Рыжая проблема альфы (СИ)

В машине играет заводная музыка. Никто никогда нарочно не планирует умереть, и нечего настраиваться. Напротив. Я еду туда надрать пару мексиканских задниц и собираюсь получить удовольствие от защиты своего дома.
— Ты не казнил предателя, почему? — в какой-то момент спрашивает Вэл.
Делаю музыку потише.
— Я успею его казнить, — отвечаю невозмутимо. — Нет спешки. Сейчас в приоритете отбить вторжение. Если Лос-Анджелес наводнят мексикашки, Техас будет следующим. Мы пока смогли предотвратить тихий передел власти, но война так или иначе грядет, и на наших улицах прольется кровь. Нужно сейчас уничтожить как можно больше врагов.
— А если тебя убьют, а Трой там. Вдруг найдутся его единомышленники, — продолжает разглагольствовать Вэл. — Его выпустят и поставят во главе клана.
— Если я умру, мне будет плевать, — усмехаюсь, а сам вспоминаю о Рэйвен. Ей не поздоровится, если во главе клана встанет кто-то вроде Троя.
Внутри вдруг поднимается лютая тревога. Я за рулем всего два часа, мы отъехали совсем недалеко, можно повернуть и забрать с собой свою девочку. Почему я не подумал, что ей там может угрожать опасность? Поверил, что клан её принял? А вдруг Вэл прав, и у Троя остались единомышленники?
Резко торможу. Вэла конкретно так встряхивает, но он пристегнут, так что отделывается только легким испугом и недовольно смотрит на меня:
— Ты сдурел, Шейд? Чего творишь?
— Мы разворачиваемся. Садись за руль! — приказываю и выхожу из машины.
Вэл почему-то очень медленно отстегивает ремень безопасности. Мой внутренний зверь чует неладное, но мозг пока не может кристаллизовать это ощущение. Затем раздается щелчок пассажирской двери, который следом дублируется более звонким звуком, и я понимаю, что это затвор пистолета. Вэл предал. А если так, то сейчас мне предстоит среагировать быстрее пули. Но я не успеваю ничего предпринять.
Вэл выходит из-за внедорожника, держа меня на мушке.
— Зачем, Вэл? — только и могу спросить.
— Кому-то надо будет прибрать Серебристых к рукам, когда Троя прикончат на дуэли, — насмешливо произносит бывший друг. — Его изначально пустили в расход, он должен был развалить клан и уничтожить твой авторитет, но сам бы не удержал власть. Я — единственный, кто готов бросить вызов альфе Синих волков из Мексики. Я бы не дал изгнать Серебристых из Техаса.
В голове не укладывается.
— А я-то чем мешал?
— Я не знаю, чем ты Трою не угодил, может, он просто захотел собственный клан или устал тонуть в твоей тени, — холодно произносит Вэл. — Но я узнал о его плане раньше тебя. И, если честно, я тоже устал тонуть в твоей тени и хочу собственный клан. Так что извини. Наклонись, пожалуйста, к заднему колесу, разыграем, что ты пробил шину, и тут на тебя напали залетные грабители.
Я уже приметил, как его нейтрализовать, но хочу потянуть время.
— Пообещай, что не тронешь Рэйвен, — цежу сквозь зубы. — Просто дай ей уйти.
— Оставить в живых единственную свидетельницу заговора против Серебристых? Чтобы она добралась до Бартоломея и всех заложила? — усмехается Вэл и поднимает руку с часами. — Жаль тебя огорчать перед смертью, она скоро побежит по радуге вместе с тобой. Мои люди до неё уже добрались.
В желудке взрывается ледяная бомба. Тело бросает в жар, и на спине выступает испарина. Рэй — последняя, кто должен был пострадать в клубке внутренних и междоусобных интриг нашего клана.
— Давай, наклонись к колесу, и покончим с этим, — досадливо выговаривает Вэл, дулом показывая. что нужно сделать.
Мразь! Ты не оставил мне выбора. Медленно, с недовольным видом направляюсь к колесу и делаю вид, что собираюсь подчиниться, а потом совершаю резкий выпад в его сторону. Тараню живот головой. Тут же получаю болезненный удар локтем между лопаток, но мы падаем на асфальт, завязывается драка. Я оказываюсь сверху, бью Вэла в лицо, стучу запястьем о землю, вынуждая разжать руку с пистолетом, отбрасываю его в сторону, но замешкиваюсь, ловлю сокрушительный хук в левое ухо. Мир на мгновение меркнет, а когда проясняется, Вэл снова держит меня на мушке, только теперь стоит надо мной и вытирает разбитое лицо рукавом.
  
— Последние слова? — криво улыбается, говнюк!
— Сдохни! — выкрикиваю и рывком за ногу роняю его на землю.
Раздается-таки выстрел, ранит меня в руку, но я уже не замечаю боли, столько адреналина, что она теряется. Под писклявый звон в ушах на одной ноте запрыгиваю Вэлу на грудь и впечатываю подряд два тяжелых удара ему в рожу.
Он теряет ориентацию в пространстве. Убивать своих так — позорно. Или дуэль, или казнь. Но Вэл уже не свой. Он предал и должен быть устранен.
Хватаю его за голову и бью затылком об асфальт. Он только хрипит. Ещё раз. Ещё! Слышу треск черепа. Останавливаюсь, только когда на асфальт выбрызгиваются его мозги. Сдох, падла.
Встаю с трупа, подбираю пистолет и нетвердой походкой добираюсь до внедорожника. Домой! Срочно!
65. (Шейд)
Двигатель ревет, машина мчит под двести миль, максимум, который можно выжать из этого зверя. В ушах шум крови вперемешку с жестким битом композиции «Whatever it takes» от Hollywood Undead. Ставлю на репит. Потому что и правда готов положить что угодно, чтобы спасти свою девочку. Готов весь мир уничтожить.
Из близких и доверенных людей в Слитке остались только Мэтт и Бернард. И если второй — белоручка и чистюля, то к Мэтту можно обратиться с щекотливой просьбой.
— Сейчас же запечатай казино, — велю ему, когда дозваниваюсь. — Никого не впускать и не выпускать.
— Что происходит, Шейд? — с подозрением спрашивает он.
— Меня окружали предатели, Мэтт, — отвечаю с досадой. — Рэйвен в опасности. Запечатай казино и найди верных волков прочесать все этажи.
— Надземные или подземные? — спрашивает он.
— Что, блять, неясного в слове «все» Мэтт? — зверею. — У неё счет, может, идет на минуты!
— Займусь! — рапортует он.
— Займись, посади кого-нибудь камеры просмотреть! — добавляю вдогонку. — Я буду через час.
Подъезжаю к паркингу казино и не без удовлетворения обнаруживаю опущенные решетки. Мэтт все правильно сделал. Сигналю, выглядывая в окно под камеру. Одна из металлических преград поднимается, впуская меня в паркинг. Бросаю машину у лифта, даже не жду парковщика. Мэтт выходит ко мне с трагичным видом. Не нашел.
— Мы обошли все жилые и офисные помещения. Скорее всего, её увезли, — он пожимает плечами.
— Плохо искали! — вырывается с рыком.
Делаю несколько порывистых шагов, останавливаюсь. Тру лоб. Думай, Шейд. Каким был Вэл? Скрытным. Час с небольшим назад он сказал, что его убийцы уже добрались до неё. Кого бы она к себе подпустила? Кто бы мог легко втереться в доверие?
— Камеры смотрел? — втыкаю в него гневный взгляд.
— Не работали.
— Это ясно! На каких этажах?
Глаза Мэтта округляются.
— Пятый и минус четвертый… — он догадывается, что идиот.
— Вниз! Живо! — яростно жму на кнопку лифта.
Если жилые и технические помещения проверили, я знаю, куда люди Вэла могли спрятать Рэй.
Только створки лифта открываются, я первым вылетаю в коридор и со всех ног бегу к морозильной камере. Открываю. Зажигается свет, и мне становится плохо.
Посреди, прямо на полу лежит тело Рэйвен. На ней майка и джинсы, вся неприкрытая кожа белая. После такого обморожения не выживают. Она определенно мертва. Да как же так? Как так? Я не успел! Мне хочется выть в голосину от нахлынувшей горечи. Мне прямо физически больно от её потери.
Несколько мгновений мозг борется сам с собой. Хочу подбежать и поднять, но боюсь, что в руках окажется замерзшее изваяние. Надо отвернуться и не смотреть, но я не могу. Она безумно красивая. Была. Рыжие волосы лужей огня растеклись вокруг головы. Глаза закрыты. Пытаюсь разглядеть, вздымается ли её грудь — нет движения. Она мертва. И, кажется, я не смогу найти её убийц.
Стоит представить, как она умирала, делается совсем тошно. Это жестоко — замуровать её в морозилке!