. Несмотря на принятое вчера решение, чувство неуверенности не прошло, и предстоящая встреча с шефом вызывала у меня беспокойство. Отогнав предательскую мысль напроситься на больничный, я встала и пошла собираться.
На улице меня ждал сюрприз. Не пройдя и нескольких шагов от подъезда, я услышала призывный сигнал, повернула голову и заметила припаркованный недалеко знакомый автомобиль. Обречённо вздохнув, подошла к нему и забралась внутрь.
Артём Владимирович сдержанно поздоровался и тронулся с места, никак не объясняя своё неожиданное появление. Как будто такие утренние встречи были для нас в порядке вещей. Я нервно перебирала в уме подходящие вопросы, но все они казались или излишне откровенными, или слишком глупыми. Рассчитать, когда я выхожу из дома, зная мой адрес и обычное время появления в офисе, вряд ли было для шефа непосильной задачей. А спрашивать, зачем он приехал, я не хотела. В результате, уже когда мы заехали на стоянку у типографии, решилась и попросила:
— Артём Владимирович, пожалуйста, не надо больше за мной заезжать. Я вполне способна сама добраться до работы.
Шеф немного помолчал, хмуро глядя на меня, и ответил совсем не то, чего я ожидала:
— Вот что, забудь наконец про моё отчество. Называй просто Артёмом.
— И как вы себе это представляете? Все будут звать вас по отчеству, а я одна — по имени? С какой стати? — от неожиданности я была не очень вежлива.
— Хорошо, тогда так: на работе зови официально, а в другое время — по имени, — и, опережая мои возражения, добавил: — Всё, хватит спорить, считай это моей настоятельной просьбой. Пойдём, у нас полно дел.
Вылезая из машины и шагая за ним к офису, я думала, что его второе предложение, пожалуй, выглядит ещё более двусмысленным, чем первое.
Вечером я сидела на кухне перед остывшим ужином и мрачно вспоминала прошедший день. Как же легко оказалось выбить меня из привычной колеи! А ведь раньше я считала себя вполне уравновешенной и рассудительной. Но получается — достаточно невнятных намёков, и я уже не способна нормально выполнять профессиональные обязанности. Теперь постоянно приходится одёргивать себя, чтобы заниматься работой, а не анализом поведения шефа.