По - другому (СИ)

В обед я решаю просто прогуляться. Пироги были сытными, а на полдник я приберегла сочное яблоко. Майя помчалась по личным делам, поэтому я неспешно спускаюсь по лестнице одна. Не смотрю по сторонам и не сразу замечаю молодого человека, преграждающего мне проход после турникета.
— Сюрприз!
Я леденею, потому что сюрпризов мне последнее время хватает, тем более от того, чей голос нервно срывается на октаву выше. Марк протягивает мне большой букет тюльпанов, а я понимаю, что смотреть не могу на эти когда-то любимые мною цветы.
— Лиза, с днём рождения, — он убавляет высоту звука. — Давай поговорим. Пожалуйста. Мы оба остыли. Я тебя люблю и хочу, чтобы эта пауза между нами закончилась.
Я в недоумении смотрю на него. Пауза? Так это просто недопонимание и размолвка, а не предательство?
Он пытается сунуть мне букет, который я не принимаю, и притянуть к себе за локоть. Я отшатываюсь от него, прячу руки за спину и шиплю:
— Не трогай меня и никогда больше ко мне не подходи.
Мой висок начинает припекать. Жар опускается на плечи и ладони. Уверенные пальцы легко ложатся на мою поясницу и над ухом слышится знакомый голос:
— Елизавета, нам пора.
Марк таращит глаза. Я киваю, позволяя руке Ярослава направлять меня к выходу. Ярослав забирает букет у Марка и молча сопровождает меня к своей машине. Открывает дверцу, и я сажусь на переднее сиденье. Смотрю чётко прямо. Пристёгиваюсь. Ярослав занимает водительское место, кладёт цветы назад. Мы вливаемся в поток автомобилей. Молча проезжаем первый светофор. Останавливаемся на втором. Я всё так же смотрю вперёд.
— Спасибо, — произношу тихо, но громче не получается. — Извините за эту сцену.
Я чувствую его взгляд на своей щеке, поглаживающий, не горящий. Поворачиваю голову и смотрю Ярославу в глаза.
— Можете выбросить эти цветы? Мутит от их запаха.
Его взгляд остаётся спокойным и внимательным. Ярослав притормаживает сразу за светофором, просто включив аварийный сигнал. Я резко кладу ладонь на его руку. Он замирает.
— Простите, я что-то совсем не в себе. Я сама. Вообще, высадите меня здесь.
Я начинаю отстёгивать ремень безопасности. Он мягко перехватывает обе мои руки.
— Лиза, — он обращается ко мне кратким именем.
Я не могу поднять глаза и гипнотизирую наши руки.
— Я избавлюсь от букета и отвезу вас в парк. Вернётесь на работу, когда успокоитесь.
Он отпускает мои руки, но я продолжаю сидеть полубоком, вцепившись в ремень. Ярослав выходит из машины, достаёт цветы через заднюю дверь. Я откидываюсь на спинку. Вижу, как он направляется к мусорной урне, сбрасывает в неё букет и возвращается. Я улыбаюсь уголками губ. Он слегка улыбается мне, и мы снова становимся частью автомобильного движения.
— Разве у вас нет водителя? — зачем-то спрашиваю я.
— Есть, но я люблю водить сам.
Он высаживает меня у небольшого парка. Ничего не говорит. Его взгляд доводит меня до самого входа. Я словно вновь ощущаю его уверенную, увлекающую за собой ладонь на своей спине. Не оглядываюсь. Прохожу до конца центральной дорожки и покидаю парк с другой стороны. Неужели Марк действительно ничего не понял и принял мою реакцию за каприз? Или он настолько циничен, что хочет вернуть меня в качестве талисмана своей удачи, коим я считалась?
Притормаживаю у нашей с Майей любимой кофейни. В любом случае уже задержалась на десять минут сверх обеденного времени. Я не знаю, какой кофе любит Ярослав, поэтому беру обычный чёрный. Прихватываю несколько пакетиков с сахаром и тороплюсь в офис. Не уточняю, свободен ли наш главный шеф, потому что жалюзи подняты, и я вижу его одного за столом перед монитором. Стучу в дверь, приоткрываю её.
— Можно?
Он переводит на меня взгляд и утвердительно кивает. Я захожу. Ставлю на край его стола стаканчик с кофе и кладу рядом сахар.
— Ещё раз извините и спасибо! — быстро произношу и разворачиваюсь к выходу.
— Елизавета, — останавливает меня его голос.
Я оглядываюсь и непроизвольно сглатываю, так сильно обжигает губы. Жар тут же затухает.
— С днём рождения, — он поднимается и протягивает мне стильный блокнот в сливочной обложке.
Я теряю дар речи и часто моргаю. Он подходит и вкладывает подарок мне в руки. Я принимаю и поспешно благодарю:
— Спасибо…так неожиданно…не стоило…
По моим губам снова пробегает тёплая волна. Я замолкаю.
— Вы любите блокноты.
— Спасибо, — в очередной раз повторяю я.
Ярослав смотрит на меня и возвращается за стол. Я неловко улыбаюсь и покидаю его кабинет, прижимая к себе плотный прямоугольник.
  
Глава 11
 
Подруги. Марина
Я знаю, что Ангелина не примет от меня никаких благодарственных подарков, поэтому в спа специально беру расширенную программу по уходу, чтобы убить двух зайцев: действительно отметить день рождения и сделать приятное хорошему человеку. Она разгадывает мой план, но ничего не говорит, и мы отлично проводим время.
На следующий день меня накрывает смущение перед Ярославом. Он вовремя вмешался и увёл меня от Марка, проявил неожиданную чуткость, усиленную отсутствием лишних слов. Я ему признательна и мне ужасно неловко. Его подарок красуется на моём столе. Я не могу перестать гладить кожаный переплёт, как и осознать, что блокнот куплен специально для меня. Он очень женский. Пытаюсь убедить себя, что это лишь компенсация за неучастие в общем поздравлении. Я просматриваю все резюме, которые ждут моего мнения, высылаю Ярославу ответ с расшифровкой по ним. Как на иголках жду приглашения в малый зал. Меня никто не вызывает. Весь день я стараюсь провести в своём кабинете и покидаю его только слившись с плотным потоком коллег во время обеденного перерыва и по завершении рабочего дня.
Трудовая неделя выматывает эмоционально. Из отпуска выходит мой непосредственный начальник, Дмитрий, и дёргает меня по малейшему поводу. Его не было на месте чуть больше месяца, а изменений произошло столько, что за раз не охватить. Я терпеливо показываю ему уже сделанные наработки, ввожу в курс дел по утверждённому плану, новым и уволенным сотрудникам, напоминаю заполнить оценочные формы и делюсь резюме по вакантной должности.
Он сухо поздравляет меня с повышением и прошедшим днём рождения. Дважды пробует взять с собой на доклад к директору и Ярославу, но в обоих случаях у Оксаны оказываются чёткие указания на пропуск его одного. Я не хочу зацикливаться на причинах, но непроизвольно думаю, связаны ли они с тем, что меня не хотят видеть или Дмитрий должен пройти свои проверки самостоятельно. Утешением для моих сомнений становятся тепловые послания, просачивающиеся сквозь зазоры жалюзи. Как бы ни хотелось себя обмануть, они льстят моему пошатнувшемуся женскому самолюбию.
В пятницу приходит очередное сообщение от Марка, которыми он бомбардирует меня с понедельника. Я удаляла их, не читая. Набираюсь смелости и открываю последнее: «ПОЖАЛУЙСТА, ПОГОВОРИ СО МНОЙ!» Я думала, что рушить всегда проще. Уж точно быстрее. Марк раздавил меня, а отголоски любви к нему всё ещё цепляются за нелепые оправдания… И это ужаснее всего.
Я не хочу с ним разговаривать. Но я должна сама себе. Должна поставить понятную точку. «Между нами всё кончено» — печатаю, добавляю, стираю дополнения, тяну с отправкой. Бессмысленно писать что-то ещё. Да, мне до сих пор больно, пусто, не понятно. Только я не буду об этом говорить и спрашивать. Мне нужно выжечь чувства. Я не хочу больше чувствовать. Только разум. Объяснимо и без придумываний того, чего нет. Отправляю сообщение и вношу номер Марка в чёрный список.
Танцы с Майей удаются настолько, что ноги гудят все выходные. Мы занимаем самый дальний от танцпола столик, где можно отдышаться и даже немного поболтать. Мне преподносят фирменный коктейль в качестве комплимента от заведения в честь дня рождения.
Ближе к полуночи Майя поднимает изящный бокал и подмигивает: