Высокий, царственный и сварливый (ЛП)

Кто был этот человек? Этот суровый, сварливый принц. Был ли это действительно мой Апельсин — мужчина, которого весь мир называл Идеальным принцем? Но он казался таким чертовски восхитительно неуклюжим.
Брови Кая взлетели вверх, прежде чем снова сошлись в яростной гримасе.
— Что тут смешного? — проворчал он.
— Я просто… — мой смех перерос в широкую улыбку. — Я никогда не видела тебя таким…раньше, так что это немного странно. Забавно — не в плохом смысле, конечно. Это просто…по — другому.
Его взгляд смягчился, когда он посмотрел на себя, но затем снова стал жестким.
— Я не могу носить свою форму днём и ночью, принцесса Эсмеральда.
Я застенчиво прикусила нижнюю губу.
— Дело не только в одежде, — я скользнула взглядом по царственным, но суровым чертам его лица.
— Я мог бы сказать то же самое о тебе, — пробормотал он в ответ.
Жар разлился по моим щекам, и я села прямо. Да, потому что до сегодняшнего вечера он никогда не видел меня в нижнем белье.
— Думаю, да, — я сглотнула, изо всех сил стараясь выдержать его свирепый взгляд. — Я, э — э, прошу прощения, если обидела тебя, принц Кай.
На секунду он замер. Затем его густые ресницы опустились. Прядь иссиня — чёрных волос упала ему на лоб, когда он снова, дважды, потянул себя за мочку левого уха.
— Кай.
Я моргнула.
— Что, прости?
Он поднял глаза.
— Называй меня просто Каем. И ты меня не обидела.
Моё глупое сердце взволнованно затрепетало в груди, как будто он только что сказал, что любит меня.
— Тогда, пожалуйста, зови меня Эсмеральдой, — он коротко, неловко кивнул мне.
Я посмотрела на стул рядом со мной.
— Не хочешь присесть?
Он медленно обошел стойку со своей кружкой в руке и поставил её. Кухня, казалось, уменьшилась, когда он вжался своим крупным телом в сиденье. Я вдруг почувствовала себя такой маленькой, окруженной им. И так чертовски остро ощущала его запах.
Я замечала это раньше, но не так, не с такого близкого расстояния, но от него пахло… очаровательно. Как волшебный лес — древесный, свежий, но в то же время немного сладкий с ванильным оттенком. Это было восхитительно.
Когда он пытался устроиться поудобнее, его правое бедро оказалось прижатым к моей ноге. Твёрдое, тёплое и мускулистое. И исчезло слишком быстро, когда он отдернул его, словно моё прикосновение обожгло его. Но я всё ещё чувствовала покалывающий, тяжелый отпечаток, который он оставил на мне.
— Прости, — пробормотал он, дергая себя за мочку уха.
Я сглотнула и попыталась скрыть своё волнение за улыбкой.
— Всё в порядке. Ты большой, поэтому тебе нужно больше места.
Взгляд Кая метнулся по сторонам, и, словно удар пощечины, я поняла, что мой комментарий может быть истолкован совсем не невинно. Чёрт…
— Высокий…высокий, вот что я имела в виду, — быстро поправила я, смущение отразилось на моём лице. Я взяла свою кружку и обожгла язык глотком чая, пытаясь скрыть промах.
— Итак, — я прочистила обожженное горло. — У тебя бессонница?
— Хм, да, — сказал он, к счастью, его голос звучал невозмутимо от того, что я сказала несколько секунд назад.
— Могу я спросить, как давно?
— Сколько себя помню. Даже в детстве. А у тебя?
Я мягко пожала плечами, деликатная тема приглушила моё волнение от разговора с ним.
— Уже около восьми лет. С тех пор, как скончалась покойная королева, я имею в виду нашу…мою мать, — я избегала взгляда Кая, но почувствовала и услышала, как он заерзал на стуле. — Одну ночь я могла спать, а следующую — уже нет, — пытаясь развеять тяжелое настроение, я улыбнулась. — Так что, да.
Он немного помолчал, переводя дух, а затем спросил:
— Значит, теперь ты проводишь ночи, сидя под дождем в надежде получить переохлаждение?
Я моргнула один раз. Второй.
Он только что…он только что отпустил шутку. С самым невозмутимым выражением лица. Почему это было так сексуально?
Я улыбнулась большой улыбкой и надулась.
— Нет, — я игриво нахмурилась; его глаза блуждали по моему лицу. — Я не пыталась получить переохлаждение. Это называется "терапия дождем", она помогает расслабиться. Ты никогда о ней не слышал?
 
Он хмыкнул, его не совсем хмурый взгляд стал ещё более хмурым.
— В дожде нет ничего терапевтического.
— Тебе не нравится дождь?
— Нет. Я ненавижу его.
Я слегка разинула рот.
З Боже, это уж чересчур. Что тебе сделал дождь?
Его челюсть сжалась, и он уставился на меня, не отвечая. Я тихо усмехнулась, поддразнивая.
— Боже, я и не знала, что будущий наследный принц Томы такой брюзга. Что подумали бы твои фанаты?
Забудем, что я была одной из них.
Его хмурый взгляд полностью растаял.
— Откуда…откуда ты это знаешь?
В отличие от наследственной линии Джахандара, где старший ребенок автоматически становился наследником, у Томы всё не так. Наследник престола мог быть выбран из числа детей любого монарха — в нескольких случаях это были племянники, а родителям Кая ещё предстояло сделать официальный выбор.
— Адам сказал мне в библиотеке, — сказала я. — Хотя, честно говоря, нетрудно догадаться, что это будешь ты. Принц Фэй больше заинтересован в том, чтобы сосредоточиться на своей карьере художника, а Адам сказал, что его не особенно интересует корона, так что остаешься только ты.
— Ты права, — он откинулся на спинку стула. — Хотя Адаму не следовало говорить тебе об этом. Предполагалось, что это будет держаться в секрете до окончания празднования Мира.
— Расслабься, — я ткнула его в руку, чуть не задохнувшись, когда не почувствовала ничего, кроме твердых мышц. Взгляд Кая опустился на то место, к которому я прикоснулась, и я покраснела. Проклятый Вудс, зачем я это сделала? — Не отчитывай его. Он не хотел говорить мне, и он уже попросил меня сохранить это в секрете, так что не волнуйся. Я сохраню этот секрет в безопасности.
Почему я ожидала, что он улыбнется мне в ответ, я не знала. Он этого не сделал. Он просто смотрел на меня с такой интенсивностью, совершенно непроницаемой, что я поймала себя на том, что с трудом могу дышать и нормально мыслить.
— Мне очень жаль.
Воздух снова хлынул в мои легкие.
— Что?
Стыд охватил Кая, когда он опустил голову, чтобы посмотреть на свою кружку.
— Мне жаль. За ту ночь, когда ты потерялась, и за сегодняшнее утро…вчерашнее. В библиотеке. Я не должен был обвинять тебя в попытке навредить Адаму. Я был идиотом, а ты не заслуживала того, чтобы на тебя кричали. И я…прости.
Он заметно сглотнул, ожидая моего ответа с искаженным выражением лица, которое я никогда в самых смелых мечтах не предполагала, что он может изобразить. И это было как стрела прямо в сердце — моя главная слабость.
Да, мне было действительно больно, когда он накричал на меня, когда пригрозил рассказать Кариму, но я легко могла простить его. Это была ошибка, из — за которой я могла видеть, насколько виноватым он себя чувствовал.
Я улыбнулась ему.
— Всё в порядке, Кай. Адам — твой младший брат. Я бы удивилась, если бы ты не так отреагировал, когда всё выглядело так, будто я пролила на него чай, — я слегка пожала плечами. — Полагаю, мне следовало задержаться подольше, чтобы лучше объяснить, что произошло. Я просто…когда ты упомянул Карима, я имею в виду Короля, я немного запаниковала.
Мне не следовало говорить ему этого. Не имело значения, что он был моей пассией, он мог раскрыть мой секрет всему миру. Но, возможно, это было из — за того, что моё полное надеждой сердце хотело доверять ему, или из — за того, как он терпеливо сидел, не давил, не спрашивал, просто ждал, но я знала, что могу сказать ему всё с полной уверенностью.
С неловкой улыбкой я склонила голову набок.
— Секрет за секрет? Я не думаю, что это сложно, но…мы с Каримом не очень ладим.
Он нахмурился, но в этом было что — то другое. Он выглядел удивленным за стеклами очков. Я не могла точно определить почему, он просто удивился. Хотя он не стал допытываться дальше. Я пошевелила бровями, нуждаясь в том, чтобы чувство удушья в груди прошло.