Высокий, царственный и сварливый (ЛП)

Он провел рукой по моему обнаженному бедру и скользнул под шорты. Его мозолистая ладонь растерла мою кожу до мурашек, прежде чем он сжал мою ягодицу. Крепко. Страстные стоны вырывались из нас обоих, и я целовала его так же жадно, как и он. Но затем он оторвался от меня.
— Сегодняшний вечер будет посвящен только тебе, — выдохнул он, поправляя очки. — Это ясно?
Безнадежно мокрая и ненасытная, я кивнула. В тот момент я бы согласилась, чёрт возьми, со всем, что он сказал.
— Повернись и прижмись спиной к моей груди.
Может, я и была паршивкой, но я также стремилась угодить, жаждала похвалы и ласки. Итак, в тот момент, когда он отпустил моё горло, я слезла с его колен, чтобы сделать так, как мне сказали. Экран телевизора потемнел как раз в тот момент, когда откинулась назад, прижавшись к надежному теплу его груди.
Через несколько секунд он приподнял колени и раздвинул ноги. Он быстро закинул мои обнаженные бедра поверх своих, мягкий хлопок его пижамных штанов терся о мою разгоряченную кожу. Мои ноги не совсем касались импровизированного матраса под нами, оставляя меня подвешенной, но ощущение беспомощности от того, что я полностью в его власти, заводило меня ещё больше.
Он взял ладонью меня за подбородок, нежно наклоняя моё лицо к себе.
— Ты в порядке?
Я кивнула.
— Да. А ты?
— Да, — он погладил мою челюсть. — Пообещай мне, что используешь “обезьяну”, если в какой — то момент захочешь, чтобы я остановился.
— Обещаю. И ты, Кай, пообещай, что тоже воспользуешься стоп — словом, если понадобится. И если я попрошу тебя о чём — то, чего ты не хочешь делать, ты мне скажешь.
— Я обещаю, — он прикоснулся своими губами к моим так нежно, что это была скорее ласка, чем настоящий поцелуй.
Но. Кай, который смотрел на меня сверху вниз мгновение спустя, ничего не знал о мягкости или нерешительности.
Этот Кай держался как могущественный король, но выражение его лица принадлежало человеку из тени. Мрачному и властному. Глаза горят похотью. Пронзительные и порочные.
Этому Каю не нравилось, когда с ним возились. Но я делала именно это.
Может быть, я начала сожалеть об этом…совсем немного.
— Всё это время, Эсмеральда, — сказал он, высоко поднимая мой подбородок, чтобы я смотрела прямо на него. — Всё, чего я хотел, это чтобы ты была уверена, что ты мне небезразлична, прежде чем произойдёт что — то ещё. Но думаешь, что меня это не расстраивало? Что это не убивало меня каждый раз, когда я останавливался?
У меня перехватило дыхание, когда я впервые почувствовала прикосновение его пальцев к внутренней стороне моего бедра, но когда я попыталась посмотреть, он сжал мой подбородок, удерживая меня.
— Ответь мне. Ты думала о том, что я чувствовал?
— Нет, — прохрипела я.
Его пальцы скользнули выше, тупые ногти обожгли мою кожу острыми угольками.
— Что ты делала вместо этого?
Я не могла думать, когда его прикосновение скользнуло по краю хлопка прямо у меня между ног.
— Я…я дразнила тебя, — я попыталась пошевелить бедрами, чтобы дотянуться до его пальцев там, где мне было нужно…
Шлепок.
Я услышала лёгкий звук, раздавшийся вокруг нас, и в то же время почувствовала сладкое жжение от него, пробежавшее по моему клитору и наэлектризовавшее мой живот. Всё моё тело содрогнулось, когда из меня вырвался сдавленный звук.
Он угрожающе посмотрел на меня сверху вниз.
— Не надо. Двигайся.
— Кай, — всхлипнула я, цепляясь за его запястья, чтобы удержаться.
— Тебе понравилось? — спросил он, поглаживая большим пальцем то место, где он меня шлёпнул.
Я сильно прикусила губу и кивнула. И так же быстро его пальцы снова опустились на мой клитор. Я вскрикнула от шока. Ещё раз, и мои бедра затряслись. Снова, и мои легкие скрутило в узел.
Шлепок. Шлепок. С каждым разом всё сильнее.
Шлепок. Шлепок. Шлепок. Каждый пронзал меня жгучей иглой удовольствия, которая заставляла меня вскрикивать и извиваться.
Тяжело дыша, Кай опустил руку с моего подбородка на горло, снова прижимая мою голову к своему плечу. Лёгкими движениями пальцев он успокаивал пульсирующий жар между моими бедрами, в то время как его сердце билось о мою спину так же сильно, как и его набухший член упирался в мою задницу.
 
— Ты снова собираешься вести себя как паршивка, Эсмеральда? — прорычал он мне на ухо, его дыхание обдавало мою кожу мурашками. — Ты собираешься дразнить меня непристойными сообщениями, когда мы находимся в комнате, полной людей, а потом притворяться, что ты не пытаешься нарочно возбудить меня?
Я изо всех сил покачала головой, ошеломленная, со слезами на глазах.
— Нет…нет. Я больше не буду так делать. Не буду…Прости.
— Ты сожалеешь? Правда? — он усмехнулся. Я быстро кивнула. — Тогда докажи это, Бэббл. Покажи мне, как ты сожалеешь. Отодвинь свои шорты и нижнее белье в сторону, чтобы я мог увидеть твою прелестную маленькую киску.
Я быстро приступила к работе, чтобы сделать, как он сказал, зацепив двумя пальцами свои шорты и стринги и оттянув их в сторону, демонстрирую себя нам обоим.
Распухшая и обнаженная, если не считать маленького треугольника волос, и уже чертовски промокшая.
Я была слишком жадна до его реакции, чтобы испытывать смущение из — за того, что была единственной, кто был обнажен.
— Чёрт, — простонал он, низко и протяжно. Отчаянно желая увидеть его лицо, я попыталась поднять на него взгляд, но он зарычал и крепче сжал руку на моём горле. — Нет. Продолжай смотреть на себя, когда я прикасаюсь к тебе.
Ему не пришлось повторять мне дважды. Я наблюдала, как ястреб, как он проводит средним пальцем по набухшему бугорку нервов на вершине моего лона и вниз, к моей влажности. Медленно и испытующе. Я напряглась, когда тёплое удовольствие разлилось по моему животу.
— Ты такая чертовски набухшая и влажная для меня, — сказал он со вздохом, повторяя движение.
Его рот опустился на мою шею, облизывая и целуя, когда он стал сильнее тереть мой клитор. Я громко застонала, когда ощущения слились воедино внутри меня, и я завела свободную руку назад, чтобы найти опору в его волосах.
Без предупреждения он ввёл в меня большой палец, и мой рот открылся с тихим звуком.
— Так туго, Бэббл, — хрипло простонал Кай, медленно вытаскивая палец наружу. — Так сладко, — и протолкнулся дальше. — Такая красивая, — вытащил. — Такая совершенная, — ввёл. — Ты само совершенство, Эсмеральда, — вытащил.
Он завладел моими губами в сильном поцелуе и просунул в меня ещё один палец, делая толчок внутрь. И растяжение, трение, его прикосновение, трение его ладони о мой клитор были стрелами чистого экстаза, пронзившими мой живот. Я заскулила ему в рот, покачиваясь, когда его язык коснулся моего. Но он вынул пальцы и — шлепок.
Покалывание в моем клиторе срикошетило вверх по позвоночнику и взорвалось перед глазами. Я вскрикнула от силы, и Кай жадно проглотил звук. Он слизнул его и потребовал ещё, внезапно засунув пальцы обратно в меня. Наружу. Внутрь. Наружу. Шлепок. Ещё один жесткий шлепок по моему мокрому влагалищу. И ещё. Сильнее. Снова. Сильнее. Ещё раз. А потом он снова засунул свои пальцы внутрь.
Я плакала и всхлипывала в клетку его рта, извиваясь и трясясь. На грани обморока.
В одно мгновение Кай отпустил мой рот, и я рухнула ему на грудь, вся дрожа. Слишком кружилась голова и слезились глаза, чтобы ясно видеть его. Пока я не разглядела.
Чёрные глаза за очками расширились, одурманенные бушующей силой и похотью. Брови нахмурены. Кожа немного влажная. Волосы взъерошены моей рукой. Он был ошеломляющим. Диким. Растрепанным. От одного взгляда на него мои мышцы и бедра напряглись, а внизу живота нарастало сладостное давление. Я выкрикнула его имя.
Он застонал.
— Ты так сильно сжимаешь мои пальцы, Бэббл. Ты собираешься кончить ради меня?
Я неуверенно кивнула.