Высокий, царственный и сварливый (ЛП)

— Да, я обещаю.
В тишине раздалось тихое биение сердца.
— Подними голову.
Кай поднял голову, глядя прямо перед собой на торс своего отца. Пьер поднялся на три ступеньки платформы и позади Кая подошел к королеве. Она взяла серебряную корону обеими руками.
— Тогда, громко объявил король Рами. — Королева Лейла Рани Тома и я, король Рами Лэндон Айан Тома, избираем тебя, Кай Тома, следующим законным правителем и главой государства.
Комок гордости и счастья застрял у меня в горле, когда королева Лейла надела корону на голову Кая, слегка повернув её.
— Можешь встать, наследный принц Кай.
Кай уже почти поднялся на ноги, когда радостный вой, улюлюканье и аплодисменты пригрозили сорвать потолок с Большого зала. Звук стал только громче, когда он вздернул подбородок и улыбнулся так чертовски великолепно.
Я хотела быть громче всех. Я хотела прыгать вверх — вниз, подбадривать и кричать: “Это мой парень!” К сожалению, такое недостойное поведение было невозможно для принцессы Эсмеральды. Мне придётся подождать момента, когда я буду девушкой Эсмеральдой, его Бэббл, чтобы сделать это.
Итак, я улыбнулась так широко, как только могла растянуть рот, и зааплодировала так сильно, что у меня защипало в ладонях. Пьер первым склонился перед Каем, я имела в виду моего сексуального, красивого наследного принца Кая, за которым последовала каждая королевская семья. Я подпрыгивал на ногах, когда настала наша с Каримом очередь.
Стоявший рядом Карим склонил голову, а я присела в глубоком реверансе, затем Кай ответил на жест глубокого уважения низким кивком.
— Поздравляю, Ваше Высочество, — сказал Карим. — Вы действительно заслуживаете этого.
— Благодарю вас, Ваше Величество, — ответил Кай, его ясный взгляд скользнул ко мне.
— Поздравляю, — застенчиво сказала я.
Его губы дрогнули, когда он потянул себя за мочку левого уха.
— Спасибо.
Чёрт возьми. Чего бы я только не отдала, чтобы броситься в его объятия и расцеловать всё его идеальное лицо. Но это был его момент проявить себя, и я не хотела лишать его этого, давая людям повод говорить о нас, а не о нём и только о нём.
Я ушла, когда пришлось, хотя и хотела приклеиться к нему, а он выглядел так, словно обещал купить мне упомянутый клей и самостоятельно приклеить меня к себе.
Он спустился с платформы, и толпа приглашенных гостей поглотила его. Но поверх голов стольких людей его горящие глаза встретились с моими. Я подмигнула ему и отвернулась, пройдясь по краю зала, чтобы найти Ями, пока все остальные хвалили и поздравляли моего мужчину.
***
Снаружи не было ни ветерка, но полуночный воздух был холодным бодрящим на фоне блеска моей кожи, когда я смотрела в чистое, мерцающее небо, где висела огромная и яркая луна.
Я улизнула десять минут назад, когда Кай всё ещё был окружен людьми, почти через два часа после объявления. Я была единственной в маленьком огороженном саду, окружавшем Большой зал, хотя я могла слышать отдаленный смех сквозь мелодию оркестра. Мои руки опирались на низкую замшелую стену, а кусты вокруг меня перешептывались друг с другом.
Я была так поглощена красотой ночного неба, что не услышала хруст шагов по гравию позади меня. Итак, большие руки, которые медленно обхватили меня за талию и притянули к широкой, твердой груди, напугали меня так, что у меня перехватило дыхание. Мой любимый аромат и тепло наполнили мои чувства, когда что — то тяжелое навалилось сбоку на голову.
— Ты оставила меня там одного, — проворчал Кай мне в волосы, и на моих губах появилась улыбка. Не поднимая глаз, я снова прижалась к нему, обхватив руками его предплечья.
— Я не думала, что ты заметишь, если я исчезну на минуту.
— Конечно, я заметил, — он мягко покачивал меня из стороны в сторону. — Кэнди так надоело, что я спрашивал, куда ты пропала, что он пошел спросить об этом Шехрияра.
Я тихо хихикнула.
— Как тебе удалось улизнуть?
— Я извинился и ушел в уборную.
— Ты солгал? Это неприлично.
Он сжал меня крепче.
— Мне нужно было увидеть тебя, но тебя нигде не было. Я должен был найти тебя.
 
Ах, чёрт, моё сердце.
— Ты почетный гость, наследный принц Кай. Все хотят поговорить с тобой и поздравить. Я не хотела всё испортить, задержавшись.
— Ты бы ничего не испортила. Ты была единственной причиной, по которой я не сбежал из зала раньше, — он прижался губами к моим волосам и глубоко вздохнул. — Вокруг меня было слишком много людей.
У меня слегка сжалось в груди от того, как устало он звучал.
— Я знаю. Но ты проделал хорошую работу, поговорив со всеми. Все были в восторге, и я чувствовала такую гордость, наблюдая за тобой.
Я почувствовала, как его сердце ускорило ритм, непрерывно стуча мне в спину. Предположив, что ему понравилась похвала, я предложила другую, более игривую.
— И ты выглядел просто великолепно, — он хмыкнул, и я ухмыльнулась. — Что? Ты правда— О, подожди. Я даже не рассмотрела тебя как следует в твоей короне. Дай мне повернуться.
— Тебе не нужно смотреть, — просто услышав его тон, я поняла, что он покраснел.
— Кай!
Пришлось немного повозиться, но в конце концов он позволил мне развернуться и отойти, чтобы хорошенько рассмотреть его. Я чуть не согнулась пополам от удара.
Маленькая прядь волос, падавшая ему на лоб из — под серебряной короны, была абсолютным совершенством в сочетании с его наполовину смущенным, наполовину сердитым выражением лица.
— Как мне вообще так повезло? — я вздохнула. — Ты такой красивый, — он скривил челюсть, отвел взгляд и потянул себя за мочку левого уха. — Ты покраснел?
— Нет, — проворчал он.
Я усмехнулась и подалась вперёд, прижимаясь к нему, обвивая руками его талию. На его правой щеке появилась ямочка, когда он обнял меня в ответ, прежде чем запечатлеть долгий поцелуй на моём лбу.
— Может, нам вернуться внутрь? — спросила я мгновение спустя, когда мы слегка покачивались.
— Возможно.
Никто из нас не пытался пошевелиться, и игривая мелодия, доносившаяся из зала, сменилась чем — то более мягким и медленным.
— Мне следовало бы сделать тебе подарок прямо сейчас, — тихо сказал Кай, между его бровями появилась разочарованная морщинка. — Подарок на день рождения, который был бы от меня, а не от моей семьи, и нечто большее, потому что ты заслуживаешь всех подарков в мире, Эсмеральда, — его рука скользнула вверх по моей спине. — Жаль, что у меня не было больше времени. Я должен был выкроить время, потому что теперь всё, что у меня есть…
Он резко оборвал себя и стиснул челюсти.
— Неважно.
— Что? — запротестовала я. — Нет. Ты не можешь так со мной поступить. Ты не можешь сказать мне, что у тебя есть что — то для меня, а потом сказать: “неважно”.
— Это и близко не похоже на подарок. На самом деле это глупо.
— Это не имеет значения. Покажи мне.
После секундного колебания он сунул руку в левый карман своих черных брюк и вытащил смятый листок бумаги. Я взяла его у него и открыла. Я, вероятно, не поняла бы, что это, если бы не заметила название, написанное сверху. Даже тогда мне потребовалось мгновение, чтобы сообразить, что это такое, но когда я поняла, то почувствовала головокружение, от которого перехватило дыхание.
— Это…чек из кафе — мороженого, в которое мы ходили?
Его брови нахмурились.
— Я же говорил, что это глупо.
Глупо? Он не понял, что за романтический жест он только что совершил?
— Ты сохранил его? — прохрипела я. Он отвел взгляд. — Почему?
Он потянул себя за ухо.
— Я не знаю. Но я не хотел его выбрасывать, — его черные радужки поглотили меня. — Мне было весело с тобой в тот день, и я не хотел этого забывать. Я хотел оставить что — нибудь на память об этом…
Положив руку ему на затылок, я приподнялась и прижалась губами к его губам, оставляя синяки на его губах от всего, что я чувствовала к нему, вместо того, чтобы на самом деле целовать его. Но с небольшой корректировкой наши губы соприкасались и двигались синхронно. Медленно, чувственно и страстно.