Беременна от нелюбимого (СИ)

— Спасибо тогда. Останешься на ужин?
— Нет, я спешу, и так задержался, у меня еще планы на вечер, — загадочно улыбается Безруков, подмигивая другу.
— Ясно. До встречи тогда.
Сережа уходит, оставляя нас с Даней одних. Оля не появляется даже на ужин. Потом уже, когда мы с Кравцовым лежим в его комнате, в которую я уже окончательно переехала, я слышу тихие крадущиеся шаги. Оля куда-то собралась. Я думала, что на кухню, но, судя по тому, что к нашим воротам подъехала и остановилась машина, она просто выскользнула из дома.
Дане говорить не собираюсь. Оля уже взрослая девочка. Да и не хочу, чтобы она потом считала меня предательницей. Все же она дорога ему, а значит, нужно наладить с ней контакт. Наверное.
Следующие несколько дней проходят в суматохе. Даня собирается в командировку. Я в столицу на работу. Уезжать не хочется, на душе тоскливо. Как-то я слишком быстро привыкла к роли примерной, в меру истеричной, ласковой и послушной.
Даня в очередной раз отчитывает за что-то Олю, я листаю ленту инстаграма, как вдруг чувствую ЭТО. Легкий удар сбоку живота, который похож на тысячи разлетевшихся по сторонам бабочек. С перепугу и неверия застываю, а потом прикладываю ладонь к тому месту в надежде, что толчок повторится.
— Даня! Да-а-а-аня! — ору словно сумасшедшая и несусь к нему. Кравцов замолкает и смотрит на меня испуганными глазами. — Он пошевелился! Ребенок пошевелился! — сообщаю я, не чувствуя себя от счастья, и бросаюсь ему на шею.
— Ох, ничего себе. Где? Он все еще толкается? — Руки Дани дрожат, когда он прикасается к моему животу в надежде почувствовать то же, что и я.
— Нет, сейчас уже нет, но он хорошо так пнул меня. Представляешь?
Я смотрю на него счастливым взглядом, не в силах перестать улыбаться, а потом замечаю застывшую рядом с нами Олю. Она стоит в стороне, но смотрит на меня уже не враждебно. Кажется, она все же рада за своего брата.
Мы встречаемся с ней взглядами, и она несмело улыбается мне, а потом разворачивается и уходит к себе. Мы же с Даней остаемся в гостиной, обнимаемся и разговариваем обо всяких глупостях.
Господи, как же это мило. Меня сейчас вырвет конфетками из радуги.
  
Глава 40
 
Уезжать не хочется, но приходится. На рассвете дом покидает Даня с небольшим чемоданом. Целует меня на прощанье, пока я полусонная лежу под одеялом и тихо прикрывает за собой дверь.
Потом собираться начинаю я. Мой багаж с трудом помещается в необъемный чемодан. Приходится просить водителя помочь мне спустить его со второго этажа.
Я в последний раз смотрю на дом, который стал для меня уже таким родным, замечаю как в окне на втором этаже колыхнулась занавеска. Оля как обычно предпочитает ни с кем не встречаться и не разговаривать. Странная она.
Сажусь в такси и по привычке поглаживаю ладонью живот. Еще немного и узнаем девочка родится или мальчик. Мы с Даней решили сделать небольшую вечеринку по этому поводу. Таня должна взять на себя часть организации. Именно ей я передам запечатанный конверт, который нам дадут на УЗИ. И она самая первая узнает пол ребёнка.
Почти три недели вдали от Дани и я начинаю скучать по нему. Это для меня становится такой неожиданностью, что даже не верю. Постоянно держу на виду телефон, на случай если у него выдастся свободная минутка, чтобы отправить мне сообщение или позвонить. Сама же полностью погружаюсь в процесс работы, наслаждаюсь вспышками камер и вниманием к себе.
Я вдруг ловлю себя на мысли, что не против еще раз забеременеть. Мне нравится эта забота, внимание и вопросы о малыше. К тому же, грудь стала больше!
Даня звонит в основном по вечерам. Его голос звучит устало и слабо. Говорит, что немного приболел, но обязательно обратится к врачу по возвращению домой.
— Если ты не поедешь в клинику, Кравцов, я тебя туда за уши оттащу, — угрожаю ему, а у самой на душе отчего-то неспокойно.
— Не волнуйся, не собираюсь я умирать, — смеется он, а потом желает мне доброй ночи.
 
Обратно я возвращаюсь как раз за день до назначенного приема у врача. Даниил уже три для как дома. Меня встречает большой букет цветов в гостиной и накрытый на двоих стол.
— Вдруг подумал, что ни разу не дарил тебе цветы, — выходит из кухни Даня и смотрит на меня тепло так и радостно. А я почему-то смущаюсь. Только и делаю что моргаю часто-часто, не в силах сдвинуться с места. — Ну, так и будешь там стоять, или обнимешь мужа? Неужели ни капельки не соскучилась? — с лукавым огоньком в глазах спрашивает Даня, пряча руки в карманах.
Я неспешно иду к нему. Останавливаюсь рядом с цветами, вдыхаю их аромат. Кажется, белых бутонов не менее сотни. Красиво так.
— Спасибо, они чудесные, — наконец-то преодолеваю последние метры, разделяющие нас и обвиваю его шею руками. Тянусь к его губам за легким поцелуем. Вдыхаю знакомый аромат и прикрываю веки, наслаждаясь теплом его тела.
— Ничего себе малыш за три недели вырос, — удивляется Даня, обхватывая руками мой живот.
— Он еще и безумно активным стал. Особенно по ночам. Пинается и не дает мне спать, — улыбаюсь я, с нежностью вспоминая легкие пиночки малыша.
Даня, не говоря ни слова, задирает мою футболку к верху, становится передо мной на колени и прижимается губами к моему животу.
— Ну, привет, карапуз, — щекочет кожу своим дыханием.
У меня ком поперек горла становится от этой картины. Отчего-то к глазам подступают слезы. Слишком уж я эмоциональной стала. Просто именно такого вот мне всегда хотелось. Мужчину, который бы приносил мне цветы, который с нетерпением ждал нашего малыша, любил нас…
Никогда бы не подумала, что с Даня будет именно тем, кто заставит почувствовать меня все это. Заставит пересмотреть свои взгляды на жизнь и изменить ценности.
— Ужин стынет, пойдем? — поднимается он с колен, в глаза мне отчего-то не смотрит, но мне кажется, что я замечаю в уголках его глаз влагу.
— Что с твоей рукой? — ловлю его за кисть. У него до локтя набита черная тату, но это не мешает увидеть небольшие припухлости от… укола в вену?
— Капельницу ставили, — хмурится Даня, — ничего страшного, не волнуйся, — быстро добавляет он. — Я просто и в самом деле, как ты просила, обратился в клинику, мне сделали доплер сосудов и отправили прокапаться. Теперь как огурчик.
Я настороженно смотрю то на его руку, обколотую иглами, то на его лицо. И если я набрала в весе за три недели, что мы не виделись, то Даня как раз наоборот — щеки впали, лицо немного осунулось. Шорты на нем висят.
— Тебе нужно лучше питаться, — говорю я, — ты совсем плохо выглядишь. С тобой точно все в порядке?
— В полном, — бодро отвечает он. А потом резко переводит тему и утягивает меня за стол.
Мы засыпаем в объятиях друг друга. Тревога не покидает мое сердце, но забывается быстро после визита к доктору. Меня разрывает от любопытства заглянуть в конверт и уже узнать пол ребенка. Но вечеринка завтра вечером, поэтому приходится терпеть.
— Может, все же одним глазком заглянем? — выдержка Дани заканчивается раньше моей.
— Нет. Сейчас отдам его Тане, чтобы соблазна не было.
— Я могу посмотреть и не говорить тебе ничего.
— Нет, Кравцов! Один день сможешь потерпеть, — прижимаю сумочку к себе, на случай если Даня решит вырвать ее у меня и отобрать результаты УЗИ.
Таня должна на завтра заказать торт, внутри будет розовый или голубой крем. И я уже не могу дождаться, когда разрежу его.
— Во сколько завтра собираемся? — Даня нетерпеливо барабанит пальцами по рулю.
 
— В пять.
— Господи, еще двадцать восемь часов терпеть. Нет, не уверен что смогу, — качает головой и смотрит на меня жалостливым взглядом.
— Даже не думай. Я кремень, — строгим голосом заявляю я, хотя сама на грани. Уже и вечеринку не хочу, может все же заглянуть, пока Даня на заправке выйдет из машины чтобы рассчитаться за бензин?