Стихия Перемен (СИ)

— Ну это мы еще посмотрим кто с кого голову снимет, ежели доведется лично переведаться, — посулился Белшад, любовно поглаживая рукоять чекана. — Тут уж на чьей стороне будет фортуна! Это как раз нормально, у нас всех такая участь!
Конники продвигались на запад, навстречу несущему редкий снег ветру. Многие из них прислушивались к текущему между ветеранами разговору, вполголоса делясь своими скудными мыслями с товарищами по несчастью.
— Фортуна, — хрипло кашлянул Девар, до этого размышлявший над чем-то своим, и словно даже не слышавший посторонних разговоров. Из-под конских копыт неожиданно прыснул по снегу отощавший заяц-русак. Его суетливый маневр был встречен свистом и бранью, расчехляющих луки наемников. Кто-то наспех выстрелил и тут же досадливо цокнул языком. Мимо. Но далеко убежать косой не успел — свистнула стрела и удачливый лучник ободряемый смешками других подведя проваливающегося в сугроб коня, сдернул со снегу пушистую тушку, окрасившуюся алыми бусинками крови.
— Продажная шлюха, эта фортуна. Только что вертела задом перед нами и вовсю улыбалась, точно получив в задаток золотой, а теперь вот ушла к другим, — все тем же хриплым, простуженным голосом продолжал Девар. — Ненавижу. Но ничего, песья кровь, мы еще покажем свои оскалы. Не сомневайтесь! Еще вернемся мы сюда с факелами и зажжем все Триградье от края до края! Славно погуляем в этом борделе, вернув себе честно завоеванное!
Наемники не в первый раз слышали эту речь. После бегства от Грейбриса Лишайный время от времени начинал бормотать что-то подобное. Грозил предателям карами небесными, грозил убить всех младенцев в проклятом «борделе» — город он иначе не называл. Наверное предводитель полусотни при виде такого поражения слегка повредился в рассудке.
— Смотрите!!! — перебил патетическую речь старшего один из конников, едущих как ни странно где-то в середине строя. — Кто это там?
Взоры наемников обернулись восточнее их тропы. Из-за свистящего ветра швыряющегося мокрыми комьями снега они не увидели раньше… Неровная шеренга растянувшаяся едва ли не через все поле двигалась прямо на них.
— К-кто это? — повторил тот же голос в ужасе стукнув зубами. — Братцы, а?
Почти полусотенный отряд замедлив свой обреченный ход сквозь зиму наблюдал за мерным приближением серо-белых фигур. Чуть запаздывая сквозь присвист зимы доносился мерный рокот многих сотен копыт, заставляющих содрогаться всю поднебесную. Запорошенные белой-белой снежной крупой меховые одежды и шапки с меховыми воротниками, делали своих носителей похожими на диковинных зверей. В известном смысле ездоки действительно были зверями.
— Змеи! — охнул Белшад. — Конница змейская! Зимой? Здесь?! Что им надо?!
Их заметили. Совершенно несомненно заметили. Бежать? На такую глупость способны были только зеленые новички — сбежать на усталых конях в зимнюю метель от степняков? Может еще поймать дракона за усы? Или догнать ветер? То, что конники завидев малый отряд не прибавили скорости свидетельствовало лишь об одном. Об обреченном положении.
— Стоять всем! — Девар соображал быстро. — Кто побежит, остальным стрелять без всякой жалости!
Оказавшись рядом с Белшадом предводитель схватил ветерана за плечо.
— Ты и Ритобард поедете со мной! Попробуем поговорить мирно!
Никто не возражал. Тем временем движущаяся степью волна замерла в двух перелетах стрелы от наемничьего отряда, подтягивая отстающих. Самые зоркие наемники уже начали прикидывать численность и к своему ужасу обнаружили, что столкнулись нос к носу с целой армией.
— Как хозяева едут, — невесело заметил Белшад, выезжая навстречу замершей человечьей лавине. — По своим владениям. Даже разъездов не высылают!
— А кто в такой час по степи ездить станет? — в тон ему отозвался Ритобард, нервозно подергивая плечами. — Разве что Смотритель Степной.
— Тьфу ты! Нашел время! Не буди лихо пока спит тихо, а то ведь не ровен час…
— Да какая разница, — безнадежно отмахнулся Ритобард. — Все равно уже напоролись. Теперь имеем вот.
 
— Заткнитесь оба! — велел Девар, когда они встали на середине расстояния между степняками и своим «войском». — Иначе когда вернемся, велю напоить вас топленым свинцом!
— Если вернемся, — себе в шарф буркнул Белшад. Им навстречу их «змеиного» стана выехала такая же тройка делегатов. Вид увешанных черепами коней и вооруженных до зубов степняков с их невозмутимыми узкоглазыми лицами мог повергнуть в смятение кого угодно. Наемники были не исключением — даже кони под ними немного заволновались, чувствуя страх всадников.
Когда между переговорщиками осталось десять шагов варвары встали. Вперед выехал лишь тот, что был посередине — наголову выше своих соратников. Шириной плеч он превосходил любого заголосца. Необычно могучая комплекция степного богатыря, рядом с которым прочие «змеи» смотрелись детьми, объяснялась просто. Причудливая игра образованная смешением кровей отца-воина и матери-рабыни.
Девар кисло кривясь поехал навстречу гиганту. Совсем некстати ему померещилось, что непотребных размеров ятаган степняка, может разрубить взрослого мужчину от макушки до середины груди. Если налечь с надлежащей силой.
Они поравнялись — узколобый наемник в серых стальных латах, поверх гамбизона с одетым в меха и кожу великаном, без проблеска человеческих чувств в черных глазах.
— Приветствую тебя славный сын степей, — сипло выкрикнул, насилуя голосовые связки Девар. — Я предводитель конной полусотни второго Свободного Полка Армии Грейбриса Девар.
— Я Граго, — басовито-рычащим голосом ответил степняк. — Кровный брат хана Токтаха.
Имя хана ничего не сказало наемнику, но как истинный дипломат он поспешил кивнуть с почтением на лице.
— Вы служите Дракону? — без долгих прелюдий спросил Граго. Тон его угрожающий, очень не понравился Девару, но наемник не подал виду.
— Сейчас мы свободны, — тщательно подбирая слова, и пытаясь угадать на чьей стороне здоровяк принялся юлить наемник: — После гибели нашего командира, мы направляемся к себе домой, до следующей весны.
— Весна не наступит, — грубо перебил его Граго. — А если лед и растает на реках, то увидят это очень немногие из тех, кто сейчас топчет снег. Вы едете одни, без запасов сквозь лютое поле? Свободный Полк? Ты врешь.
Несмотря на холод Девар при этих словах облился потом и испытал яркое желание перевести диалог на более простую форму общения. Интересно, какие у него шансы против этого Граго. Ишь как сверлит глазами, таракан!
— На чьей ты стороне, рытвинник!
— Мы больше не поддерживаем ни одну из сторон. Мы сами по себе, — с огромными усилиями сдерживая желание забиться внутрь своей брони постановил Девар. Граго смотрел без выражения. Потом заулыбался:
— Ты бежишь из боя, потому что остался без командира? Или потому что мало людей? Или потому что трус?
— Я не трус! — взвился Девар. — И кто ты сам таков коль пытаешь меня?!
— Я Граго! — здоровяк указал варежкой на воинство позади себя. — Хан Токтах, первый среди Хозяев Степи идет посмотреть так ли страшен Дракон Триградья, каким он изображает себя! Мы идем взглянуть на богатство бывшей столицы Триградья — Грейбриса! И лично посмотреть достоин ли его нынешний хозяин Рыжая Борода, своего места! И нас тьма и пять тысяч!
«Э-э-э? Да они идут воевать! Среди зимы! Кто воюет зимой! Варвары!» — ужаснулся про себя Девар. Но тут же понял, что хан Токтах, далеко не дурак и выбрал весьма удачное время для своего нападения. Хёргэ далеко и по всей видимости не станет посылать своих ратей, для участия в войне за Грейбрис, а сам Грейбрис истощен. И он сменил своего хозяина, окончательно утратив тем самым контроль за остатками наемников. Так ли много сил у Дракона? Уж точно их не станет чтобы остановить пятнадцать тысяч озверелых варваров. А раз так — может стать им полезными?
 
— В таком случае вы опоздали, — с видимым сочувствием сообщил Девар. — Рыжая Борода мертв. Город попал в руки Дракона Триградья и его слуг.