Кровавый венец. Книга Первая. Проклятие (СИ)
С колокольни, что стояла в центре, грянул звук колокола. Он раздавался по всей округе и его слышали даже в других селах, что были за сотню километров. Жители, услышав его тревожный голос, кидались в дома и торопились за стены крепости со скарбом, детьми, животными. Все задвигалось, закричало, замычало. Пройдя воротами, жители определялись по небольшой площади и устраивались, освобождая места для движения воинов. Им помогали старшие отрядов, показывая места, где можно расположиться и не мешать обороняющим в их перемещениях в бою. Жители растягивали пологи от жары и дождя, стреноживали и привязывали животных, помогали готовиться к обороне, подтягивая к стенам котлы с кипящей смолой, носили камни для пращей, варили пищу. Все были заняты подготовительной работой. Они понимали, что могут рассчитывать только на толщину стен и на мужество воинов.
Воевода собрал совет старшин, и они решали первостепенные задачи по обороне и вылазкам на ближние бои. Определили два отряда, готовых к таким выходам и тактику их поведения. Кроме того, отправили ко всем близлежащим крепостям донесения о вступлении половцев на землю и возможном их движении без взятия их крепости, оставляя ту в тылу, в осаде. Кроме этого, выслали послания и в другие княжества, дабы оповестить тех о нашествии и испросить их помощи.
Так уж повелось, что помогая друг другу, они могли остановить врага и откинуть тех прочь с их земель. Подписав соответствующую памятку, они готовы были к таким выступлениям, отправляя к ним небольшие, но маневренные отряды конников и те, обходя с тыла, наносили ощутимый вред врагу и иногда заставляли отказаться от дальнейших походов вглубь территорий. Набрав достаточно добычи и встретив сопротивление, половцы чаще уходили, прихватив скот, рабов, ценности. На это рассчитывал и воевода Опраксин, отправляя воинов с донесениями к ближним князьям. А пока он со своими старшинами рассматривал со стены подход врага.
Вечерело. Уже зашло солнце, но еще стояла духота и пыль, поднятая лавиной половецкой конницы, стоявшая над их головами. Уже были слышны ржание коней и крики врагов. Через несколько часов, небольшое пространство перед крепостью было заполнено полчищем, и уже горели вдалеке избы и слышались крики оставленных животных. Ставились шатры, разводились костры. Половцы готовились к продолжительной осаде. Отряд их конников обскакал крепость по окружности, уклоняясь от стрел лучников со стен. Пробовали сами обстрелять и, обменявшись выстрелами, растворились в лагере.
Они готовились к штурму.
Воевода через узкую бойницу, рассматривал раскинувшееся под стенами войско и качал головой.
- Ты што так, отец? Али мы не отобьемся? Гляди, их не очень-то и много. Свысока видать лучше. Там, в степи, было страшнее. Пыль до небес.
- Да нет. - Морщился воевода. - Они здесь не все и нет еще таранов и камнеметов. Не подтащыли. Видать постОем тут будуть надолго. Надоть их как-то расшевелить и заставить уйтить.
- Ты ето о чем счас? – Спросила Славка, глядя в лицо отца.
- Дак, видать, разделилися. Здеся лишь половина, али треть. Так завсегда бывает, ежели осаду надумали. Остальные сильные конники обошли и двинулись далее. Зачем им становиться скопом и ждать неизвестно чего. У них мало времени, а надоть и пограбить и вернуться до морозов. Вот они и деляться на рукава и дают движения в обход, - учил воевода своих молодых соратников, а старые вторили ему, кивая головами.
Славка вглядывалась в лагерь под стенами и прикидывала, как можно потрепать вылазкой ее отряда и куда потом отойти. Представив отцу свой план, она получила полный отказ и обиделась.
- Ты мне не доверяешь? – Насупилась она, присаживаясь к столу, где сидел усталый воевода, положа руки на стол.
- Ты не лезь, куда не звали, - покачал он головой, - была ужо впереди и што? Потеряла пол отряда. Мало в тобе пока знаний. Постой на стене, понаблюдай, делай выводы.
Славка вздохнула и пошла на стены. Там, укрывшись за бойницами, рассматривала появлявшихся конных лучников, которые время от времени подскакивали к стенам и стреляли по оборонявшимся, те отвечали им тем же. Так, лениво постреливавши, они обменивались воинскими приветствиями и, выкрикивая по своему, показывали на пальцах скабрезное отношение к стоявшим на стенах. Те отвечали на русском, крыли матом и стреляли в наиболее шустро приблизившихся.
Ночь упала на оба лагеря. Затихли крики, загорелись костры, запахло пищей. Вскоре и это пропало в ночных сумерках, только слышались ржанье лошадей, да выкрики сторожей с обеих сторон.
***********************************************
Разговорный язык героев лишь слегка приближен с старославянскому, только для создания флера того времени. Он не соответствует настоящему старо-русскому, разговорному.
Автор.
Глава 4
Штурм начался с утра, как только встало солнце. Зашумели, зашевелились половцы, подтянули к стенам прибывшие ночью тараны и камнеметы.
Обороняющиеся приготовили палки сталкивать с лестницы особо ретивых, поднимали на стены котлы со смолой и горячей водой, готовили паклю, сбрасываемую горящей на головы штурмующих. Укрепляли ворота и сгоняли жителей в центральную башню, где можно было уцелеть от стрел и осколков камней противника. Все воины встали на стены и приготовились к штурму. И он начался.
Подтянутые к стене катапульты, начали забрасывать в крепость камни. Лучники на стенах обстреливали обслуживающих тараны и те падали, сраженные стрелами. Их заменяли новые и бросание камней продолжалось. Подтаскивался таран для ворот - сооружение из толстого бревна, качающееся на ременных петлях. Стрелки сверху поливали их кипящим маслом и смолой, а потом пускали зажженные стрелы. Одежда на половцах горела, слышались визги, крики, стоны. Защитники сами падали от туч стрел, бесконечно летевших из стана врага. Осколки камней стен попадали в воинов, и они падали либо раненные, либо мертвые. Женщины и подростки оттаскивали их в сторону, перевязывали, поили водой. Мужики тушили горящие постройки и возы со скарбом, стоящие под стенами, а также подавали котлы и заменяли упавших воинов на стенах. Вооружившись палками, они сталкивали ползущих по лестницам половцев, и стреляли пращами и луками.
Все присутствующие в крепости принимали участие в ее обороне, ибо понимали, что ворвавшийся враг не пощадит никого: ни женщин, ни детей, ни стариков. Башня с колоколом, возвышающаяся в центре была обстреляна, и колокол постоянно гудел от каждого попадания. Навесы над переходами горели и обрушались не только на головы осажденных, но и на забравшихся к ним врагов. Шло сражение уже на стенах. Но упорство русских и их активное противоборство имело успех. Так ничего и, не добившись, половцы отползали и убегали от стен, попадая под расстрел лучников и своих и чужих.
Это был первый штурм, и он окончился победой. Осажденные ликовали. Потом они подсчитывали свои убытки и потери, осматривали крепость и ремонтировали стены. Половцы также притихли и редко, кто вновь скакал к крепости и стрелял по сторожам.
Славка предлагала свой план вылазки и кроме всего, расставила по всем стенам миски с водой.
- Смотрите поверх, - учила она стоящих там воинов, - ежели пойдет кругами или рябью, скажите сразу. Это значит, что половцы подкоп будут сооружать. ДолжОн кажный быть настороже. Понятно?
Воины согласно кивали, так как уважали за удаль, смелость и находчивость. Все знали не только, что она дочка воеводы и еще невеста княжича, но и то, что умелый и храбрый в бою воин. Вот и сейчас она собирала свой небольшой отряд для ночной вылазки, для взятия языка и осмотра крепости снаружи.
Ворота тихо приоткрылись, и прохода не получилось сразу, так как было завалено трупами. Под шумок и дым от догорающего тарана, она пробиралась между останками половцев, и с ней еще трое ее разведчиков.
Сумерки закрывали их от глаз сторожей и своих и чужих. Пользуясь этим обстоятельством, они прошли вдоль стен и по пути прихватили зазевавшегося половецкого вора, что обшаривал, втихоря, трупы своих же земляков. Заткнув рот кляпом и связав, один из разведчиков вскинул его на плечо, и они вернулись к воротам, но там уже суетились половцы, разбирая завалы и трупы.