Папочкин Ангелок (ЛП)

— Останься со мной, Ангел, — простонал он, прижимая свою голову к моей, когда входил в меня, отгоняя каждую угнетающую мысль. Каждый удар его члена усиливает это удовольствие, пока мне не становится все равно.
Если я наркоманка, то и он тоже.
Тайлер может называть меня Ангелом, но мы оба знаем, что они падают.
И я падаю, падаю сильно, прямо с обрыва и освобождаюсь. Я издаю стон ему в губы, а Тайлер замирает и корчится от удовольствия. Наши сердца бьются в унисон, а тела покрыты потом, когда он прижимается ближе.
Я обхватываю его руками, пытаясь отдышаться, но он целует меня так мягко, так нежно, что у меня на глаза наворачиваются слезы. Тайлер трахает меня как животное, но после этого любит меня так нежно. Как это вообще возможно?
— Останься, Ангел, останься со мной, — шепчет Тайлер.
Я моргаю, затем сглатываю, чтобы унять сухость во рту, и возвращаюсь на землю.
Ангелы падают.
Но могу ли я действительно влюбиться в отца своего бывшего парня?
Пока мы задыхаемся, его член все еще во мне, наши тела прижаты друг к другу, я ищу его взгляд. Слова застревают у меня в горле, пока я ищу ответ на его вопрос. Тайлер вздыхает, прежде чем снова поцеловать меня.
— Давай немного поспим.
Я знаю, что причинила ему боль, но я не знаю, чего хочу. Все это было так быстро, так быстро прошло, и я окрылена Тайлером. Что, если это пройдет? Что если этого недостаточно? Могу ли я действительно остаться? Но… могу ли я уйти?
Позволит ли он мне уйти, если я попытаюсь?
И хочу ли я этого?
Жизнь редко дает нам второй шанс на первую любовь. У меня была своя доля принцев и шутов, а теперь мне нужен король, который будет заботиться обо мне во всех отношениях. Кто знает, что у него в руках… королева.
Но может ли вожделение — я не буду говорить о любви, пока нет — длиться долго, когда мы сталкиваемся с такими трудностями?
Хотела бы я знать.
Папочка… пожалуйста, не делай мне больно.
  
13
 
 
ТАЙЛЕР
 
Я оставляю Лекси спящей, а сам ускользаю в магазин за продуктами. На обратном пути я решаю захватить завтрак для нее и себя, мы даже можем позавтракать в постели. Я знаю, что при свете дня у нее могут возникнуть сожаления или сомнения, но надеюсь, что это не так, так же как надеюсь, что она все еще будет рядом, когда я вернусь.
Это больше, чем просто секс или трах. Между нами что-то есть, что-то, что я хочу исследовать, даже если она до конца не уверена. Мне просто нужно время, чтобы убедить ее, что я не причиню ей боль, как те идиоты в прошлом. Время, чтобы доказать, что она может доверить мне свое сердце.
Я как раз выхожу из кафе с напитками и пакетом еды, когда сталкиваюсь с Джастином. Я замираю, и он тоже, прежде чем усмехнуться.
— Привет, пап. Что ты делаешь так рано в свой выходной?
— Завтракаю, — парирую я. — Я думал, ты сегодня работаешь?
— Взял отгул, — отвечает он, его глаза устремлены вдаль, как это обычно бывает, когда он лжет. — Хочешь перекусить вместе? — спрашивает он.
— Извини, мне нужно возвращаться, может, на следующей неделе? — предлагаю я.
Джастин кивает, и я похлопываю его по плечу, когда прохожу мимо, прежде чем остановиться, зная, что не должен этого делать.
— Как Лекси? Я давно вас двоих не видел.
— О.
Обернувшись, я вижу, что его лицо покраснело, а рука потирает затылок.
— Мы расстались. Прости, я знаю, что она тебе нравилась.
Чертовски преуменьшаешь, парень, учитывая, что я украл ее при первой же возможности, наполнил ее своей спермой и теперь думаю о том, как оставить ее себе навсегда.
— Очень жаль, она хороший человек. Что случилось? — тупо интересуюсь я.
В последнее время мы с ним отдалились друг от друга, в основном потому, что каждый раз, когда я его вижу, мне хочется избить его за то, что у него была она, и я думаю, что какая-то часть его знает об этом.
 
— Просто не сложилось. Эй, я лучше пойду, если хочу успеть на работу.
Джастин исчезает внутри. Подождите-ка, я думал, он типа взял отгул?
Дети, они никогда не становятся слишком взрослыми, чтобы лгать своим родителям.
Отворачиваясь, я подавляю чувство вины за то, что солгал ему, за то, что не сказал ему правду о нас с Лекси. Но я не знаю, хочет ли она этого, и это ее выбор, а не мой.
Правда всегда выйдет наружу, надеюсь, она это поймет.
Стряхнув с себя наваждение, я отправляюсь домой и, войдя в дом, кладу еду в тарелки и несу их наверх. Когда я вхожу в комнату, я замираю и смотрю на нее.
Лекси прекрасна ночью, но еще более прекрасна днем.
Солнце проникает в окно, целуя ее золотистую кожу, а ее светлые волосы блестят на моих подушках, как прядки золота. Кожа Лекси гладкая и идеальная, ее изгибы выставлены напоказ. Высокая, пышная грудь просит моего рта, а ее живот призывает меня целовать и поклоняться ему.
Ее округлые бедра и накачанные ляжки заставляют мой член твердеть в течение нескольких секунд, и я думаю о том, чтобы съесть на завтрак Лекси. Но когда у нее заурчало в животе, и она моргнула, открыв эти притягательные глаза, я понял, что сначала нужно ее накормить.
Потом уже я смогу съесть ее.
— Доброе утро, Ангел, — бормочу я, проходя через комнату. Я ставлю тарелку и кофе на тумбочку перед Лекси, прежде чем наклониться и украдкой поцеловать ее.
Ухмыляясь, я проскальзываю рядом с ней, моя собственная тарелка с омлетом покоится на моем колене, когда Лекси сонно моргает и садится. Простыня сбивается на ее талии, но, похоже, ее это не волнует.
— Ммм, пахнет потрясающе, ты готовил? — спрашивает она, беря круассан, отламывая кусочек и жуя, прежде чем застонать. — Боже, если бы ты приготовил это, я бы вышла за тебя замуж.
— Ну… — поддразниваю я, прежде чем разрезать свой завтрак. — Жаль разочаровывать, но нет. Но я встретил Джастина в кафе.
Я чувствую, как Лекси замирает, и ее взгляд устремляется в мою сторону, поэтому я поднимаю голову и ободряюще улыбаюсь Лекси.
— Я ничего ему не сказал.
Она опускает глаза, а затем морщится.
— Прости, я не…
— Я знаю, — говоря, киваю на ее тарелку с едой. — Ешь.
Глаза Лекси блестят, когда она откусывает кусочек. На ее губах остается крошка теста, и я наклоняюсь и слизываю ее. Ангел стонет и прижимается ко мне, но я отступаю с усмешкой.
— Сначала поешь, Ангел.
— Дразнишься, — ворчит она.
— О, я планирую дразнить тебя все утро, Ангел, и заставлять тебя выкрикивать мое имя, чтобы все слышали, но сначала тебе нужно поесть… Тебе понадобится энергия.
Она усмехается и ест быстрее, и когда я заканчиваю, откидываюсь назад и потягиваю свой кофе, наблюдая за моим Ангелочком.
— Оставайся сегодня вечером со мной.
— Тайлер… — начинает Лекси, и я поднимаю руку.
— Я больше ни о чем не прошу, но мы оба знаем, что нам не хватает друг друга. У меня есть много времени, чтобы наверстать упущенное. Ты ведь сегодня не работаешь?
Ангелочек качает головой, нервно покусывая нижнюю губу, поэтому я наклоняюсь и прижимаю большой палец к пухлой губе Ангелочка, пока она не отпустит кожу, а затем большим пальцем поглаживаю то место, где она прикусывала кожу.
— Тогда останься со мной, Ангел, еще на одну ночь. Позволь мне заснуть с тобой в моих объятиях. Если завтра ты захочешь уйти, я позволю тебе. Я даже не буду преследовать тебя, если ты этого хочешь, ты будешь отомщена. Еще одна ночь, Лекси, со мной, прошу.
Лекси смотрит мне в глаза, прежде чем склониться к моему прикосновению.
— Хорошо, — соглашается она, заставляя меня усмехнуться.
— Хочешь принять душ, Ангел?
Она кивает, и я наклоняюсь ближе, шепча ей в губы.
— Лучше поторопись, потому что я проголодался и говорю не о еде. Я хочу, чтобы ты оказалась подо мной меньше, чем через двадцать минут, так что у тебя есть десять минут, милая.