С кем попало не летаю (СИ)

Новая догадка холодной рукой сжала горло. Согласно слухам, облачных ведьм уничтожили за то, что они хотели свергнуть короля. Но что, если дело было совсем в другом? Что, если Хадрок точно так же как попросил Люса позаботиться о Лилолет, попросил кого-то еще присмотреть за всеми облачными ведьмами. Люс, судя по тому, что мать Лилолет оказалась единственной выжившей, со своим обязательством справился. А тот, другой?
Сложно. Слишком все сложно и слишком много совпадений. Я понимал, что все эти события как-то связаны, что мои сны не просто сны, но никак не мог уловить самого главного. Что-то постоянно ускользало от меня. Почему именно мне снится все это, почему я настолько сильно ощущаю в них себя Люсом, как будто все события происходили со мной в реальности.
Почему, почему, почему?
Не выдержав кружащихся в моей голове вопросов, я подскочил с кровати и принялся одеваться. Мне срочно требовался глоток свежего воздуха. Похоже, ночные прогулки начали входить у меня в привычку.
Я не знал, куда пойду, но хотел оказаться подальше от корпуса. Выйдя на свежий воздух, чуть успокоился, но тут же вспомнил о ведьме. Не удивлюсь, если рыжей бестии тоже не спится. А поскольку случайно встретиться с ней я абсолютно не хотел, раскинул поисковую сеть, чтобы точно знать, куда мне ни при каких условиях не стоит идти.
В общежитии ведьмы действительно не оказалось. Хмыкнув, я расширил сеть и был весьма удивлен, ощутив ее у целительского факультета. Вначале подумал, что она вновь пошла к озеру, но, вспомнив план академии, понял, что в данный момент ведьма находится в лекарском крыле учебного корпуса целителей. И она там была не одна.
Не желая переноситься прямо к ведьме, я вновь открыл портал недалеко от корпуса. В отличие от всех остальных зданий, погруженных во тьму, в лекарском крыле ярким светом горело три настеж распахнутых окна на первом этаже. К ним я и направился, уговаривая себя, что просто тихонько загляну и сразу уйду.
— Вир Поривац, — услышал я злобное шипение ректора, едва приблизился к первому окну. — Сказать, что вы разочаровали меня как преподаватель, — это ничего не сказать. И я сейчас разговариваю с вами не как мать, а как руководитель этого заведения. Говорят, вы гениальный механик, может быть, так и есть, иначе бы я не пригласила вас в наше учебное заведение. Но как учитель вы показали себя полной бездарностью, начиная с того самого момента, как потеряли перед студентами собственное тело.
Слушать, как ректор распинает нашего куратора, было неприятно, даже с учетом того, что ведьма была права, поэтому я решил перейти к следующему окну, но ответ вира Пориваца заставил меня остановиться.
— Вы преувеличиваете. Лилолет же жива.
— Жива? — чуть ли не вскричала ректор. — При этом без сознания, с полным магическим выгоранием и, неизвестно, сумеет ли вообще очнуться.
— Вира Елизаветандреевна, — зло фыркнул в ответ куратор, несмотря на серьезность обвинения, — вам ли не знать, что магическое выгорание в наше время вполне успешно лечится. Так что, я думаю, ваши слова всего лишь следствие эмоций. Ничего страшного не произошло, просто Лилолет немного переусердствовала.
— Переусердствовала? — вновь зло прошипела ведьма, и я даже через окно почувствовал, как в воздухе зазвенела от напряжения магия. — Я вижу вы, вир Поривац, совершенно не понимаете, о чем говорите. Лилолет облачная ведьма, обычные средства на нее не действуют. Ее сила зависит от эмоций, и только они могут вернуть ее в нормальное состояние. Вот только ответьте мне, какие эмоции она может испытывать, находясь без сознания?!
— Ветер, успокойся, — неожиданно раздался незнакомый мужской голос. — Если ты сейчас окончательно развеешь олуха, это никак не поможет нам вернуть Лил. А вы, вир Поривац, лучше заткнитесь, пока и мне не захотелось, как и моей жене, окончательно отправить вас за грань. А еще лучше расскажите еще раз, что же все-таки произошло.
Я весь превратился в слух, не понимая, что произошло. Я еще не успел отойти от своего странного сна, а тут уже новое происшествие. Куда же на этот раз успела влипнуть неугомонная ведьма и при чем здесь наш куратор?
 
— Но ЭМИС уже все рассказала, — видимо, растерявшись под напором мужчины, пролепетал призрак. Судя по словам, это был отец Лилолет, и мне уже стало жаль куратора. Если ведьма как-то влияла на собеседника магически, то от звука голоса ее отца душа просто уходила в пятки. Не знаю, кем он был, но встречаться с ним я точно не хотел бы.
— ЭМИС, машина, — вновь послышался голос ректора. Хоть теперь она не кричала и не шипела как змея, с трудом сдерживаемый гнев прекрасно ощущался в ее словах. Да и магия вокруг по-прежнему была так напряжена, словно кто-то готовил смертельное заклинание, способное с одного удара уничтожить целую армию. Все же, видимо, не на пустом месте мой отец, даже будучи драконом, не рисковал вызвать на открытый бой облачную ведьму. — Ее задача — фиксировать и анализировать информацию. При всем желании она не может залезть к вам в голову и увидеть все вашими глазами.
— Ладно, — устало выдохнул призрак, и звук его голоса чуть отдалился, словно он отошел в глубь комнаты. — При заходе в лабораторию я забыл провести инструктаж. Точнее, не забыл, я собирался провести его непосредственно перед самой работой. Откуда мне было знать, что ваша дочь тут же кинется тыкать пальцами в основу? От ее действий эоплазма съехала со стола и упала на пол. Само собой, плетения, удерживающие форму, от удара распались, а вы сами знаете, сколько они стоят. А потом студентка Далорос сама предложила попробовать вернуть форму основе. Я был уверен, что у нее ничего не получится, — начал нервно оправдываться куратор.
— Но все же легли на стол, — сухо заключила ведьма.
— Да, лег, — вновь взвился призрак. — И у нее получилось. Брыська и Усиан работали очень быстро, все наши силы уходили на закрепление материи, а ваша дочь была невидима, откуда я мог знать, что с ней не все нормально? Она материализовалась, как только мы закончили, но уже была в бессознательном состоянии. Так что я не вижу своей вины в том, что студентка не рассчитала собственные силы.
— Я что-то не пойму, — задумчиво пробормотал отец Лилолет. — Даже если отбросить тот факт, что наша дочь без сознания, и учесть, что во всей этой ситуации есть доля вины Лилолет, а вы, вир Поривац, получили тело даже раньше, чем рассчитывали, чем же вы так недовольны? Потому как у меня ощущение, что это недовольство не дает вам здраво мыслить и реально оценить ситуацию.
— Я застрял, — повинился механик. — Застрял в жутком, кошмарном теле, которое сотворила ваша дочь!
— Насколько я помню, — хмыкнула ректор, — именно так вы и выглядели до смерти.
— Вот именно! — вскричал механик. — Я столько сил после смерти положил на то, чтобы обзавестись нормальным, достойным моего великого ума телом. А что в результате? Опять оказался там же.
Не выдержав, я постарался незаметно заглянуть в окно, потому как, несмотря на всю неприятность ситуации, мне стало безумно интересно, что же за тело получил куратор, что гнев от его обретения превысил чувство вины и страх перед ректором и ее мужем. Более того, кажется, отец Лилолет был прав, отметив, что вир Поривац ведет себя неадекватно.
Если бы я не видел предыдущий вариант тела призрака, возможно, к этому отнесся бы вполне нормально. Подумаешь, чудаковатый мужик, чем-то напоминающий жабу. Но когда вир Поривац представал перед нами в облике призрака, его «лягушачесть» не так сильно бросалась в глаза. Призрак имел размытый силуэт, и черты его были смазаны. Когда он выпадал из тела, в глаза бросалось лишь различие в росте, сейчас же, увидев Пориваца в теле, отображающем его реальную внешность, я прекрасно понял отчаяние и злость куратора. Практически лишенный губ широкий рот дополняли выпученные круглые глаза и крошечный курносый носик. Низкий лоб и редкие длинные белые пряди, не скрывающие странных шишек по всей голове, усиливали сходство с жабой, а тонкие длинные руки при весьма коротком широком теле ставили в этом сходстве финальную точку. Не знаю, кем на самом деле был гениальный механик, но в том, что он чистокровный человек, я серьезно засомневался. Представить не мог, какие из известных рас должны были скреститься, чтобы получилось такое «чудо». Что ж, рыжая бестия, как всегда, оказалась верна себе. Не знаю, каким именно способом она помогала куратору создавать новое тело, но постаралась ведьма на славу. Хоть все это меркло по сравнению с тем, что сейчас она находилась без сознания и без магии.