Теперь вы знаете, кто я. Том I (СИ)

Меня хватают за шею и мгновенно скручивают. Задыхаюсь в медвежьих лапах Майка. Если бы я хотел вырваться, то увернулся бы. Но выходить из привычного для близких образа не входит в сегодняшние планы.
— А-а-а-а… Расслабился совсем, Джеки! — прогрохотал Майк. — Меньше надо сидеть за компьютером и больше ходить в зал.
Могучий парень, отрада отцовских глаз, военный в хер знает каком поколении. Я искренне улыбнулся, пожимая крепкую руку Майка.
— Отец, — киваю. — Мама.
Объятия мамы не такие удушающие, но очень приятные. Бабуля даже расплакалась при виде своего непутёвого внука. Отец же не повернулся, продолжая смотреть телевизор.
— Джек, это мой парень, Макс, — представила бойфренда Лизбет.
— Приятно познакомиться, — пожимаю ему руку.
Темнокожий, ростом чуть выше меня. Макс неуверенно улыбается мне. Видимо, Лизбет много рассказывала о втором брате и он хочет построить верное впечатление.
— Рэд, поговори ты с сыном хоть сейчас! — мама пытается достучаться до отца.
— Нечего мне с ним обсуждать, ему же не нравится моя работа, с хера ли мне тогда любезничать с такими? Знаешь, сколько подобного дерьма сейчас? Либералы, демократы… — отмахнулся отец, буднично смешав меня с грязью.
Позиция отца так и не изменилась. Каждый раз входя в этот дом, я подспудно жду, что будет иначе.
— Он твой сын! — мама пытается ещё раз.
— К сожалению, — проворчал Рэд, так и не оторвав глаз от телека.
— Пошли лучше со мной, я тебе кое-что покажу, — Лизбет тянет меня за руку.
Сестричка не дает разгореться пожару новой ссоры.
Покорно следую за младшей сестрой.
Мы вышли из дома, где Лиз достала ключи из кармана. Гигантский внедорожник у гаража пикнул.
— Новая тачка? Крутая… — похвалил я.
— Подарок Макса, правда, огроменная, да? — радостно кивнула Лиз. — Когда я сказала ему, что, если у меня будет маленькая машина, отец вычеркнет меня из завещания, он пригнал этого монстра.
Мы рассмеялись. Отец и правда мог что-то такое исполнить, его попытки милитаризировать семью неуклонно росли, как и его возраст.
Отставной военный, сын военного и внук военного. Если бы он довольствовался тем, что Майк пошёл по его стопам… Но нет.
— Не обращай внимания на отца, — Лиз пристегнулась и сдала назад. — Он это не всерьёз.
— Действительно. Не разговаривать с сыном пять лет, это не похоже на временную придурь.
— Он любит тебя.
— А я люблю его — какой-никакой он мой отец. Но я тогда сказал правду, всё, что думал. Он хочет, чтобы я попросил прощения, но мне не за что извиняться.
— Ты перегнул. Но сейчас не об этом. Как твоя работа?
Лиз свернула разговор о скандале пятилетней давности. Мы выехали на дорогу и покатили в соседний район, к свадебному салону.
— Отлично, потихоньку наращиваю профессионализм, — уклончиво ответил я.
Перед глазами тут же всплыли подробности последнего задания. Глава японской мафии, пылающий дом и триста четырнадцатый перелёт за последний год.
— Ты никогда не рассказываешь о работе, — укорила сестра.
— Ничего интересного, одна скука. Наверняка, ты слышишь много историй из жизни отца или Майка. Уберегу тебя от этой ноши.
Лиз улыбнулась.
— Они все о войне, конфликтах и службе. Иногда мне хочется узнать о другой жизни, обычной.
— Она скучная.
— Ты бы не стал заниматься скучным делом.
— И то верно.
Мы доехали до салона за считанные минуты.
— Красивое?
— Оно великолепно! У меня нет слов… — я действительно был поражён.
— Так и думала!
Лизбет сияла, она крутилась передо мною в свадебном платье и была чудо как хороша.
— Я хочу, чтобы ты повёл меня к алтарю… — неожиданно сказала она, когда достаточно похвасталась платьем.
— Почему я? — удивление било ключом. Отец, наверняка, разозлится.
— Потому что я тебя люблю, братик, — она подошла и чмокнула меня в лоб, хоть ей и пришлось встать на цыпочки. — То, как обходится с тобой папа, неправильно. Хочу преподать ему урок.
— Перевоспитать такого упрямца, как он? Задача не из простых.
— Я никогда не отступала перед трудностями, — довольно улыбнулась Лиз. — Так это да? Ты отведёшь меня?
 
— Конечно, как пожелаешь, — смиренно соглашаюсь.
— Уи-и-и-и-и!
Сестра снова лезет обниматься. Я не против, она, пожалуй, один из немногих лучиков радости в моей жизни.
— Едем домой.
У дома родителей я увидел Макса. Он ходил туда-сюда возле гаража и с не самым радостным видом с кем-то спорил по телефону.
— Всё в порядке? — киваю в сторону жениха Лизбет.
— Да, он постоянно с кем-то на связи. Макс — фондовый брокер, это часть его жизни.
Заметив нас, Макс тут же свернул разговор.
— Привет, детка, — он поцеловал Лиз в щёку.
Вместе мы вошли в дом, где царила предсвадебная вакханалия. Завтра утром мы должны выехать в ресторан и по совместительству отель, где уже полным ходом идут приготовления.
— Ай! Сукин сын! — раздосадованно прошипел отец, всё ещё сидящий у телека.
Я впервые с приезда поинтересовался, что же он смотрит.
— Он полюбил это варварское шоу, — прошептала мама, когда мы оказались на кухне. — Убийцы, преступники — сброд, собранный на странной планете, где все убивают всех.
— Ты про Перегринус?
— Да, планета-чужак… — подтвердила мама.
— Он всё-таки в прошлом военный, ему не хватает адреналина, — попытался оправдать увлечение отца я, хоть и не знал зачем.
— Ладно бы он сам смотрел это шоу, так он и Майка подсадил, — неодобрительно проворчала мама. — Ох уж эти мальчики. Слава богу, сынок, что ты не такой, я каждый день молюсь за тебя.
Она сгребла моё лицо в ладони и печально вздохнула. Оставалось только промолчать. Не могу представить, что случится, если она узнает о моей работе. Это разобьет ей сердце.
— Давай я тебя покормлю.
Домашняя еда таяла во рту — наслаждение и только.
Мама отменно готовит, никакие рестораны не заменят её простой лазаньи, с каждым годом я понимаю это всё лучше.
Я находился на кухне один, смакуя семейное блюдо, когда вошли отец с братом. Они активно обсуждали шоу, направляясь к холодильнику.
— Говори, говори, — передразнил отец. — Этот красный точно всех порвёт, видел его выучку? Хоть мне и не хочется признавать, он, похоже, бывший военный. Если он сунется на нижние уровни, ему будет чем ответить этим уродам…
— Тут мало одного навыка, — не согласился Майк. — Надо быть прирождённым убийцей и работать в одиночку, чтобы перекосить столько народа.
Я помалкивал и уплетал лазанью, стараясь не обращать внимания на их спор. Парочка новоявленных фанатов достала пиво и приложилась к бутылкам, ненадолго погружая кухню в тишину.
Но, видимо, разговоры о шоу уже порядком надоели Майку, и он обратился ко мне.
— Эй, Джей-Джей, ты смотрел последний выпуск шоу с Перегринус? Там полный отвал башни, зэки режут друг друга, словно звери…
— Нет, я не смотрю подобные шоу, нет времени, — слегка приврал я.
Мне действительно неинтересно смотреть шоу с планеты чужака. Но не говорить же им, что мне и в реале хватает убийств.
— Какой занятой, — проворчал отец. — Пойдём, Майк, посмотрим ещё эпизод, пока женщины занимаются сборами.
— Нет, постой, мы должны показать малышу Джеку несколько эпизодов, — загорелся брат. — Пойдём, братишка, ты должен кое-что увидеть.
— Я не хочу, правда, — отвечаю уже твёрже.
— Да брось ты его, он, поди, на маникюр опаздывает, — отец добродушно хлопнул Майка по плечу. — Пошли лучше вдвоём, бери ещё пару бутылок.
— Ты иди, я сейчас вернусь, — кивнул он отцу, нагружая того бутылками с пивом.
Рэд взглянул на Майка и вышел из кухни.
Только когда шаги отца стихли, а в гостиной зашумел включённоый телевизор, Майк посмотрел на меня. Его лицо исказилось в гневе.
— Почему ты такой, а?! — громоподобным шёпотом спросил он. — Я стараюсь вас помирить, а ты ёрзаешь, как девица!
Мне было неприятно, но за несколько лет я привык к подобному. Сейчас стоит морально подготовится к долгому и нудному спору.