Не грози Дубровскому! Том 13 (СИ)

— А, так это. Готов присягнуть. Ты ж мне жизнь спас. Ну, и хорошо у тебя тут. Девицы вон какие… Крепенькие, — валерьян Геннадьевич шмыгнул сломанным носом, заставив меня засмеяться.
— Знаешь, я удивлён, что род Ершовых так малочислен. С твоим либидо, должно быть тысяч десять наследников.
— Так это. Меня в те времена больше власть да бессмертие интересовали. А когда в застенке пятьдесят лет посидишь, то слегка переосмысливаешь приоритеты. Так чё насчёт отсрочки?
— После визита к родне, — безапелляционно заявил я и утащил его на второй этаж замка, где выдал новый наряд и велел одеваться.
Представляете? Этот старый хрен, как только надел обновку, так и… и выпрыгнул в окно! Думал, что я его не поймаю. Но Клювик был на готове. Схватил извращугу за шиворот и притащил обратно.
— Валерьян Геннадьевич, не стыдно вам?
— Стыдно, стыдно. А чё мне стыдиться? Поживи с моё, потом про стыд говори, — фыркнул дед.
— Так я постарше тебя буду, говорил же.
Внезапно по округе пронёсся гул, а в голове возник голос Тунгуса.
«Уважаемые жители и гости Дубровки! Святой победил! Война окончена!» — торжественно заорал он, и вся округа взорвалась воплями ликования. Народ плакал, прыгал, швырял вверх шапки, смеялся и даже не представлял, что ждёт их дальше. Как только трансляция завершилась, я потянулся к Гру и он появился рядом.
— Что-то случилось? — спросил он.
— Пока нет. Но вот-вот случится.
Я посмотрел на Валерьяна Геннадьевича Ершова. Родовая форма Дубровских ему очень шла. Визуально дед даже десяток лет скинул. После победы над Абаддоном и поглощения миллионов душ, я почувствовал как внутри что-то поменялось. Значительно поменялось.
— Валерьян Геннадьевич, готов ли ты стать бессмертным стражем моего рода? Врагов у меня навалом, без дела сидеть не придётся. Тем более, ты, как я понимаю маг смерти. А в моей академии как раз нет умелого специалиста этого профиля. К тому же, ты и в демонологии подкован.
— А чё тут думать? Ясень пень, готов. Служу роду Дубровских и всё такое, — ухмыльнулся старый и козырнул. — Так что, Витёк, зачисляй в штат и дай пару выходных. Снять сексуальное напряжение, так сказать. — Дед улыбнулся и шмыгнул носом.
— Зачислю, но для начала ты должен кое-что увидеть. — Я повернулся к Гру и кивнул. — Покажи ему всю мою жизнь.
Гру подошел ближе и положил ладони на наши лбы. Яркая зелёная вспышка на миг ослепила, а через секунду всё закончилось. Но это для меня была секунда, Валерьян Геннадьевич же прожил почти сто пятьдесят лет. Сто пятьдесят чертовски насыщенных лет.
Ершов увидел, как погиб и возродился мой мир, как я уничтожал богов и целые армии противников. Он заглянул в самые глубокие уголки моей души и понял, кто я такой на самом деле. Старик рухнул на колени и заплакал. Из его глаз катились слёзы, а тело дрожало от увиденного.
— К-к-кальдер В-в-виран? Д-д-друид? — прошептал он, заикаясь.
— В этом мире я Дубровский. Если не передумал служить мне, то я готов принять клятву верности. Но запомни, назад пути не будет. Я выжгу твою клятву — на твоей же душе. Если ты её нарушишь, то умрёшь без права на перерождение.
— Виктор Игоревич. Клянусь верой и правдой служить роду Дубровских, — выпалил Ершов, поднявшись на одно колено.
Дед преобразился. Он смотрел на меня, как на небожителя, которым я, возможно, и стал. Пусть и ненадолго. Тук. Тук.Тук. Всё вокруг теряет формы и погружается в серый цвет. Тук. Тук.Тук. Протягиваю руку к душе Ершова и рисую на ней костлявым пальцем руну означающую «безграничная верность». Тук. Тук.Тук. Цвета возвращаются, а Ершов орёт от нестерпимой боли, которая разорвала его естество на куски.
— Служу роду, — прорычал он, едва оставаясь в сознании.
— Гру, перстень.
Бог покровитель протянул руку, в которой из лоз сплёлся родовой перстень. Валерьян Геннадьевич схватил его дрожащими руками и аккуратно надел на палец, будто большего сокровища в этом мире для него не существовало.
— Спасибо, — прошептал он.
— Встань и подними голову. Мы, Дубровские, не кланяемся ни перед кем.
  
— Как прикажете, Виктор Игоревич. — Из голоса Валерьяна исчезла дурашливость и это бесило.
— Выдохни ты уже. Ты не перед богом стоишь, а перед обычным человеком. Расслабься.
Ершов согласно кивнул и сделал пару глубоких вдохов и выдохов. Интересно, что его так поразило из моей биографии? То, что я убивал богов или то, что возродил собственный мир? Впрочем, это не важно. Я достал мобилет и посмотрел на экран. Пятьсот десять пропущенных. И практически все от Василия. Да уж… Нас ждёт весёлый разговор. Я набрал номер друга и тут же услышал его голос.
— Дубровский! Какого чёрта происходит⁈ Вы куда все пропали⁈ — заорал Вася так, что мне пришлось отнести трубку подальше от уха.
— И я тоже рад тебя слышать, — усмехнулся я.
— Ты не ответил на мой вопрос! — возмутился Василий.
— Да, да. Обязательно отвечу. Но для начала я хочу сообщить тебе радостную новость.
— И какую же? Ты наконец-то сменил макр в своём телефоне и снова принимаешь звонки? — язвительно спросил мой друг.
— А ты чего такой дерзкий и бойкий сегодня? Почувствовал себя лучше?
— Почувствовал. Так что за новость? — всё ещё обиженно спросил Вася.
— Нашлась ваша пропажа.
— Так мы ничего и не теряли.
— Ни «чего», а «кого»! — подчеркнул я тоном и добавил. — Я нашел вашего прадеда. Валерьяна Геннадьевича Ершова.
— Ты нашел его могилу? — прошептал Вася ошеломленно.
— Чего? Какую ещё могилу? Вот он, рядом со мной. Жив-здоров и немного бессмертен.
— Как…? В смысле? Что значит, «бессмертен»?
— Ну как-то так. Думаю, он всё вам расскажет.
— Не бросай трубку! Сейчас я позову отца! Минуту.
— Вася, пш-ш-ш. Очень плохая связь. Ш-ш-ш. Тебя не слышн ш-ш-ш, — изобразил я помехи и сбросил звонок. — Ну что, старый? Родня ждёт не дождётся, когда сможет тебя задушить в объятиях. Правда здорово, что ты бессмертный? Иначе бы они смогли задушить тебя только один раз. А так удовольствие может длиться вечность, — улыбнулся я.
— Вы правы, глава.
— Да ты достал уже, — вздохнул я. — Был таким забавным весёлым извращугой, а сейчас сломался.
— Эй! Сам ты извращуга! — возмутился Валерьян Геннадьевич, но тут же осёкся. — Эммм… В смысле, вы… В смысле, я не извращуга и вы тоже. Просто…
— Ладно, надеюсь со временем ты найдёшь грань, где перестанешь называть меня Витьком, но при этом ещё будешь оставаться забавным бессмертным извращугой.
— Как прикажете.
— А-а-а!!! — неистово заорал я, посмотрев в небо. Сломался старик, слишком много ему показал Гру, а может, даже приукрасил картинку. Я вытащил из хранилища телепортационный камень и открыл портал к поместью Ершовых. — Добро пожаловать домой, Валерьян Геннадьевич, — улыбнулся я и втолкнул старого в портальную арку.
Мы оказались на ступенях родового имения Ершовых. Повсюду суетились рабочие, крася стены в синий цвет. Имение уже отремонтировали и наводили последние штрихи. К примеру, сад, вытоптанный китайцами, уже полностью восстановили, как и забор. Я посмотрел на Валерьяна Геннадьевича и он явно нервничал, сжимая и разжимая кулаки, а лицо его побледнело.
— Идём. Нас ждут.
Я направился вверх по лестнице и потянул руку, чтобы открыть входную дверь. Полыхнуло ярко белое свечение, и нас с Валерьяном Геннадьевичем закинуло в зал исполинских масштабов. Потолок нависал в сотне метров над землёй. Огромные колонны уходили ввысь, а пол был устелен искрящимся камнем голубого оттенка. Это место я безошибочно узнал. Проклятый суд богов. Какого чёрта им нужно?
Мощь богов вибрировала в воздухе, но уже не пугала. Более того, если я выплесну свою ауру, то создам куда более устрашающую вибрацию. В конце зала виднелась дверь исполинских масштабов. В высоту около пятидесяти метров и в ширину не менее тридцати.
— Э-э-э. Это судилище богов? — шепотом спросил Валерьян, зыркая по сторонам.
— Ты совершенно прав. Видать, мы где-то накосячили, за что нас и будут судить, — улыбнулся я.