Книжные люди (ЛП)
Это работа мечты. Такой она была для меня с самого детства, с тех пор как в семь лет мама впервые привела меня в книжный магазин. Мы жили небогато, мама воспитывала меня одна, и до этого я даже не заходила в такие места. Но в тот день был мой день рождения, и мама сказала, что я могу выбрать себе любую книгу.
Я была зачарована. Красивые обложки, яркие картинки — дети, отправляющиеся в приключения, драконы, ведьмы, феи. Всё казалось волшебным. Я долго не могла выбрать — мне хотелось взять сразу всё, — но в итоге остановилась на одной книге. Про ведьму и фею. Это была моя первая книга с главами, и я прочитала её в тот же день, взахлёб, от начала до конца, без чьей-либо помощи.
С тех пор я пропала. Книги стали моим убежищем, моим островом счастья. Мама работала на второй работе в пабе по вечерам, часто оставляя меня одну. Но я не скучала. С книгой я никогда не была одинока. Никогда не боялась. С книгой я жила в замке, в дупле дерева, в подводном городе — а не в съёмной квартирке над китайским ресторанчиком, не в захудалом общежитии, не в чужой гостиной у маминых знакомых… Ну, ты понял.
Я давно мечтала о собственном книжном магазине. Но моё детство было слишком нестабильным, и я отчаянно хотела уверенности в завтрашнем дне. Поэтому, став взрослой, я спрятала эту мечту подальше и выбрала «правильный» путь — университет, стабильную работу в издательстве в Лондоне, бойфренда, работающего в финансах.
А потом умерла мама. А мой «принц» оказался жабой. И стабильность испарилась. Как и счастье.
Так что я сбежала.
Я не хотела оставаться в Лондоне. После смерти мамы мне достался её дом в Уичтри — деревне, где она выросла, но которую покинула ещё в юности. Между ней и бабушкой произошёл какой-то разлад (мама так и не объяснила), и она поклялась никогда туда не возвращаться. Свое обещание она сдержала.
Я долго не решалась, что делать с этим домом. Но после разрыва с Джаспером мне отчаянно нужно было уехать подальше. Так что я выбрала Уичтри.
Дом стоял пустым много лет, поэтому его состояние оставляло желать лучшего. Я пыталась найти банк, который согласился бы дать мне кредит, но везде получала отказ. В конце концов, я пересчитала бюджет (исключив расходы на рабочую силу, потому что у меня две руки и я умею держать кисть) и всё-таки выкроила небольшую сумму в местном строительном фонде.
Так что я взялась за ремонт — ну, то есть покрасила стены. А потом оформила первый этаж под книжный магазин.
На подготовку ушло пару месяцев. Но в конце концов я открыла магазин.
Открыть бизнес — особенно книжный магазин, особенно в сложные времена для книжной торговли, особенно в деревне, где уже есть другой книжный магазин — было рискованно. Но я была полна решимости.
И вот, спустя два месяца после открытия, я всё ещё настроена не сдаваться.
Как бы сильно ни мешал мне этот чёртов конкурент напротив.
Я негромко напеваю себе под нос, поправляя стопку триллеров, наслаждаясь тишиной моего маленького книжного царства.
Стены у меня белые, стеллажи белые, чтобы книги на их фоне выглядели ещё ярче. Белые столы с лёгким налётом винтажной потёртости, на которых я раскладываю новинки. А ещё есть небольшой уголок с моими личными рекомендациями, обозначенный красочной вывеской: «Любимые книги Кейт».
В дальнем углу стоит большой диван, покрытый разноцветными пледами, а на полу расстелён уютный ковёр. Это место, где люди могут присесть, пока рассматривают потенциальные покупки. На полках развешаны яркие таблички — некоторые забавные, например: «Книги для счастья, когда грустно!», а некоторые более серьёзные: «Возможно, вам понадобятся салфетки!»
Я хотела, чтобы здесь было ощущение, будто ты дома. Берёшь книгу, находишь уютное местечко, садишься и читаешь, расслабляешься.
Людям это нравится.
Сначала ко мне заходили в основном из любопытства — хотели посмотреть, чем занялась «девушка Джонс», просто заглядывали на разведку. Теперь, когда все уже знают о магазине, поток немного схлынул, но я слышу от посетителей самые приятные слова. Люди рады, что в доме снова кто-то живёт. Некоторые даже говорили, что раньше не заходили в книжные, потому что там не было книг, которые им нравятся, но теперь, когда они нашли Портабл Мэджик, будут приходить каждую неделю.
И они приходят.
Я вожусь с одной из витрин у входа, когда в дверь входит одна из моих постоянных клиенток — миссис Эббот, судья окружного суда в отставке, ей уже за шестьдесят. Несколько лет назад она овдовела и теперь обожает любовные романы — просто жить без них не может.
Я улыбаюсь ей.
— Доброе утро.
— Доброе утро, Кейт! — отвечает она бодро. У неё всегда приподнятое настроение, и каждое её слово звучит так, будто после него обязательно должно стоять восклицание. Определённо моя клиентка. — Мне так нравится твоя витрина сегодня!
— Отлично, — радостно говорю я. — Я её как раз для тебя и оформляла.
— Ну, ты точно продала мне как минимум две из этих книг! — В её карих глазах мелькает лукавый блеск. — Ты же знаешь, я люблю книги погорячее!
О да. Я знаю. И чем жарче, тем лучше.
— Кстати, — говорю я, — те три книги, что ты заказывала, уже пришли. Хочешь забрать их сейчас?
Она кивает, а пока я иду за прилавок, чтобы достать их, она направляется к полке с романами и берёт ещё пару книг. Затем кладёт их на стойку, ожидая, пока я пробью покупку.
— Ты, должно быть, с нетерпением ждёшь фестиваль в следующем месяце, — говорит она, как бы между делом. — Я всегда надеюсь, что там будет поменьше «высокой литературы», но, увы, мои надежды тщетны.
Я хмурюсь.
— Фестиваль? Какой ещё фестиваль?
— Весь мир - страница. Ты же слышала о нём?
По мне проходит разряд тока. Конечно, слышала. В издательстве Джеймс Лок Паблишин я не раз слышала обсуждения этого фестиваля. Он был одним из старейших литературных фестивалей в Англии, существовал с пятидесятых годов и до начала девяностых.
— Да, но я думала, он закрылся много лет назад.
— Так и было, — кивает миссис Эббот. — Но Себастиан решил его возродить.
Она смотрит на меня чуть озадаченно.
— Разве он не говорил с тобой об этом? Я бы так хотела, чтобы там было больше мероприятий для читателей вроде меня.
Я пытаюсь сосредоточиться, честное слово. Но это сложно, потому что в жилах внезапно закипает ярость.
Потому что, нет. Себастиан не говорил со мной об этом. Себастиан вообще никогда со мной не разговаривает.
Итак, подытожим: в деревне будет литературный фестиваль. Фестиваль, который он возрождает. Фестиваль, который состоится уже через месяц, и о котором он намеренно не сказал мне ни слова.
А это определённо было сделано намеренно.
Не может же владелец единственного другого книжного магазина в деревне случайно забыть об этом упомянуть.
Моя улыбка становится такой натянутой, что кажется, будто её можно просто вырезать и наклеить на лицо. Но я держу её.
Миссис Эббот ещё немного болтает, потом расплачивается за книги, я упаковываю их в пакет и жду ровно столько, сколько нужно, чтобы она вышла из магазина.
А потом выхожу сама. Резко захлопываю дверь и приклеиваю на неё записку «Вернусь через десять минут».
Я не из тех, кто любит скандалы. Предпочитаю сглаживать углы. Никогда не провоцирую конфликты. По крайней мере, так было в отношениях с Джаспером.
Но сейчас речь идёт о моей мечте. О моём книжном магазине. И я готова сражаться за него до последнего.
Поэтому, забыв про хорошие мысли, шагаю через улицу в Блэквуд Букс, едва сдерживая ярость.
Этот магазин — просто картина из сказки. Он находится в историческом, фахверковом здании эпохи Тюдоров, а внутри — как в книгах Диккенса: старые деревянные полы, панели на стенах, встроенные книжные шкафы, которые будто стоят здесь веками. Потолки низкие, с массивными деревянными балками, а ковров столько, что ими можно застелить всю Персию.
На втором этаже, куда ведёт древняя лестница, хранится коллекция редких изданий — в специальной климатической комнате.