Афганский рубеж 2 (СИ)

Командир отряда уснул под фюзеляжем вертолёта, не замечая даже ползающих рядом скорпионов.
Взяв бинокль, я полез на втулку несущего винта. Посмотрев в сторону пыльной бури, меня словно током ударило. Внутри стало не по себе.
Та самая пыльная буря была большим скоплением духов, движущихся на нас цепью.
Повернулся назад и тоже посмотрел в бинокль. Картина ещё хуже — к нам на большой скорости двигались десять пикапов.
— Геннадич, мы окружены, — крикнул я.
— Что⁈ Твою мать! — подскочил Сопин, ударившись лбом об фюзеляж.
Он вылез и стал во весь рост. Взяв обратно бинокль, уже он осмотрелся по сторонам.
— Дела у нас плохи.
С каждой стороны минимум по полсотни духов, движущихся на нас.
— Группа, к бою! — скомандовал Сопин.
  
Глава 14
 
Сказать, что я обалдел — ничего не сказать. До сегодняшнего дня, наибольшее число духов я видел в ущелье месяц назад. Тогда у меня и двух моих товарищей не хватало патронов и гранат, чтобы отбиться.
Сейчас, как мне кажется, что всем душманам в радиусе 100 километров оповещение пришло.
— А как они узнали? — спрашивал у меня Кеша, забравшийся в кабину оператора.
— По почте или в рупор кто крикнул. Не знаю, какая у них там система оповещения, — ответил я, опять надевая экипировку.
Сопин занял позицию чуть позади своих парней. Я подбежал к нему и залёг.
— Что можно сделать с таким количеством духов? — спросил я, снимая автомат с предохранителя.
— Всех не перестреляем. У них там и пулемёты, и РПГ, и крупный калибр на машинах стоит. А трактора зачем пригнали? — задал сам себе вопрос Сопин, продолжая смотреть в бинокль.
— Перепахать нас хотят.
— Обломаются. Но… ситуация хреновая. На всех патронов не хватит, — ответил Игорь Геннадьевич.
Рядом с вертолётом залёг радист, который продолжал вызывать подмогу. В передней кабине сидел Кеша и тоже пробовал докричаться помощи. Видимо, включил аккумуляторы на моём рабочем месте.
Валера уже слез со втулки несущего винта, закрыв предварительно капоты. Бортовой техник залёг на другой стороне с бойцами Сопина.
И тут начал «вздрагивать» песок. И с каждым разом эти песчаные фонтаны из земли становились всё чаще. Душманы начали стрелять. Пока ещё далеко, но они слишком быстро приближаются. Особенно те, кто на машинах.
— Саня, готовься. Надеюсь, ты помнишь, как стрелять из автомата, — сказал Сопин и откатился в сторону, чтобы контролировать обстановку и перед собой, и сбоку.
Я начал звать Кешу, чтобы он вышел из кабины, но тот продолжал пытаться дозваться кого-нибудь.
Смотрю по сторонам и не могу придумать способа спасения. Надежда только что прилетят свои.
А стрельба становится всё плотнее и плотнее. Уже одна из пуль попала в фюзеляж вертолёта. Жаль, что сейчас он нам ничем не поможет. А ведь у него полный боекомплект…
— Точно! — воскликнул я и бросился к Ми-24.
Быстро забрался в кабину. Аккумуляторы в работе. Кеша пытается связаться, но сейчас он мне нужен в другом месте.
— Кеша, а ну, вылезай! Будешь руководить работой подразделения, — крикнул я Петрову.
— Чего?
— Быстро всех на хвостовую балку. Будем отстреливаться крупным калибром, — ответил я.
И правда, чего пропадать добру! У нас же есть целая ГШ-2–30, боекомплектом в 250 снарядов. Нечего ей пропадать!
Ничего не понимающий Кеша выбрался из кабины и подошёл ко мне.
— Ты чего, Сань? Я знаю, что страшно. Надо успокоиться. Может, выпить чего.
— Кеша, не надо мне тут сеанс психотерапии устраивать. Быстро всех к хвостовой балке! Я скажу, куда повернуть вертолёт.
Иннокентий почесал затылок, а потом заулыбался. Прозрел!
Пока он звал всех, я приготовил вертолёт к стрельбе. У нас есть ещё и блоки с неуправляемыми ракетами, но они при пуске дают просадку. Значит, могут просто попадать в землю.
Аккумуляторы уже включены, цепи вооружения тоже. Выбор оружия поставлен в положение НПУ-30, что означает «неподвижная пушечная установка».
— Саня, готовы! — прозвучал крик позади вертолёта.
Я посмотрел по сторонам и перед собой. Можно лупить и в данном направлении. Духи уже достаточно близко.
  
— Парень, давай в укрытие. А то гильзами засыпет, — сказал я радисту, который по-прежнему сидел рядом с вертолётом и пытался вызвать помощь.
Радист убежал. Я выдержал паузу. В душе уже почувствовал, что снова лечу.
— Огонь! — крикнул я и нажал на кнопку РС на ручке управления.
Три снаряда ушли в направлении духов. Отдача такая, что вертолёт подпрыгнул на месте, подняв в воздух пыль.
Вижу, что снаряды летят точно в направлении цепи духов. И не прошло и нескольких секунд, как вся цепь людей в одеяниях разного цвета исчезла. А точнее, душманы просто залегли. Так можно много времени выиграть до прилёта наших. При этом патронов никто не тратит.
— О! Саня — ты лучший! — слышу я сзади радостные крики.
— Саш, справа подходят, — подсказывает мне Кеша, подбежавший к кабине.
— Так, Иннокентий. Дай команду развернуть вертолёт вправо. Пока не остановлю.
— Агась! — кивнул Кеша.
Прошло несколько секунд, прежде чем я почувствовал, как вертолёт начал медленно вращаться по часовой стрелке.
— И раз! И раз! И взяли! — хором кричали мои «бурлаки».
Слаженно работаем! Теперь передо мной несколько машин, быстро спешащих в нашу сторону. Их нужно остановить обязательно. Там на каждом таком пикапе точно сидит дух с пулемётом.
— Хорош! Внимание, огонь!
Ещё даю один залп, пустив немного больше снарядов. И тут, как по заказу, сразу две вспышки. В небо взмывает огонь, и две машины прекращают движение.
— Ура! Пушка — вещь!
Но и это ещё не всё. Потенциал подобного авиационно-пушечного комплекса ещё полностью не раскрыт.
— Влево на 30° вращаем, — командую я, и снова мужики поворачивают вертолёт.
Выставились. Начинаю стрелять. Недолёт! Но и это не проблема!
— Кеша, скажи чтоб повисли на балке и сам прыгнуть не забудь.
Несколько покачиваний назад и вертолёт слегка задрал нос. Нельзя терять мгновений. Нажимаю кнопку, и несколько снарядов полетели в духов.
И тут прямое попадание! Взрыв, и вверх поднялся очередной столб пламени. Только вот куда так можно было попасть, если в данном направлении нет машин?
— Так. Мужики, ещё раз. Они кажется сейчас что-то крупное тащат.
И ещё один залп в том же направлении. Вновь взрыв! Кажется, подорвали какой-то боекомплект.
Где же наше подкрепление⁈
Так меня крутили ещё полчаса. Но чем больше перемещали вертолёт, тем глубже он зарывался в песок.
Прошло ещё с десяток минут, и Ми-24 уже солидно накренился на левый бок. Ощущение, что погнули створки отсека шасси. Ещё немного и уже стрелять из пушки будет проблематично.
Я откинулся назад в кресле и вытер с лица пот. Становилось всё жарче и жарче. А на горизонте никого.
Поднял глаза и посмотрел на очередную толпу приближающихся духов.
— Сань, есть ещё какие-нибудь идеи? — спросил Сопин, подойдя к моей кабине.
— Есть ещё ракеты, но они не так эффективны. Да и не факт, что долетят.
— Тогда давай по старинке. Занимаем окопы, — сказал Игорь Геннадьевич.
Наверное, надо переходить к обычным средствам обороны. Всё что мог, вертолёт сделал.
Я приготовился выключить автоматы защиты сети и аккумуляторы. Но тут в ушах прозвучал знакомый голос.
— 302й, я 101й, иду к вам. Как обстановка? — запросил у меня Енотаев.
Всегда рад его слышать. Особенно в такие моменты.
— 101й, мы на месте приземления. Вокруг духи, как поняли? Смыкают кольцо и очень быстро, — доложил я.
На горизонте показались несколько тёмных точек. Давно так не было тепло на душе. Но пока рано расслабляться.
— 302й, вижу бармалеев. Готов работать, — ответил Ефим Петрович.
И тут началась та самая работа! Вокруг поднималась пыль, стоял невообразимый грохот. На головы духов сыпались то неуправляемые ракеты С-8, то снаряды от пушек.