Не своя война (СИ)
— Наконец-то я слышу это от тебя, Ловкач, — усмехнулся Дженве, не выпуская трубку изо рта. Возле корзин, наполненных хлебом он заприметил странного людя, закутанного в плащ до самого носа. Людь откровенно зазывая мотнул головой и, махнув плащом, скрылся за углом. Слишком просто, слишком очевидно.
— Ещё не полдень, — проговорил Дженве очень тихо.
— Что? — Ллойву, увлечённый происходящим вокруг отвлёкся.
— Ничего, — Дженве поправил мешок на плече. — Словно все вокруг хранят какую-то тайну…
— Нет здесь никаких тайн, — скривился Ллойву, поднимая взгляд на стену внутреннего кольца, — вот туда бы нам попасть…
За стену вели двойные ворота с опущенной решёткой. И охраняли их несколько вооружённых воинов.
— Легко… — отозвался Дженве, уже полный решимости исполнить задуманное, как брат остановил его, положив ладонь на предплечье.
— Стой, Джев…
— Что?
— Посмотри туда…
На площадь со стороны выезда из города в окружении ребятишек и зевак въехали два крода.
— Во имя всемогущего Лита, — выругался Дженве, рассмотрев на крупном тёмном кроде стройную фигурку в обнимку с другой, поменьше. Второй крод, пёстрый в коричневых пятнах, шёл в поводу, а на спине его, закрепленные поместились мешки с вещами.
— Я сплю? — Дженве встряхнулся от наваждения. — Это что? Черныш?
— Лучше бы спал, — недовольно отозвался Ллойву и направился к гомонящей возле чудных животных толпе. — Это Черныш и Ластва. А верхом на них наши с тобой новые заботы…
— Вот огонь — девица, да? — веселился Дженве, пока они шли к своей цели, прорезая гомонящее людское море, а цель тоже не стояла на месте, неспешно двигалась, давая каждому себя рассмотреть. — Как её Висметия отпустила?
— Боюсь, она даже не спрашивала, — отрезал Ллову, ускоряясь.
Кроды нервно дёргали шеями и вскидывали головы, раздражаясь от орущей вокруг толпы. Еще немного и можно потерять над ними контроль, тогда не миновать беды. Ллойву всё сложнее было продираться сквозь плотно стоящих. Приходилось прижиматься и отодвигать людей руками. Вот показались в толпе и пики шлемов городских стражников. Вимлин, наездница, тщательно скрывающая себя в мужском платье, стараясь держаться уверенно, поглаживала шею животного. Но Черныш и не думал успокаиваться. Он дёргался от прикосновения чужих рук, и вот, попятившись назад, уронил кого-то себе под ноги. Ластва заревела, а в толпе раздался визг. От шума Черныш дёрнулся, едва не скинув седоков.
— Тоуе! — пришлось выдать себя. От звука знакомого голоса оба крода успокоились немного. Любопытные сделали круг шире, — тоуэ, — Ллойву наконец протолкался через толпу и Ластва прижалась головой к плечу.
— Господин Лир! — Воскликнула Вимлин с радостью. Девчонка, сидящая перед ней в седле, улыбнулась.
— Зачем вы приехали? — прошипел Ллойву, впившись взглядом в приближающийся герб на латах городского стража.
— Тоуэ, Черныш, — подоспел и Дженве. Теперь толпа, предвкушая зрелище, расступилась ещё больше, обозначая сцены для будущего действа. Чудные чужаки и не менее чудные звери вызывали интерес и предчувствие занятного развлечения. Вышли к театру и стражники. Пострадавший, да казалось, что не такой уже он и пострадавший, поспешил отползти, чтобы не быть притянутым к ответу.
— Вы оставили свои вещи, — почти шёпотом проговорила Вимлин, со страхом взглянув на броню и оружие рядом с собой.
— Кто такие будете? — сурово спросил страж с длинными пышными усами, положив руку на оголовье меча на поясе. — За смуту в городе полагается штраф!
— Нам очень жаль, — Ллойву прижал руку к груди, надеясь убедить в своей искренности, — мы, конечно же оплатим беспокойство.
Ластва налегла на плечо так, что стало сложно удерживать вес её головы. Ллойву погладил её по шее, чувствуя, как она дрожит. Безответственность и глупость, так бы он охарактеризовал поступок юной Вимлин. Мало того, она взяла с собой в опасное путешествие ещё и Мариссу, вот кого надо бы подержать вдали от всех событий.
— Конечно, оплатим, — согласился Дженве, — этот… юноша не хотел причинить никому вреда, верно же? — он обратил суровый взгляд на юную деву. Но та не смутилась, подперев бок кулаком.
— Таких зверей у нас давно не было, — продолжил страж, с подозрением поглядывая на ряд кривоватых острых зубов в пасти изнывающего от жары зверя. — Одно время завозили, теперь нет… держать дорого…
— Да, они требуют особого ухода, — согласился Ллойву, чувствуя, как его отпускает напряжение. Похоже, обойдётся штрафом. И выволочкой для юной девы. Но это после. — Позволите нам продолжить путь?
— Сначала платите! — сбиваясь на грубый настрой гаркнул усатый.
— О, любезный, позвольте мне, — Дженве оттянул стража на себя, а Ллойву подступился к Вимлин, оставляя брату решать этот вопрос.
— Что вы тут делаете? — прошептал он, едва отбиваясь от толкающей его в бок Ластвы. — Вы понимаете, что это опасно для вас?
— Мы привезли ваши вещи… — оправдываясь, прошептала девушка, склоняясь к самой шее крода. — Марисса сказала, вам они нужны…
— Марисса? — Ллойву стрельнул уничтожающим взглядом в сторону девчонки, беспечно разглядывающей уже порядком поредевшую толпу, — ты хочешь сказать, что послушала неразумное дитя в столь важном вопросе?
— Что ты сделаешь? — дерзко вскинула голову Вимлин, по всему, озвучивая заранее приготовленную фразу, — отправишь нас назад?
— Мы могли разминуться! — Ллойву оглянулся на стражей, не прислушиваются ли они к разговору, но нет, Джевне искусно отвлёк на себя всех.
— Не могли, Марисса сказала, что знает, куда нам надо…
— Опять! — Ллойву в порыве схватил повод Черныша, — откуда ей знать? Она всего лишь дитя!
— Она мне показала будущее! — громко прошептала Вим, склоняясь ещё ниже, — она не обычное дитя, и вы знаете об этом, господин Лир.
— Боги, дайте терпения, — взмолился асатр тихо и повёл крода прочь сквозь толпу. — Что теперь с вами делать?
— Я папу видела! — вдруг выдала Марисса.
— Не он ли привёл тебя сюда? — Ллойву отвёл кродов к торговым палаткам, чтобы животные не помешали никому. — Слезайте! Вы голодны?
— Немного, — призналась Вимлин, слезая с широкого седла и помогая спуститься девочке. Постояла на земле какое-то время, приходя в себя. — На нём так неудобно! У него слишком широкая спина.
— Дома рядом с вашей достойной матушкой наверняка удобнее, — не удержался Ллойву, — у нас нет времени на обратную дорогу!
Неспешным шагом подошёл и Дженве, порешавший все вопросы. Казалось, его не трогала перспектива стать наставником для юной особы.
— Не надо назад! Мы вам поможем! — Вимлин, наконец смогла разогнуться, — я умею драться!
— Мы не собираемся драться, — возразил Ллойву, — кто вам сказал такое юная Вим?
— Я не такая уж юная! — вспыхнула девушка, — мне уже шестнадцать!
— Нам надо накормить наших гостей, — устав спорить Ллойву повернулся к брату, — и заняться тем, чем планировали.
— Нет худа без добра, Ловкач, — Дженве похлопал по мешкам на спине Ластвы, — здесь твои капли…
— К дьяволу капли! Надо отвезти юных дам в гостиницу, они отдохнут… пусть их там покормят…
— Я понял, — Дженве кивнул, — не принимай так близко к сердцу, может оно и к лучшему…
— Да, — поддакнула Вимлин, сверля лицо неприятного господина взглядом. Вот её кумир не говорит о возвращении, в отличие от этого.
— Хорошо, поговорим позже… — Ллойву оглянулся, поймав на себе неприятные взгляды полные холодного любопытства. — Вернёмся в гостиницу… пообедаем, а там посмотрим.
— Кушать хочу, — согласилась Марисса, вкладывая ладошку в руку Ллойву. Тот дёрнулся и отстранился.
— Да, покушаем… — согласился он проклиная про себя и Беса, и Вимлин, и всех вокруг заодно.
Глава 20 в которой снова гудит земля
Рыцарь, облаченный в латы, внимательно выслушал господина Валыгу, поигрывая чётками в пальцах.
— Ты видел? — в очередной раз уточнил он. — Как супостат ворожил?