Выход на орбиту (СИ)

— А-а-а, му-ю, и-э-э-э, а-д-ж-ж-ж…
Чтобы там не происходило, женские руки работают на автопилоте, подогревая мужчине завтрак. Заходит СунОк, так же на автопилоте присоединяется к маминым хлопотам, занимаясь чаем. В какой-то момент СунОк поворачивается к ЧжуВону и замирает. Была бы в руках чашка, упала бы на пол.
ДжеМин слегка толкает её в плечо и с улыбкой спрашивает:
— Чего ты замерла? Налей ЧжуВону чаю.
— Что? — До ЧжуВона что-то доходит. — Чего вы так на меня смотрите?
— ЧжуВон-оппа, ты решил стать айдолом? Краситься стал по утрам…
Недоумевающее лицо ЧжуВона через секунду становится негодующим. Он бросается из кухни в прихожую, к ближайшему зеркалу. Ещё через секунду оттуда доносится рёв раненого мамонта.
— Где она?!
Женщины пожимают плечами, они не знают. ЧжуВон, враз сбросивший с себя утреннюю негу, через три ступеньки несётся наверх. Полы халата развеваются вокруг могучих ног. Переглянувшись, ДжеМин и СунОк начинают безудержно хихикать. СунОк находит повод осудить сестру.
— Себе такие глаза никогда не делала. А ведь умеет!
— У неё и так глаза красивые, — защищает младшую ДжеМин.
Сверху доносится топот, взрывается и смолкает смех Юны, слышится грозное бурчание ЧжуВона.
— Как бы он чего с ней не сделал, — беспокоится СунОк.
— Самое страшное, что может случиться — родит раньше, — спокойно замечает мать. — Я только рада буду.
15 августа, понедельник, время 09:45.
Университет Хангук, класс со спецгруппой русского языка.
— Сла Саса по шассе и сусила сиську… — в классе смех, пытается другой.
— Сшла Саша по шассе и сосала… — молодец! Почти сказал. Дальше! — …систишечки.
Нет, меня всё-таки срубает от смеха. Думала всё, ничем меня не удивишь, но нет, мои подопечные выдают вариант за вариантом. Я бы удержалась, но некоторые из студентов, более продвинутые, буквально корчатся от смеха. Очень заразительного.
Язык следует изучать с фонетики и привязки к письму. Русский язык в этом плане самый удобный. Произношение процентов на девяносто пять соответствует написанию. И даже если говорить строго по написанному, «Что» вместо «што», «кОрова» вместо «кАрова», тебя прекрасно поймут. Да и несоответствия написанному безударных гласных — послабление говорящему. Так проще, «а» говорить проще, чем «о».
Сложности в обучении корейцев русскому языку, тем не менее, огромные. Один барьер, общий для многих иностранцев, твёрдый звук «р». В корейском языке тоже нет такого звука. Нет «ц», фамилия русского корейца Виктора Цоя на самом деле в родной среде звучит примерно, как «Чхой». Нет звука «ф» и «в», сложности с другими буквами. То бишь, фонетика отличается очень сильно.
Более иль менее, мы всё это прошли, хотя рытвины остаются и мы их сейчас преодолеваем с помощью скороговорок, которые один из моих подопечных долго и упорно называл «сковородками». Звукосочетание «рл» одна из таких рытвин, немало мы повеселились на словах «орлы», «Берлин» и тому подобного. Ещё они часто неуместно смягчают и глотают гласные, например, фраза «пороша не бела, а белым-бела» звучит так: «пороша не бля, а блим-бля». Когда приедут в Россию, местные будут ходить за ними толпами и от души потешаться.
Эта группа — мой дипломный проект. Как обучу русскому языку, получу университетский диплом. Не сразу, конечно, примерно через восемь-девять месяцев. Ничего. Мне есть чем заняться.
— Расскажите мне, как вы начали день с момента, когда проснулись, — поднимаю одного студента.
Слушаю его и заставляю слушать остальных. Ошибки поправляю на ходу. Затем следующего, который, разумеется, пользуется предыдущим рассказом, как заготовкой для себя. И правильно делает. Порадовал один парень, — кстати, девчонок всего две из тридцати человек, — который строит своё жизнеописание, как надстройку над предыдущими речами.
— Я встал, чуть позже, чем мои друзья, но вместо кофе или чая утром выпил яблочный сок…
Ну, и так далее. Весь рассказ на этом строится, вот это он сделал, как все, а вот тут — по-своему. Ставлю ему плюсик в своих учётных записях.
 
Заканчиваю занятия и галопом к начальству, у меня ж куратор есть, декан лингвистического факультета. Большой, святые апельсины, начальник. Ревниво оглядываю секретаршу и успокаиваюсь. Моя ДжиХён её перебьёт одной левой. Ножкой.
— Кунчанним занят… — секретарша говорит на автопилоте, не отрываясь от компьютера, бойко стуча по клавишам. — Холь! Госпожа… Агдан?
Первый раз меня увидела? Наверное. В кабинет декана я нагрянула первый раз, до сего дня необходимости не было.
— А вы что, милочка, думали, что людей, которых показывают в телевизоре, на самом деле не существует? — что-то меня пробивает на саркастический юмор.
Через четверть минуты, отойдя от шока, секретарша, кокетливо потряхивая выбеленной красиво свивающей до подбородка прядкой, соединилась с начальством и пропустила меня пред светлые очи высокого начальства.
— Господин БинСу, почему не выполняете наши договорённости? — не с места в карьер, но сразу после приветствий ставлю вопрос ребром.
Импозантно интеллигентный декан напускает во взор недоумение, за которым тщательно прячется смущение и понимание.
— О каких договорённостях речь, госпожа Агдан?
Вопросы со статусами решила с первого дня. Присутствовал и декан и другие официальные лица при нашем общем разговоре, уже без участия советника Ли. Так вот ректор университета ясно дал понять присутствующим, что мой статус в Хангуке уступает только его, ректора, личному статусу. Переводить никому не надо.
Напоминаю о договорённостях.
— Видите ли, госпожа Агдан, мы просто не знаем, как это обеспечить.
Не знают они… что тут знать-то? Начинаю втолковывать. Через полчаса декан вызывает коменданта, ведающего расселением студентов. Отдельного кемпинга мне не досталось, но блок в одном общежитии предоставили.
Не слезаю с них два часа, пока мои взмыленные студенты собираются в кучу. Соответственно, не менее взмыленные, но не мои студенты, разбегаюся по старым норам моих подопечных.
— На входе в блок организуйте предупреждающую надпись: «Все, проживающие в блоке 73, разговаривают только по-русски». На трёх языках: корейском, русском, английском. И чтобы без ошибок! — инструктирую старосту группы. Угадайте с трёх раз, как его выбрали? Правильно, он старше всех по возрасту.
А я иду в технический центр университета. Для моей группы надо организовать отдельный блок телеканалов и радиовещания. Исключительно на русском языке.
15 августа, понедельник, время 15:15
Особняк Агдан.
Обломился сегодня Чжу с совместным обедом. Обеденное время проваландалась в Хангуке, заменив его бутербродом и стаканом сока. И вместо агентства поехала домой. Мне там удобнее, на работе покоя не дадут. Мне можно, у меня, как владелицы и высшего руководителя, свободное посещение. Справедливо или нет, но у начальства всегда больше привилегий.
Мама очень довольна, что я дома пообедала. Теперь лежу на диванчике, на спине мурлычет не менее мамы счастливая Мульча, а я втыкаю в планшет и качаю русские фильмы. Самого разного жанра и качества. И песни, тоже разных жанров. От частушек до романсов.
Метод полного погружения в языковую среду он именно такой. Мои студенты должны просыпаться под русские песни или хотя бы мерзкую команду «Группа, подъём!!!». Под весёлую физкультурную песенку делать зарядку, желать по-русски друг другу доброго утра. Или провалиться нафиг. Не важно, главное по-русски. Днём учиться, вечером смотреть русские фильмы и опять слушать песни и тексты. Писать письма, статьи и сочинения на разные темы. Разговаривать только по-русски, попавшиеся на использовании родного языка получают штрафные баллы, отработку которых организует староста. Например, уборку помещений общего пользования, дежурство по блоку в «почётной» должности мальчика на побегушках. Самое страшное наказание — выучить дополнительный стих сверх программы. Чем-то я уже их озадачила, чем-то ещё «обрадую».