Правило Диксона (ЛП)
— Не это я имел в виду. Все, что я говорю, это то, что нам стоит рассмотреть вариант отношений с преимуществами.
— Я думала, ты сказаа, что не хочешь заниматься одноразовыми связями.
— Это не будет одноразовым делом. Это будет долговременным. Я имею в виду, если нам уже приходится делать вид, что мы вцепились друг в друга этим летом ради Перси, мы могли бы действительно прикоснуться друг к другу. Что ты теряешь?
— Мое терпение. Мое достоинство. Мою невинность.
Шейн вздыхает с разочарованием. — Ты обязательно должна продолжать притворяться, что тебя это не волнует? — Он в неопределенном жесте указывает на свое тело.
— На что ты указываешь?
— На свой член. Перестань делать вид, что он не возбуждает тебя.
— О боже, ты такой самодовольный.
Он только улыбается. — Так что… по поводу этого предложения о дружбе с привилегиями?
Я стучу себя по лбу, притворяясь, что вспомнила что-то важное. — О, черт, я забыла сказать тебе. Я на самом деле очень тщательно отбираю своих друзей с привилегиями. Есть целый процесс подачи заявки.
Шейн играет с этим. — О, правда? Могу я получить копию заявки?
— К сожалению, я сейчас редактирую ее, чтобы сделать более подробной, так что в данный момент я не принимаю заявки. Но может быть, ты сможешь подать заявку в следующем году.
Он кидает мне серьезный взгляд. — Пожалуйста, дай мне знать, когда снова откроется вакансия.
— Ты будешь первым, кому я сообщу, — обещаю я. — А точнее, последним.
Мы проходим мимо Sweet Birch, когда Перси внезапно выходит из двери. Параноидальная часть моего мозга думает, что он поджидал нас. Скрывался в лобби в ожидании момента, чтобы появиться. Но моя логика говорит, что это безумие. Он не мог бы так хорошо все спланировать.
Его выражение темнеет, когда он замечает нас, но он быстро восстанавливается и натягивает слабую улыбку.
Шейн останавливается, но я хватаю его за руку и тяну вперед. — Иди дальше, — шепчу я.
— Диана, — зовет Перси сзади. — У тебя есть минутка?
Я игнорирую его и ускоряю шаг, почти волоча Шейна за собой. Тревога снова поднимается, сжимая мое горло. Это чувство стало знакомым, и мне ненавистно, что оно стало таким. Из-за Перси я чувствую себя беспомощной и пойманной в ловушку. Я хочу позвонить своему отцу и умолять его приехать сюда, взять Перси за воротник и выкинуть его в другое чертово состояние. Но я не могу просить отца решить мои проблемы. Я должна решить их сама.
Я вдыхаю как можно глубже, но чувствую себя еще более головокружительно к тому моменту, как мы входим в лобби.
Я не знаю, что Шейн видит на моем лице — надеюсь, это не страх, — но что бы это ни было, это заставляет его челюсть напрягаться. — Хочешь, чтобы я поговорил с ним?
— Нет. Я надеюсь, что если я проигнорирую его, он в конце концов уйдет.
Это, похоже, не удовлетворяет Шейна, но после паузы он пожимает плечами. —Ладно. Сообщи, если передумаешь. Мы поднимаемся на верхнюю площадку. —Что взять на ужин?
Я понимаю, что аппетита у меня совсем нет. Вид Перси уничтожил его.
— Знаешь что, я передумала насчет ужина. У меня болит голова, — вру я. — Думаю, я приму душ и немного полежу.
— Ты уверена...
— Позже, Линдли. Я проскальзываю в свою квартиру, прежде чем Шейн успевает возразить.
Глава 21
Шейн
Мы завирусились
Диана и Джиджи вернулись с примерки платьев около двух часов в воскресенье. Солнце все еще палит, и Райдер присоединяется к нам у бассейна Медоу-Хилл. Мы захватываем четыре шезлонга и обмазываемся солнцезащитным кремом.
Пока девочки загорают, я устраиваю Райдеру настоящее испытание в гонке, за что получаю громкие аплодисменты от шумных подростков в бассейне. Дети Дэйва и Марни теперь могут со мной общаться, так как соседи больше не ненавидят меня. Вероника, конечно, развалилась на своем привычном шезлонге и явно рассматривает Райдера и меня. Это идеальный день у бассейна с хорошими друзьями, солнцем и пивом.
Единственная проблема в том, что Диана и я постоянно забываем, что должны изображать пару. Среди наших лучших друзей мы естественным образом возвращаемся к своим старым ролям. То есть, Диана ненавидит Шейна, а Шейн стремится раздражать её.
Выбиравшись из бассейна, я наблюдаю, как Диана указывает что-то на облаках Джиджи. — Вот, вот. Видишь?
Джиджи надевает солнечные очки, чтобы лучше рассмотреть. — Нет.
Я вытираюсь полотенцем и сажусь на шезлонг рядом с Дианой, пока Райдер растягивается рядом со своей женой.
— На что мы смотрим? — спрашиваю я с интересом.
— То облако наверху похоже на волшебника. Он в цилиндре и держит в одной руке кролика, а в другой — огромный нож.
— Это мрачно, — говорю я.
— Эй, я не виновата. Такие облака сегодня.
Я закатываю глаза. — У тебя проблемы.
— Ты даже не попытался это увидеть, — обвиняет она меня.
— Зачем? Его там нет.
— Попробуй.
— Хорошо. Где?
— Смотри на разрыв между двумя облаками слева от солнца.
Я делаю глубокий вдох. — Чёрт, этот кролик сейчас получит порез по горлу.
Лицо Дианы озаряется. — Ты действительно видишь это?
— Нет. Нет, Диксон. Конечно, нет.
Она недовольно ворчит. — Почему ты вообще притворяешься?
— Потому что приятно видеть, как ты радостно мечтаешь, а потом разрушать твои иллюзии.
— Я тебя крайне не люблю.
— О, нет. Как я буду спать ночью с этим знанием, мешающим моему сну?
Сухой голос прерывает нас.
— Вы уверены, что вы вместе? — спрашивает Джиджи, поднимая бровь.
Хотя она шутит, я замечаю блеск скептицизма в её серых глазах.
И хотя я сказал Райдеру, что мы встречаемся, мне не нравится делать вид в присутствии наших лучших друзей.
Я смотрю на Диану в немом вопросе, не стоит ли нам признаться. Её виноватый взгляд подтверждает, что ей тоже трудно открыто врать. В её зелёных глазах появляется осознание, и я подозреваю, что она вот-вот раскроет правду — пока её бывший не появляется в зоне видимости.