Возрожденная душа (СИ)

Калла сосредоточилась на своём имени среди прочих.
Рыча между словами, голос Логана становился глубоким и хриплым, пока он почти не заговорил рычанием.
Пульс Каллы ускорился, его кожа покраснела, причём оттенок усиливался с каждой секундой.
Он наклонил голову назад, затем вперёд, поворачивая подбородок к плечам, словно разминаясь. Его мышцы дрожали и напрягались, как будто он пытался контролировать то, что овладело им. Когда он взглянул на неё, его глаза осветились красным, но в них была такая проникающая глубина, что Калла задохнулась. Его губы потемнели, пока не стали почти чёрными.
Пугающе, но красиво.
Опасно.
«Останься со мной», — напомнила она себе его слова.
Она заставила свои руки оставаться там, где он положил их над её головой, несмотря на то, что чувствовала себя такой же уязвимой, как и девственница, принесённая в жертву Кинг-Конгу.
Низкое рычание раздалось в его груди, и когда он упал вперёд, ее мышцы вздрогнули.
— Тело и душа, — прогремел он. — Мы едины, ташла. — Его лицо опустилось, и острая боль пронзила её шею.
Калла зашипела, но лежала парализованной, когда тепло разлилось по каждой клетке внутри неё, жжение рассеялось до такого всепоглощающего удовольствия, что она закрыла глаза. Она хихикнула от сопутствующего головокружения, её голова закружилась, как будто она выпила бутылку спиртного.
Колючки танцевали по её коже. Его плоть, касающаяся её сосков, заставила её выгнуться к нему.
Толстая эрекция Логана коснулась её бедер.
Да. Это было то, чего она хотела.
Волна тепла пронеслась по её телу приливными волнами огня. Боль расцвела между её бёдер.
Её губы приоткрылись.
«Возьми меня», — хотелось кричать ей.
У неё перехватило дыхание, когда она представила лицо Логана, а не демона, его большое тело, нависшее над ней, когда он проникал в неё.
Да.
Он сильнее потянул кровь из её шеи, и ещё больше эйфории разлилось по её телу, словно наркотик. Наркотик, от которого она никогда не хотела трезветь. Ощущение, не похожее ни на что другое.
Она нуждалась в нём. Боже, как он ей был нужен.
Качание головы по одеялу, из стороны в сторону, не помогло успокоить ощущение, сотрясающее её тело. Сжимание её ног под ним не смогло облегчить боль в её сердцевине, а его сила, давящая на неё, делала любое движение практически невозможным.
Зверь или человек, не имело значения, он был Логаном, и она хотела его с яростью, которой никогда раньше не испытывала.
Словно почувствовав её потребность, он отпустил её шею и медленно вошел в неё.
Да! О, боже, да.
Калла извивалась, прижимаясь к нему грудью, желая, чтобы каждый дюйм её кожи соприкасался с его кожей.
— С тобой всё в порядке, ташла? — его далекие слова эхом отдавались в её голове. — Калла, я делаю тебе больно?
Звук её имени прозвучал как ласка. Как будто он заявил о своих правах, просто сказав это. Единственное, что она смогла ответить, это покачать головой.
Сильный и мощный аромат проник в её чувства, орошая её рот, словно восхитительный одеколон, исходивший от его тела — того, который она узнала как его собственный, но в нём был пьянящий чувственный оттенок, как будто они занимались сексом несколько часов подряд. Мммм.
Ему почти не приходилось двигаться, когда её тело подвергалось волне за волной чистого удовольствия, просто удерживающего его внутри неё.
Он мурлыкал ей на ухо эротические песнопения, одновременно входя и выходя из неё, каждый толчок требовательный, но нежный.
Напряженные мышцы проходили под её ладонями, пока она бродила по его телу, от его широких плеч до узкой поясницы, не в силах ухватить его кончиками пальцев. Её мужчина. Он принадлежал ей. Грубая сила была заключена в её объятиях.
— Мой, — прошептала она с улыбкой.
Рычание вырвалось из его горла, и он ускорил темп. Пот выступил на его коже, и Калла слизнула его с плеча.
Пальцы впились ей в череп, а его язык очертил круги там, где он укусил её шею. Каждое крошечное ощущение обострилось, как будто все её чувства обострились, а щекотка только усилила её растущую потребность.
  
И она всё нарастала.
Давление сжимало её мышцы живота и бёдер, каждое скольжение внутри неё облегчало боль, всё ещё переполнявшую её сердцевину. Напрягаясь с каждым толчком, её тело изо всех сил старалось сопротивляться его ударам, скольжению, его члену, наполнявшему её, мужскому рычанию ей на ухо.
Признавала она это или нет, он трахал её — с тем же благоговением и обожанием, как богобоязненный мужчина в миссионерской деятельности, но с десятикратным волнением и пылом.
Освобождение было неизбежным. Мышцы дрожат. Всё застыло. Становилось намного более интенсивно, чем раньше, пока не…
— Я люблю тебя, Калла. — Его прерывистый шепот пронёсся по её щеке.
Ракета удовольствия пронеслась по её позвоночнику и взорвалась в затылке.
Ослепительный свет вспыхнул в её глазах, и горячие волны распространились по всем частям её тела.
Ругательство Логана ей в ухо, за которым последовал звук её имени, вызвали ещё один взрыв.
Она вскрикнула между стонами и выкрикивала его имя.
Сладкий стон. Ничего подобного она никогда раньше не чувствовала.
Внутри неё разлились импульсы тепла, когда тело Логана задрожало в её объятиях.
Однако всё на этом не закончилось. Не исчезало, как она помнила раньше. Вместо этого удовольствие продолжалось, отчего её веки отяжелели, а тело снова захотело его.
Она закрыла глаза и улыбнулась, чувствуя прижатие его губ к её. Как будто она изголодалась по этому, его вкус ослабил глубоко укоренившуюся тягу, в которой она не осознавала, что так сильно нуждалась, до этого момента.
Две души, связанные поцелуем.
— Логан, — выдохнула она. — Что со мной происходит? — её голос был невнятным, охваченный страстью мозг не мог обработать ни единой мысли, и она открыла глаза.
— Ты это чувствуешь? — в его голосе прозвучала улыбка. — Это любовь, малышка.
Он отстранился от неё и снова стал похож на её Логана: великолепная кожа оливкового цвета и карие глаза, которые, казалось, излучали в них что-то, чего она никогда раньше не видела. Счастье. Чистое удовлетворение. Это прекрасное зрелище вызвало у неё слёзы на глазах.
— Отныне, — сказал он, — когда мы сольёмся с тобой вот так, время остановится, мир перестанет вращаться. Всё, что будет, — это мы.
Калла улыбнулась и обвила руками его шею.
— Думаю, я смогу с этим справиться.
Он провёл рукой по её лицу.
— Хорошо. Потому что у меня нет намерений поступить иначе. Я твой навсегда, Калла. Даже после смерти я унесу твоё сердце с собой.
— Шшшш. — Она приложила палец к его губам. — Не говори о смерти. Я хочу слышать больше о вечности.
Прижав голову к её уху, он прошептал:
— Ты моя, Калла. В этом и заключается моя вечность.
Эпилог
Ава шагнула сквозь обломки — чёрное и пепельное месиво было всем, что осталось от камеры пыток, где её брат сеял хаос. Скелеты сгоревших жертв взлетели вверх облаком пыли, когда она пнула их ботинком.
Адский огонь, без сомнения, единственный элемент, способный уничтожать всё так, как он это сделал.
До неузнаваемости.
По лицу Авы пробежала улыбка. И бесплатно. Словно проснувшись с выигрышем в лотерею, она наконец-то обрела свободу. Никакого Райка и его железного кулака.
Отдалилась от павших навсегда.
Куда она пойдёт?
Её брат был её якорем на протяжении веков. Райк — это всё, что она знала.
Ощущение тошноты в животе заставило её присесть. На ум пришло только одно место, где она хотела быть, и с ним она облажалась по-крупному. Каликс никогда не примет её обратно. Не после того, как она предала женщину его брата.
Он всегда считал её врагом. Ненадежной.
Боль пронзила её сердце.
Фары скользнули по тому месту, что когда-то было переулком ведущему к разрушенному зданию, и Ава перебежала на другую сторону и опустилась на колени за мусорными контейнерами.