Папочкин Ангелок (ЛП)

Но я хочу этого.
Я хочу быть разрушенной его руками.
Сломанной и переделанной.
Люди протягивают руки и поздравляют меня. Они говорят, но я их не слышу. Я улыбаюсь и иду дальше, пока не оказываюсь перед его столом.
— Ты великолепна, — хвалит Тайлер, упиваясь мной, как всегда, но на этот раз он закрывает глаза, пытаясь скрыть потребность во мне, когда натыкается на мой взгляд.
— Почему вы здесь? — спрашиваю я беззлобно.
Он отодвигает другой стул.
— Присядь, Ангел.
Я сажусь, а Тайлер кривовато улыбается. Он протягивает мне напиток, и я делаю глоток — джин, лед и лимон, мой любимый. Он вздыхает и оглядывается по сторонам.
— Хотел узнать, все ли у тебя в порядке. Я говорил с Джастином сегодня.
Облизнув губы, я тоже оглядываюсь по сторонам, не в силах встретиться с ним взглядом, не зная, что сказать. Тайлер протягивает руку и хватает меня за плечо, притягивая к себе. Я смотрю вниз на его большую ладонь, лежащую на мне, и провожу взглядом по его глазам, дрожа от интенсивности его взгляда, которым он смотрит на меня.
— Ты в порядке?
Я не отвечаю, я не в состоянии говорить под таким напором, а он почти болезненно сжимает руку, смотрит на меня, недовольно поджав губы.
— Ангелок, — предупреждающе шипит Тайлер.
— Да и нет, — шепчу я, чтобы слышал только он.
Тайлер молчит, просто смотрит на меня, ища во мне правду, и этого становится чересчур, слишком поглощающе, слишком неожиданно. Я дергаю Тайлера за руку, и он отпускает ее, прежде чем усесться обратно. Я задыхаюсь, когда он отпускает меня, и дрожащей рукой беру свой стакан, чтобы глотнуть немного. Облизываю ободок стакана, когда замечаю его взгляд.
— Так вот зачем вы здесь… Чтобы узнать, все ли у меня в порядке после того, как ваш сын порвал со мной?
Тайлер хмурится, но не отводит взгляд.
— И да, и нет, — признает он, и я киваю. Мы оба ходим вокруг неизбежной правды.
Причины, по которой он сюда пришел, причины, по которой он не уходит. Причины, по которой не ухожу я, причины, по которой я наклоняюсь к нему ближе.
Потребность.
Желание.
Желание узнать, будет ли это так же хорошо, как в моих фантазиях…
Запретный шепот связывает нас, что-то настолько неправильное, что это кажется абсолютно правильным. И когда я сжимаю бедра вместе, а его голодные глаза пожирают меня, я знаю ответ. Я собираюсь трахнуться с отцом Джастина…
Тайлер. Я собираюсь трахнуть его, попробовать его на вкус и удовлетворить это желание, а когда мне станет лучше и я буду чувствовать себя удовлетворенной, я уйду, и все это будет хорошим воспоминанием, о котором можно будет иногда вспоминать.
Опрокинув бокал, я успокаиваюсь, зная, что собираюсь сделать. Больше не нужно обходить острые углы, оставаться неудовлетворенной и пытаться подавить готовые сорваться слова. Сейчас или никогда. Отведя плечи назад, я улыбаюсь ему, направляя в грудь всю храбрость, которую я использую на сцене, что помогает мне произнести следующие слова.
— Встретимся в туалете. — Я встаю и, подмигнув Тайлеру, пробираюсь сквозь толпу к коридору в задней части зала. Я захожу в женский туалет и наклоняюсь к зеркалу, проверяя свою помаду, пока жду, последует ли он за мной. Мое сердце колотится в груди, руки трясутся от нервов.
Мгновение спустя дверь открывается. Тайлер открывает ее. Он выглядит смущенным, но в то же время похож на изголодавшегося зверя. Он знает. Я подхожу ближе, и он отступает назад, ударяясь о дверь и прижимаясь к ней. Я щелкаю замком и проверяю, что остальные кабинки пусты.
— Анг… Лекси, что ты делаешь? — Он сурово хмурится.
— Ангелок? Ты ведь именно это собирался сказать, верно? — спрашиваю я, дразняще проводя рукой по его груди. Тайлер перехватывает мою ладонь и сжимает, заставляя меня задыхаться от боли и удовольствия, моя киска сжимается от силы его прикосновения. Черт, я могу представить, как эти руки вот так сжимают мои бедра, мою грудь… снова мои бедра.
Глаза Тайлера темнеют, когда он все понимает без слов по выражению моего лица.
— Ты не можешь мыслить ясно…
 
— Нет, я это делаю. Мыслю яснее, чем когда-либо. Мне надоело притворяться, что я не хочу тебя. Я хочу, и мы оба знаем, что ты тоже хочешь меня, — отвечаю я, а затем призывно улыбаюсь.
— Лекс… — вздыхает Тайлер. — Ты достаточно молода, ты мне в дочери годишься. Черт, ты встречалась с моим сыном! — огрызается Тайлер, но притягивает меня ближе, словно не может удержаться.
— И что? Тебе станет легче, если я буду называть тебя папочкой, пока ты трахаешь меня? — Я усмехаюсь, а Тайлер стонет, закрывая глаза на мгновение, прежде чем вновь открывает их и фиксируется на мне.
О, ему это понравилось.
Придвинувшись ближе, я прижимаюсь к твердому телу папочки и смотрю на него сквозь ресницы.
— Папочка, трахни меня, прямо сейчас. Мы оба знаем, что ты хочешь этого, так что к черту правила. Я устала быть хорошей девочкой, когда плохая чувствует себя намного лучше.
— Ангелок, — вырывается у него, но потом Тайлер не знает, что сказать, поэтому я отступаю назад, высвобождаю руку из его захвата и хватаюсь за низ платья. Я слегка приподнимаю его по бедрам, а Тайлер взглядом прослеживает каждое движение, пока его руки сжимаются в кулаки.
— Остановись.
— Почему?
Я усмехаюсь, сдвигая платье выше и показывая папочке, что под ним я голая. Голая и мокрая. Для него.
Тайлер огрызается. Он хватает меня за шею и прижимает лицом к стене, в то время как сам толкает меня в спину. Его рот касается моего уха, когда он так легко удерживает меня на месте.
— Ты хочешь быть плохой девочкой? Верно, Ангелок? — рычит Тайлер, проводя другой рукой по моему бедру, касаясь моей обнаженной киски.
Тайлер накрывает ее твердой, собственнической ладонью, и я насаживаюсь на нее.
— Ты полагаешь, что можешь показывать мне свою киску и дразнить меня, а я не буду реагировать? Такой плохой Ангелочек, но я готов поспорить, что если бы я засунул пальцы в твою киску прямо сейчас, ты бы оседлала их и закричала, не так ли?
— Да, — простонала я, толкаясь в его руку. — Пожалуйста, Тайлер.
— Что пожалуйста, — шепчет Тайлер, покусывая мое ухо.
— Пожалуйста, Папочка, трахни меня!
Я почти плачу, отчаяние переполняет меня. Я зашла так далеко не для того, чтобы он сейчас ушел. Тайлер разворачивает меня, и я мгновенно ощущаю давление его руки.
Я задыхаюсь, глядя на него. Тайлер полностью одет и выглядит таким сексуальным и соблазнительным. Он наблюдает за мной, пробегая взглядом по моей обнаженной коже.
— Снимай платье, сейчас же.
Я сглатываю, а он лишь щурится от моей нерешительности.
— Ты хочешь мой член? Раздевайся сейчас же, Ангелок.
Я делаю то, что мне велят. Покачивая плечами, я позволяю бретелькам упасть, обнажая грудь. Тайлер издает стон, его взгляд остановился на них, когда я схватила материал на бедрах и потянула платье вниз, пока оно не оказалось у моих ног. Освободившись от блестящей ткани, стоя только в туфлях на каблуках, я жду, пока Тайлер пробегает по моему телу голодными глазами.
— Я представлял тебя голой с первого момента нашей встречи, но это ничто по сравнению с реальностью. Ты чертовски сногсшибательна, Ангелок, слишком, черт возьми, совершенна, слишком чиста для этих старых, грязных рук. Но мне все равно. Я пытался быть хорошим и позволил тебе уйти. Теперь ты моя, и я буду иметь тебя любым чертовым способом, каким захочу. Ты меня понимаешь? — рычит Тайлер, придвигаясь ближе и резко сжимая мой подбородок. — Скажи «да», Ангелок.
— Да, — шепчу я, задыхаясь, отдаваясь во власть его рук. Здесь, в туалете клуба, Тайлер опускается на колени, и я отшатываюсь назад, когда он обхватывает мои бедра.
— Тайлер… что…
Он поднимает голову, его темные глаза встречаются с моими. Папочка так близко к моей киске, что я почти чувствую его дыхание.
— Ты же не думала, что я собираюсь нагнуть тебя и быстро трахнуть, правда? Я не такой, как маленькие мальчики, с которыми ты привыкла встречаться, Ангел. Ты получишь этот член только тогда, когда я буду готов. Сначала мне нужно разыграть несколько фантазий, в том числе узнать какая ты на вкус, пока ты кончаешь с моим языком в твоей дырочке.