(не)любимый препод (СИ)

— Мам, ты иди, — медленно говорит Егор, сует руки в карманы. — Я догоню.
— Пошли вместе, потом с друзьями встретишься, — категоричным тоном отрезает она.
Привязалась. Бутылка висит над ней дамокловым мечом и треплет нервы.
— Пять секунд. Закажи пока завтрак, — Егор улыбается ей и тихо бросает нам через плечо. — Телефоны есть у кого-нибудь? Вызывайте помощь.
Без толку шарю по шортам, у меня даже карманов нет. Ловлю обреченные взгляды Николь и Вани.
— Нет, это неслыханно, — Мария оборачивается к Патрику, резко опустившему руку. — Друзья важнее матери, представляете, какой нахал?
— Молодежь, — тот сочувственно вздыхает. Успокаивает. — Не волнуйтесь, Мария, идите, я их сам на выход отправлю.
— Да прям, — она отмахивается. Постукивает каблуком по полу. — Егор, живо сюда.
Официант злобно смотрит на Егора. Проводит пальцем по горлу. Жуткий тип. Егор растерянно оглядывается.
— Выметайся! — говорю ей.
Она хлопает ресницами и недоверчиво косится на меня.
Ей не грубят, а спасают от травмы черепа, но как это объяснить под надзором пузатого гангстера? А если Аверинской бывшей не будут грозить кровавой расправой и она поцокает на шпильках на выход, то нас ведь все таки четверо, Егор и Ваня сильные молодые парни, и…
— Малолетнее невоспитанное хамло! — выплевывает она. — Да я!..Да ты!..Ну, это всё, всё… — она разворачивается и несется к ступенькам. — Про моего мужа можешь забыть, это война, я тебя предупредила!
Обалдевший от ее визга Патрик теряет бдительность, и Ваня пользуется моментом. Хватает стремянку и с индейским воплем мчится на официанта. Сбивает его с ног, мы пулей летим мимо, Ваня бросает на него сверху лестницу и догоняет нас.
— Вы спятили! — у двери визжит Мария. — Патрик!
Егор оттаскивает ее в сторону, сдвигает на двери засов.
— Потом, мам, надо к охране, пока он в окно не вылез. Он убийца.
  
Глава 24
 
06.40 утра, Александр
Ясно одно — Денис одинокий человек. У мужика в жизни только работа, и он полагает, что все вокруг такие же чокнутые трудоголики. Выходим из бального зала, где вечером будет праздник, вполуха слушаю настойчивые просьбы далеко не уходить и держать наготове камеру, а то фотограф, оказывается, нажрался и дрыхнет.
Пересекаем холл, и останавливаемся у лестницы, смотрим на летящую к нам по коридору встрепанную компанию.
— Пап! — приглушенно кричит Егор. — У официанта чемоданы с взрывчаткой, он прячет их в мастерской! Скорее, вызывайте охрану!
Перебивая друг друга, они вываливают новости. Позади них на каблуках торопится Маша и визгливым голосом льет масло в огонь:
— Господи, господи, мы стоим на бомбе, это правда, Саша?!
Мимо снуют сонные работники, громкие вопли привлекают их в холл и народ тормозит, прислушивается. У Дениса вытягивается лицо. Он рявкает:
— Так, а ну тихо! Не смейте разводить панику! Живо все ко мне в кабинет!
— Какой кабинет, — стонет Николь. — Он вылезет в окно, пока вы тут соображаете! Ну быстрее же!
— О чем сыр-бор? — весело спрашивает Антон. Спускается по ступенькам. — Денис, тебе мозг промывают, не ведись, я щас все объясню.
— Разошлись, работать-работать! — хлопает в ладоши Денис, разгоняя зазевашийся персонал. — Александр, Антон, кто-нибудь внятно скажите мне, что происходит.
Оглядываю Егора, Кристину, остальных. Отчаяние и паника — с такими лицами не шутят.
Антон ступает на нижнюю ступеньку. Понижает голос и говорит:
— Денис, ребятки так играются у нас. Почитай новости про ночной клуб Александра Александровича, два раза звонили в полицию и сообщали, что в здании бомба. Ты бы их запер, что ли, пока они на уши всех своими приколами не поставили. Можешь орлов своих созвать проверить усадьбу, но ребята всё врут.
— А ведь точно! — Маша толкает Егора в плечо. — Егор, мы ведь на днях в полиции торчали из-за звонка про бомбу, кто тебя надоумил, эта девка?! Ты бы сам не стал, ты же понимаешь, что это плохо? Нельзя так пугать людей, Егор!
 
— Никто вас не пугает! — Кристина раздраженно топает ногой. Машет охранникам у входа и пятится по коридору. — Пожалуйста, спуститесь в мастерскую, официант там, и четыре чемодана с тротилом тоже.
— А ну стой, — Денис тянет руку и пытается ее схватить.
Опережаю, дергаю его за пиджак и вклиниваюсь между ними. Он морщится на меня и зовет охрану. Приказывает:
— Этих четверых закройте пока. Телефоны заберите. А сами…
— У нас нет телефонов! — Хромов отскакивает от двинувшегося на него охранника. — Не пойму, вы бессмертные что ли? Там бомба!
— Ох, Денис, сожалею, — качает головой Антон. — Это наши сотрудники, и такие фортеля тут тебе выдают. Пьяные, похоже. Или обкурились. Проблемные подростки. Давайте их ко мне в номер, я присмотрю, — достает из кармана ключ.
Забываю о мирном настрое и хватаю его за покалеченный нос. Повязка съезжает, Антон вопит и пытается сбросить мои пальцы. Меня оттаскивают, два крепких парня в форме выкручивают руки. Кристину с Егором и Попкову с Хромовым тащат по лестнице наверх, Кристина вырывается и меня зовет, внизу, сидя на ступеньках рыдает Маша, на площадке второго этажа собираются отдыхающие, и если продолжать это представление — ничего не добиться.
— Всё, всё! — стараюсь унять злость, выворачиваюсь из захвата охраны. — Денис, уйми их, спокойно поговорим.
Денис дает знак, хмуро оглядывается на любопытных гостей и персонал, побросавший дела, манит пальцем меня и начальника охраны, скрывается в коридоре.
— Значит, так, — говорит, когда я подхожу. — Сотрудники твои в номере посидят. У нас новый курорт, ты хоть понимаешь, чего стоят их шуточки? Кто к нам поедет, если слух пойдет, что здесь людей убивают? Короче, про случившееся молчи. Ты мне за своих клоунов, вообще, компенсацию должен, Александр. Обсудим еще. Теперь ты, — оборачивается к рослому лысому типу в форме. — Потихоньку займитесь усадьбой. Начните с мастерской, за ней открытые помещения, дальше комнаты персонала. Номера гостей осмотрите, когда завтрак начнется. Ясно?
Он молча уходит.
Сворачиваю в мастерскую.
— Так, куда! — Денис свистом подзывает охранника. Тот ненавязчиво показывает мне кобуру. Денис удовлетворенно кивает. — Александр, слышал меня? Сами разберемся. Иди в ресторан.
14.00, Кристина
— Нет, они нас отсюда не выпустят, — Николь плюхается на кровать Антона, раскинув в стороны руки. Пялится в потолок.
Нас держат в его номере уже несколько часов. И если бы бомбу нашли, разумеется, открыли бы нас. Значит, официант успел вытащить чемоданы и где-то скрыться. И, возможно, подсоединил всякие смертельные проводки к шашкам, и вот-вот грохнет взрыв, а мы заперты. И последнее, что я вижу в своей жизни — как Ваня с Егором распивают шампанское.
Охрана забрала ноутбук и планшет, предупредили, что если будем орать, нам вколют снотворное. В окно прыгать бесполезно — Егор уже пробовал, его поймали и привели обратно.
Нам даже обед не принесли. Хотя есть и не хочется.
В институте в это время идет экзамен по теориии и практике литературы.
По первому каналу новогодний концерт. По второму старый фильм "Девчата". Еще крутят "Зима в Простоквашино", "Уральские пельмени" и "Дом2", Ваня щелкает пультом и протягивает мне бокал с шампанским.
Кончается, у Антона Геннадьевича три бутылки было.
Где Алекс. Думаю, что не увижу его больше и страшно становится.
 
Сижу на полу и роюсь в вещах Антона. Вдруг где-то завалялся телефончик, хоть какой-нибудь, самый простенький. По десятому разу ворошу сумку с одеждой, может, в карманах есть, ну, всякое бывает. Щупаю мягкий розовый костюм. Затрудняюсь, что это такое. Пижама? Спортивная форма? Странный, слитный. Почему розовый? Вытягиваю вещь и разбрасываю на полу. Недоуменно зову остальных: