Равноденствие (СИ)

Гермиона прислушивается, запоминает и с каждой последующей минутой все сильнее чувствует, как треклятый страх пытается забраться ей под кожу. Грейнджер одергивает себя. Больше нет сил бояться.
Нет ни сил, ни времени.
Гермиона спускается вниз плечом к плечу рядом с Нарциссой. Руки Грейнджер свободны, их давно не сковывают заклинанием. Когда дубовые двери открываются, десятки пожирателей оборачиваются и теряют дар речи.
Гермиона не удостаивает их вниманием, не опускает сурового, холодного взгляда, смотрит прямо перед собой, бросив руки вдоль тела. Она находит в себе все силы и ловит взгляд Темного Лорда, устремленный на нее.
Беллатриса мечет из глаз молнии, сжимаясь в пружину, Нарцисса старается скрыть улыбку, переглядываясь с мужем, а Северус… Северус глаз от нее оторвать не может.
Грейнджер направляется вперед, держит спину прямой, чуть вздергивает вверх подбородок. Пожиратели почти с трепетом смотрят на нее. Темный Лорд не скрывает своего восхищения. Магглорожденная плавно плывет к нему, облаченная в рубиновую роскошь, преподнесенную золотыми руками Нарциссы.
Она останавливается возле ступенек пьедестала Тома, элегантно прихватывает руками подол платья и кланяется, не прерывая с ним зрительного контакта. Жилистая спина Грейнджер, усеянная белесой дюжиной кривых шрамов, приковывает взгляды стоящих сзади гостей.
— Мой Повелитель, — нараспев произносит она, намереваясь исполнять стандартную процедуру и сесть возле его ног, но…
Советы Нарциссы оказываются не медью, а золотом.
— Поднимись, — произносит Том, разглядывая ее с нескрываемым интересом.
Грейнджер выпрямляется, снова устанавливая с ним прямой зрительный контакт. Страха больше нет. Лишь слепая, незыблемая уверенность во всем, что сейчас происходит и будет происходить дальше.
Том протягивает ей руку.
— Мисс Грейнджер, — впервые обращается он к ней по имени, что вызывает гул шепота среди пожирателей.
Гермиона опускает подол платья и впервые осознанно и самостоятельно поднимается по ступенькам к трону Повелителя. Знакомый запах смерти слышится от него, но Грейнджер игнорирует его всем своим существом и вкладывает свою холодную руку в ледяную ладонь Повелителя.
Он ведет ее вдоль длинного темного стола в противоположный конец и даже выдвигает стул, помогая сесть. Грейнджер держит спину прямой, садится уверенно и плавно. Она обводит ледяным взглядом присутствующих, не боится смотреть никому из них в глаза, заглядывает в душу каждому.
Некоторые опускают глаза первыми, не выдерживают. Только Беллатриса сгорает от ненависти, когда Грейнджер наконец находит ее взглядом. Черные глаза темной волшебницы впиваются в Гермиону, но она продолжает смотреть в упор в ответ.
Выводит ее, испытывает, понимает, что добивается желаемого. Грейнджер теперь не просто под крылом Повелителя, она занимает более высокое положение. Гермиона не сдерживается, наслаждается моментом, и уголок ее губ ползет вверх в победной усмешке.
Беллатриса взрывается, намереваясь вскочить с места и схватиться за палочку, но ее плечо сжимает сильная бледная рука, и Лестрейндж моментально понимает, кому принадлежит это прикосновение.
Она покорно опускается вниз. Темный Лорд снова ставит ее на место.
— Я рад приветствовать вас на сегодняшнем вечере, — начинает Том, направляясь к своему стулу, когда все занимают свои места за столом. — Этот ужин отличается от большинства предыдущих, потому что…
Он присаживается на место, окидывая взглядом присутствующих.
— Мы приближаемся к финишной прямой, — улыбается он.
Вдоль стола проносится одобрительный гул пожирателей. Каждый из них смакует грядущую битву, ждет ее с нетерпением, желает пролить столько крови противников, сколько будет в их силах.
Повелитель поднимает бокал в руке. Все следуют его примеру.
— Я хочу знать, готовы ли вы следовать за мной, — громко произносит он. — Готовы ли сражаться за чистоту магического мира! Готовы ли пролить кровь врагов!
Стол взрывается криками, одобрительными воплями, топотом ног. Пожиратели скалят зубы, беснуются. Они готовы. Они готовы так сильно, что даже не подозревают, кто за этим столом ждет этого больше всех остальных.
 
Ножки стула с противоположного конца стола скребут по полу. Шум стоит такой сильный, что заглушает вопли последователей. Пожиратели оборачиваются. Напротив Повелителя в другом конце стола стоит магглорожденная в рубиновой платье с бокалом вина в руке.
Мертвая тишина повисает в зале.
Грейнджер смотрит в темные глаза Повелителя прямо. Жесткий взгляд не вяжется с образом девушки, которая попадает сюда два с половиной месяца назад.
— Я хочу сражаться! — гремит голос Гермионы на весь зал, эхом разбиваясь под потолком.
Северус стискивает ножку бокала, во все глаза на нее глядя. Его действия кажутся сейчас такими мелкими, такими трусливыми по сравнению с тем, что сейчас делает она. Северус понимает, что сейчас его мысли настраиваются против него. И они гремят в его сознании отбойным молотком.
Господи, я впервые использую твое имя за всю свою сознательную жизнь, но… Господи, помоги ей. Помоги ей, я прошу тебя.
Беллатриса алеет на глазах от ярости и стискивает ножку бокала с такой яростью, что тот разбивается в ее руках, и красное вино с осколками заливает ее темную мантию. Она не замечает этого. Смотрит на грязнокровку таким взглядом, что в жилах стынет кровь.
Темный Лорд бросает на нее мимолетный взгляд и наслаждается. Наслаждается тем, что сейчас происходит.
— Я хочу на битву! — тем же грозным тоном гремит Гермиона.
Том поднимается со своего места, легкая улыбка трогает его губы.
— За кого ты будешь биться? — вкрадчиво интересуется он нараспев.
Грейнджер набирает в легкие воздуха.
— За вас! — громко и четко отвечает она. — За вас, мой Повелитель!
Лестрейндж почти лопается от всей этой ситуации.
— Грязнокровка… — едва находит в себе силы она.
— Молчать! — рявкает Том, бросив на нее быстрый взгляд.
И снова возвращает свое внимание восхитительному творению своих же, как он считает, рук.
— Как я могу быть уверен в твоих словах? — слегка склонив голову интересуется он.
— Я докажу, — без паузы отвечает Гермиона.
— Как?
— Как пожелаете, Повелитель.
Том смотрит ей в глаза и без предупреждения проникает в разум.
И он видит, как магглорожденная с наслаждением выдыхает, закинув голову назад. Как получает удовольствие, стыдливо закусив губу. Том видит ее руку, скрещенные с ним пальцы, и мелькающую темную метку на бледной коже.
Картинка меняется.
Том стоит рядом с ней, наблюдая за тем, как Грейнджер бросает непростительные заклинания, обнажая зубы. Зеленые вспышки поражают одного его врага за другим. Недалеко лежит Уизли с запрокинутой вверх головой и стеклянными глазами. Мелькают галстуки факультетов на мертвых учениках.
А она все идет и идет рядом с ним, усеивая трупами территорию Хогвартса.
Повелитель покидает ее мысли, нетерпеливо облизнув губы.
— О, я уверен, мисс Грейнджер, мы что-нибудь придумаем, — поднимает он бокал.
Гермиона поднимает его следом вместе с Пожирателями Смерти и делает большой глоток красного сухого вина. За окном мелькают птицы, снуют туда-сюда, ищут укрытие, потому что собираются тучи.
Птицы умные. Они улетают перед ураганом. Опасность чуют. Гермионе следует поучиться такой простой истине, потому что она делает все с точностью наоборот.
Летит в эпицентр бури.
На следующий день Гермиона ожидает Северуса в кабинете ровно в три часа дня, как он ее и предупреждает. Они учитывают отбытие каждого из пожирателей, Нарцисса заботиться о том, чтобы оставшиеся не слонялись по дому, заманивая их на кухню к пышному столу.
Гермионе предстоит выполнить первую часть плана, спустившись в подземелье.
— Уверена, что тебе стоит это сделать? — кладет он ей в ладонь предмет, напоминающий крохотный плоский камень, на изготовление которого он тратит всю ночь. — Той девушки, которую ты узнала, там не будет. Она не знает тебя. В ее воспоминаниях ты — не та, кем являешься на самом деле.