Проклятые души (СИ)

— Всё… нормально, — выдохнула я, вновь принимаясь за поиски гаджета в сумке. — Просто нервничаю из-за утраты своих вещей. Если багаж не найдётся в ближайшие время, мне придётся ходить в этом всё время.
— Это не проблема, — ответил спокойно.
Не обратила на это внимания, потому что нашла смартфон. Тут же влезла в чат с Сёмычем и набрала:
«У меня катастрофа! Азенапин заставили утилизировать на таможне! Последнюю таблетку я выпила, когда приземлилась.»
На выходе нас встретил водитель и погрузил тёмно-синий саквояж шефа в багажник, после чего открыл нам дверцу дорогого чёрного авто, которое я заказывала. Ян усадил меня, а потом что-то сказал водителю. К сожалению, не услышала ни слова. В итоге нас привезли не к отелю, а к торговому центру, куда меня затащили чуть ли не силой.
— Купим тебе пару платьев и костюмов.
Моё категоричное «нет» проигнорировали, затащив в один из салонов.
Пиликнул телефон.
«Мать твою, Психопатка! Что за чёрная полоса в последнее время тебя догнала? В ОАЭ ты не купишь аналога без местного рецепта. У тебя только один выход»
Я потрясённо уставилась на экран.
«Какой?»
«Пить! Много крепкого бухла!»
«Я на работе, Сёма!»
«Тогда возвращайся. Или пей! Начинай с завтрашнего вечера, иначе, я не знаю, кто и как тебя будет вытаскивать из той задницы, что ты уже много лет успешно избегаешь. Представляешь масштабы?»
Не представляла. Я уже загривком чувствовала, что оно приближается неумолимо медленно.
Ян, говоривший с консультантом вернулся, и я, помня свою оплошность, нервно сунула смартфон в сумку.
— Ты побледнела. Всё нормально?
— Я могу вернуться в Россию?
Ян посмотрел на меня недоумённо.
— Переговоры запланированы на неделю. Я не могу улететь, пока не будут достигнуты некоторые договорённости. К сожалению, и тебя отпустить тоже не могу, потому что мне потребуется твой профессионализм. Работы будет очень много. Может расскажешь, что произошло?
Я глубоко вдохнула.
— У меня отняли препарат.
Шеф вдруг улыбнулся. Так ласково, что даже сердце на миг замерло.
— Если в этом проблема, то не стоит волноваться. Кратковременное прекращение приёма данных лекарств не несёт угрозы для твоего состояния. А, если тебе станет хуже, я знаю здесь неплохого психотерапевта.
Мне хотелось зажмурится от понимания того, что всё кончено. Уже завтра вечером я начну вести себя странно, и, если Ян этого не заметит, то будет полным придурком.
«Пить! Много крепкого бухла!» — вспомнила я сообщение Сёмы.
Похоже неделька у меня будет не из простых…
  
Глава 24
 
У номеров мы с шефом распрощались. Я с лучезарной улыбкой, что транслировалась в эфир всю дорогу от торгового центра, а он с усмешкой, которая не поддавалась объяснению.
— Увидимся за ужином? — ненавязчиво спросила я о его планах на ближайшее время.
А в ответ услышала ироничное «Угу».
Пожав плечами нырнула внутрь.
Номер в отеле был бы просто потрясным, если бы меня внутренне так не колотило от ожидания самого худшего. По этой же причине отказалась спускаться на обед. Сейчас я в полной мере могла представить себя наркоманкой с безумным взглядом, которая понимает, что доза ей больше не светит. Только у меня всё гораздо сложнее.
Ян настоял на покупке для меня одежды, которые тут же полетели на двуспальную постель. В них находились деловые и прогулочные одеяния из тончайшей и нежнейшей ткани.
Приятна ли мне такая забота шефа?
Очень.
И я бы искренне его отблагодарила за сделанное для меня, но… Сейчас у меня такое ощущение, что во всех моих бедах виноват он один. Если бы не эта командировка, я бы, наверное, ещё не скоро оказалась в такой ситуации.
Мне нервно.
Нервно, от грядущей ночи в этом номере с большой постелью и огромными окнами балкона, за которым расстилался голубой залив и белые пески. Нервно от понимания, что здесь я буду чувствовать себя куда хуже, чем своей уютной, но одинокой квартире, и даже не смогу ничего с этим поделать. Как о себе позаботится?
 
Вышла на балкон, обняв себя за плечи и с ужасом обнаружила, что он смежный с соседним номером.
Какого хрена?!
Когда я обсуждала номера с представителем отеля, мне не сказали об этом. Не сказали, мать его, что в любой момент, сидя в своей комнате, я могу встретиться с синим взглядом.
Стеклянная дверь балкона соседнего номера тут же отъехала в сторону.
Усмешка на его губах.
— Привет.
Знал? Тогда понятна усмешка и его это «Угу» у двери. Но откуда?
Не орать, Васильева. Даже не вздумай на него орать. То, что у тебя гормональный бунт — это твои проблемы. Надо было требовать больше информации о том, что заказываешь. В следующий раз интересуйся даже размером халата в ванной комнате.
Кстати…
— Я в душ, — залепила шефу и скрылась из виду, плотно затворив за собой дверь и закрыв балкон тяжелыми шторами.
Мне нужно немного охладится. Снять возбуждённое напряжение в теле, а потом думать. Много и упорно думать о том, как выбираться из этой западни, что неожиданно и тихо подкралась сзади, накрыв меня медным тазиком.
***
Время до ужина просто мчалось, таща за собой мою уверенность в себе. Если по прибытии в отель мне ещё казалось, что страшное можно оттянуть, то сейчас, пораскинув мозгами, я понимала, что всё катиться к чёртовой матери, потому что выхода из ситуации было два. Причём один краше другого.
Пить, как советовал Сёма, я не могу, потому что на работе. Можно злоупотреблять вечерами, но что тогда делать днём? Ещё один вариант рассказать всё Яну… Вот тут мозг напрочь отказывал мне в логике, потому что объективных причин умалчивать о своей проблеме нет. Он всё равно всё узнает, если проблему не решать. Но и рассказывать не хотелось. Совсем. Я всё ещё помнила, как на меня смотрели одноклассники и учителя после первого приступа. Помню, что говорили за спиной. Я не хочу видеть в его взгляде эту жалость, опаску, неприязнь. Проще прямо сейчас уволиться и полететь домой, но как я тогда дальше жить буду?
В семь часов мы с шефом спустились в ресторан, чтобы поужинать. Блюда себе заказывала самые лёгкие. Да и вообще, я в такие дни много не ем. Нервное напряжение не отпускает, поэтому большую часть времени просто ковыряла в тарелке, больше налегая на воду.
— Встреча завтра в одиннадцать. Если есть хоть что-то, что может препятствовать этому, тебе лучше сказать мне об этом сразу.
Он был не в духе.
Это слышалось в тоне, виделось во взгляде, чувствовалось на расстоянии. Улыбка на его лице была какой-то… горькой. И даже несмотря на это, мой пульс ускорялся, стоило ему только взглянуть на меня.
— С чего Вы взяли, что есть нечто, способное помешать нашей работе?
Ян вскинул бровь, насаживая кусочек стейка на блестящую вилку.
— Несколько часов назад ты хотела улететь в Россию.
— Если скажу, что всё ещё хочу того же, это что-то изменит?
— Нет, но я могу попробовать помочь в решении любых проблем, которые ждут тебя там.
А кто поможет мне с проблемами здесь?
Вздохнула, отложив вилку и вновь прильнула губами к бокалу с прохладной водой. Хотелось перевести тему, но все мысли разбежались, как тараканы при включении света. К счастью, шеф сам задал другой вопрос.
— Не желаешь прогуляться?
Замерла на мгновение, не веря своему счастью. Ослышалась? Но нет, шеф пристально наблюдал за тем, как к моим щекам приливает краска и спокойно ожидает ответа.
Под нашим балконом белый пляж. Я бы с огромным удовольствием прошлась по нему босиком, смочила бы ноги в персидском заливе, но думаю с шефом это делать не этично…
— Если желаете, — пожала я плечами.
— Отлично, — он утёр губы салфеткой и поднялся. — Тогда идём. Я вижу, у тебя совсем нет аппетита.
Отель мы покидали молча. Спокойно вышли со стороны залива и направились по умащенной дорожке вверх. Солнце уже зашло, поэтому было достаточно темно. Я не особо старалась разглядеть, окружение. Мне хватало тёплого морского воздуха, бьющего в лицо и мужчины рядом, который будоражил кровь.