Семейка (СИ)

Минут пять Алька помогала носить посуду со стола на кухню – на пару с Валерией.
Ждать Игоря и Алика уже не стала. Мало ли там какие у них мужские дела.
Старшие-то мужчины от обеденного стола тут же пересели за покерный столик. Девушка слушала их беседу, которая, вкратце, выливалась в один вопрос: «И как это мы раньше не вспомнили?!» И улыбалась.
Пока протирала со стола, а потом сушила рабочую клеёнку, положенную на скатерть, вышитую вручную да с роскошными кистями, заметила, что из спальни Ангелики Феодоровны вышел Игорь и направился к двери на лестницы. Хм. Когда это он прошёл гостиную так, что Алька его не заметила?.. По пути взглянул на неё. Алька улыбнулась в ответ и сразу отвернулась: «Буду сдержанной. Чтобы не пугался». 
Оглядев обеденный стол и гостиную, Алька убедилась, что больше усилия её рук не потребуется. Интересно, а где Алик, если Валерия здесь? 
Фыркнула себе под нос. Даже не заметила, как объединила брата и его Белоснежку. Задумчиво уставилась на дверь к лестницам… Раньше она побаивалась Валерии. А сегодня спокойно думает… о парочке.
Неинтересно. Неинтересно думать об Алике и его Белоснежке. Они там и без неё в своём разберутся.
Интереснее думать об Игоре. Куда он ушёл? Заметил ли он, что в его жилище чуть-чуть похозяйничали? Вообще-то, дом не его, если быть реалистом. Но, вспоминая внутреннее помещение пристроя, Алька машинально покачала головой. Железная кровать с небрежно наброшенным на неё постельным бельём. Сиротливо стоявший у окна стол с исчерканной чем-то столешницей и ободранными ножками. Два стула – один задвинут в угол комнаты, чтобы не свалился: одна ножка короче другой. Зато на нём стопки одежды. Другой стул требует к себе не меньше внимания, потому как, переставляя его в сторону, чтобы хорошенько подмести под ним, девушка охнула от неожиданности: сиденье слетело! И наврал ей Игорь, что в пристрое холодно, потому что его там не было всё это время метели. Насколько сообразила Алика, он там вообще в морозы не оставался! Ночевал в особняке. Например, в кладовой, на лавке, на одной из огромных полок. Нет, о картинах он беспокоился, потому что видела Алька что-то вроде буржуйки, которые запомнила из исторических фильмов. Так что температура на улице и в пристрое всё-таки слегка различалась.
Она медленно зашагала из гостиной второго этажа. Захотелось посидеть в своей комнате и подумать обо всём.
«Обо всём, что связано с Игорем и мной», - поправила она себя, застыв на площадке между лестницами и глядя в окно.
Погода не менялась. Бело-серые снеговые волны неподвижно мчались к своей, неизвестной людям цели. Съёжившиеся под толстыми шапками снега, деревья спали. Сначала бездумно смотревшая на зимний пейзаж за окном, Алька захлопала глазами, поймав себя на мысли, что хочет вернуться в дом Игоря, но не для того чтобы хозяйствовать в нём… Нет, вдруг страстно захотелось постоять перед его картинами – перед теми, по которым час назад скользнула скучающим взглядом. Но сейчас так потянуло очутиться среди стен, увешанных пейзажами, с которых её робко окликало лето в зелени разных оттенков.
Она стряхнула с себя оцепенение и деловито подумала: «Надо снова улучить момент, когда его займёт каким-нибудь делом, и сбегать к нему, посидеть среди его лета».
Ободрившись благодаря новой затее, с которой жизнь гораздо интереснее, Алька помчалась по последней лестнице на третий этаж.
С разбегу открыв дверь, она чуть не упала на пороге от неожиданности. 
Брат даже не удосужился сесть в лёгкое кресло, которое ему обычно нравилось. Он сидел на её кровати и задумчиво покачивался на ней, благо пружинная. На резкое появление сестры только поднял глаза.
- Ты почему сидишь на моей кровати? – возмутилась Алька, быстро подходя к нему. И засопела от негодования: он отбил её подушку до плоской лепёшки и разложил на ней карты таро!
- Потому что твоя кровать застелена, а моя лежит в твоём шкафу, - буркнул Алик.
Ответить он ответил, но не то, что хотела бы Алька от него услышать.
Она постояла перед ним, а потом села слева, чтобы не трогать, не смешивать расклад таро. Таким тяжко задумавшимся она брата давно не видела. Велела:
- Рассказывай, чё узнал.
- Много чего, – неохотно ответил Алик. – Даже не знаю, с чего начать. Хотя… Помнишь, бабуля Ангелика проговорилась, что у нас с тобой не сила, а силища? А мы до сих пор этого даже не замечали, да?.. Думали – малёхо, но сила есть. Знаешь, в чём дело? Не поверишь. На магфак берут тех, кто сумел сделать экзаменационные задания. А они, эти задания, как раз и раскрывают весь магический потенциал. То есть пока мы с тобой ныкались, тыкались да старались хоть чему-то научиться соразмерно нашим силёнкам, сила эта дремала в нас.
- Но… - прервала его обеспокоенная Алька. 
Брат поднял руку, призывая к молчанию.
- Поступившие дают магическую клятву никому не рассказывать об экзаменационных заданиях. Репетиторы нужны, чтобы выполнять с будущими студентами аналоги экзаменационных заданий, которые не раскрывают магический потенциал, а ещё затем, чтобы держать потом своего подопечного под контролем. Ну, в смысле – чтобы студент не устроил чего-нибудь… ну… магического. А бабуля Ангелика сделала так, что… освободила (или как это по-другому называется?) наши силы. Из-за дома.
- Из-за дома – понятно, а ей из-за нашего высвобождения ничего не будет? – со страхом спросила Алька.
- Я спросил. Она сказала, что возраст у неё такой, что если бы тамошние маги и хотели её как-то наказать, то её возраст не позволил бы им что-то сделать с нею.
- Так, значит, её сыновья, возможно, тоже сильные? – медленно проговорила девушка. 
- Нет, они ближе к слабым середнячкам. Она пыталась их раскрыть, используя какие-то старинные заклятия, которые использовала с успехом на нас. Но увы…
- И… что из этого? Я же вижу, ты опять целое предисловие устроил!
- Помнишь Ваську Прохорова? Я тебе про него рассказывал.
Брат остановился и на полном серьёзе стал ждать ответа от сестры.
Ошеломлённая резким переходом от магических тайн к какому-то Ваське, Алька чуть не завизжала на него. Истошно. Но собралась с силами – и только задышала так тяжело, словно только что мчалась изо всех сил – и вот свалилась на кровать… Дождавшись, пока первый порыв убить брата пройдёт, она врезала ему в плечо.
- Ты чего-о?! – отшатнулся от неё Алик. – Больно же!
- Скажи спасибо, что не ногами затоптала! – злобно ответила девушка. – Говори быстро, что хочешь сказать!
- Синяк же будет… - уже проворчал брат, пытаясь сдвинуть с плеча рубаху и высмотреть будущий синяк. – Ладно. Только не психуй. Я собираюсь своей магией Леля Ваську обогатить, чтобы к нему клиенты (особенно клиентки) в огромном количестве приезжали и чтобы он мне за это доплачивал. И тогда…
- Алик, а ты не заболел? – озабоченно спросила Алька и потрогала ему лоб. Не мокрый и не горячий, как бывало, когда брат простужался. 
- Ну и пусть! – обиделся брат. – Не хочешь знать, чего ради всё это задумал, и не буду рассказывать больше!
- Так у тебя это ещё только предисловие? – ахнула Алька. – Договаривай давай! А то ты и в самом деле меня с ума сведёшь своими подходами к главному! 
Алик внимательно посмотрел на неё и не спеша сказал:
- Если будешь смеяться, я тебе больше никогда ничего…
- Говори!
- Я хочу жениться на Валерии!
Алька с удивлением посмотрела на брата и решила выждать, что он ещё скажет. А он молчал. Глядел в пол, снова слегка покачиваясь на кровати.
Она только начала вскипать в раздражении, но вовремя пнула – мысленно, конечно же, саму себя. Во-первых, она сама велела говорить только о самом главном. Во-вторых… 
Вот тут она задумалась. Близнецы они, в конце концов, или нет? Дальше она должна понять брата и без его следующих объяснений!.. Как связаны его желание жениться и работа на того же Ваську? А просто. Куда он приведёт Валерию после свадьбы? В бабулину двухкомнатную квартирку? Вряд ли. Значит, заработанные деньги пойдут сначала на съёмное жильё, а потом он будет копить на своё собственное. Пока что сам. Валерия-то ещё учится. Но работа на Ваську… Да ещё таким образом…