30 сребреников (СИ)

— Я давно об этом думал ваше преосвященство, — смутился я, — просто боялся, что вы обидитесь на меня.
— Иньиго, — Торквемада покачал головой, — я заинтересован в твоём развитии, так что буду только рад твоему совершенствованию.
— Тогда как это сделать? — удивился я, — мой возраст и состояние вряд ли позволят участвовать в чём-то серьёзном. Никто из взрослых не будет видеть во мне серьёзного противника.
— Я думал об этом, — кивнул кардинал Торквемада, — но способ есть, в Риме есть такая небольшая канцелярия, как Папская инквизиция, которая разбирает письма и доносы на разных людей или учёных, которые проповедуют еретические учения. Для этих задач доминиканцев и францисканцами привлекают к разбирательству трибуналов, поскольку мы одни из лучших, кто знает слово божье и может составить экспертное мнение по этим вопросам.
— Трибуналы? — засомневался я, — что-то связанное с приговорами и казнями?
— Нет ты что, — тут же отмахнулся Торквемада, — только разбор писем и доносов, а также вынесение своего мнения, считается ли это ересью или нет, не более. Церковь никого не казнит, это всегда делают только светские власти.
— Хм, ну не знаю ваше преосвященство, — сомневался я, — если только вы считаете, что это пойдёт мне на пользу.
— Да, доверься мне Иньиго, — кивнул с улыбкой кардинал, затем понизил голос, — ну и к тому же, это официальное трудоустройство со всеми вытекающими правами и обязанностями. Ты станешь вхож в Апостольский дворец, а там и до разрешения посещения библиотеки будет всего один шаг сделать.
Моя мечта, попасть в Римские подвалы, где хранились сотни тысяч свитков и книг, была давней мечтой, так что я больше не колебался.
— Хорошо ваше преосвященство, тогда я вычеркну из своего расписания ваши уроки и поставлю на это время разбор корреспонденции в Папской инквизиции.
— Расписание? — заинтересовался он, — покажи его мне пожалуйста.
— Бартоло! — крикнул я и вскоре в комнату вошёл парень, поклонившийся кардиналу и поцеловавший его перстень, а после моей просьбы показать кардиналу Торквемада моё расписание, он его предоставил и его преосвященство с большим интересом его посмотрел.
— Ты придумал? — он посмотрел на меня, мне оставалось лишь кивнуть.
— Очень толково, всё расписано по часам и даже перерывы, — удовлетворённо покачал головой кардинал Торквемада, — у тебя есть копия?
— Берите этот вариант ваше преосвященство, — тут же сказал парень, — всё равно сегодня нужно будет его менять, так что он у меня в голове.
— Ты нашёл себе ещё учителя? — заинтересовался кардинал, зная то, что я учусь у множества людей и только поощрял это.
— Устроился в банк Медичи, — кивнул я, — хочу изучить банковское дело изнутри.
— И они тебе это разрешили? — удивился он, — позволят узнать их секреты?
— Думаю вряд ли обычному служащему что-то позволят увидеть тайное, — покачал я головой с большим сомнением, — но хотя бы принципы работы я узнаю.
— Знания не могут быть лишними, — согласился он со мной, — это позволит тебе смотреть много шире, чем без них.
— Я руководствуюсь такими же принципами ваше преосвященство, — улыбнулся я, — тем более, что вы их мне и привили.
Кардинал рассмеялся и потрепал меня по голове.
— Скорее бы ты вырос мой мальчик, — мягко сказал он, — чтобы я смог увидеть твой рассвет.
— А я, наоборот, хочу, чтобы вы жили как можно дольше ваше преосвященство, — проворчал я, вызвав его улыбку, — всё что я сейчас имею, произошло только благодаря вам. В Гвадалахаре я был бы заперт в четырёх стенах и остался бы там просто проклятием рода.
— Что же, тогда если ты согласен, я договорюсь завтра с кардиналом, отвечающим за эту канцелярию, — кивнул он, — только поскольку ты попадёшь туда, знай одну небольшую тонкость, жалование ты будешь получать как все, но треть его будешь отдавать негласно своему начальнику.
— Так работают только там? Или везде в Апостольском дворце? — удивился я таким наглым поборам.
Торквемада смутился, но ответил.
— Он в свою очередь собранную часть, будет отдавать выше, а оттуда они пойдут ещё выше, — тут кардинал не стал продолжать, но и так было понятно, куда уходит последняя часть собранного, — так сложилось сын мой, и не в моих скромных силах это изменить.
  
— Я и не прошу ваше преосвященство, — помотал я головой, — зачем нам идти против течения.
— Именно Иньиго, — кивнул он, — милость папы бывает так мимолётна.
Он явно в этот момент подумал про себя, но отказался продолжать разговор и простился со мной, сказав, что пришлёт посыльного с датой и временем моего выхода на ещё одну новую работу.
  
Глава 13
 
К огромному моему удивлению, на ступенях административного корпуса Апостольского дворца нас с Бартоло встречал Родриго Борджиа, причём он явно ждал нас, поскольку, увидев, сразу пошёл навстречу.
— Сеньор Родриго! — обрадовался, выглядывая из-за спины моего секретаря, у которого я находился в кенгурятнике, — как я рад вас видеть!
— Взаимно Иньиго, — улыбнулся он, — дядя вчера сказал, что вас устроили в канцелярию инквизиции, так что я решил отдать вам небольшой моральный долг и показать, где у нас что находится, поскольку отлично помню, как сам плутал первое время на этой огромной территории.
— Сеньор Родриго, с меня ужин в вашу честь с первого же получения жалования, — радостно вскрикнул я, поскольку сам переживал за то, как мы будем искать моё новое место работы, — я так благодарен вам за помощь!
Он мягко улыбнулся, протягивая Бартоло свиток.
— Держите, я взял на себя смелость оформить за вас всё нужное, в том числе и пропуск, так что первое время носите его с собой, пока охрана вас не запомнит.
Мне пришлось тут же рассыпаться в комплиментах ему и его доброте.
— Идём, — кивнул он, принимая их, — покажу кратчайший путь до вашего места.
Как мне повезло с тем, что он решил помочь, я понял сразу, как только мы, показав свиток пропуска на охране, которая, впрочем и так меня узнала и без него, вошли внутрь. Огромная территория, на которой находилось множество различных как жилых, так и хозяйственных построек, могла быть исследована только с помощью проводника, так что Борджиа и правда сэкономил нам кучу времени, показав, как и главное, где среди большой стройки найти нужное здание и главное зал.
— Я у вас в долгу сеньор Родриго, — ещё раз поблагодарил я довольного Борджиа, который заведя нас в большой зал, показал на комнату, которая находилась в самой дальней стороне от нас и кивнув, покинул нас.
Десятки взглядов священников в бело-чёрных и коричневых рясах устремились на нас, так что Бартоло оробел, но я ему показал рукой, куда нужно идти. Пройдя весь зал, заваленный кипами свитков и нераспечатанных писем, мы дошли до комнаты, где сидел весьма упитанный кардинал, который ел руками мясо, макая в подливу кусочки хлеба и запивал всё это красным вином, запылённая пузатая бутыль которого, с соломенной оплёткой, стояла тут же на столе.
— Ваше преосвященство, — склонился Бартоло, а я выглянув из-за его спины тоже склонил голову, но поздоровался на латыни.
— Судя по всему, ты и есть новый протеже Торквемады и Борджиа? — прочавкал он, не прерывая свой завтрак, — я думал ты будешь постарше.
— Вы получаете двух работников по цене одного ваше преосвященство, — на латыни ответил я, — ну и все эти тонкости с жалованием до меня доведены, так что проблем я у вас не вызову.
— Мне не очень нравится, когда у меня появляются люди, которых взял не я, — он видимо решил сразу объяснить свою позицию насчёт меня, — так что я не посмотрю, кто у тебя покровители, если ты начнёшь сливать сведения, полученные у меня куда-то налево. Точнее я и так знаю, что ты их шпион, иначе ради чего тебя послали сюда, где ничего не происходит и нет толком никакого заработка.
— Ваше преосвященство, позвольте делом доказать, что я вас не подведу? — предложил я, чтобы закончить этот неприятный разговор.