Удачный брак

Я резко вскочила.
— Я беру самоотвод, прямо сейчас. Найду тебе адвоката на замену.
— Ну, где ты и где все эти товарищи по рекомендации, Лиззи! — Он засмеялся и откинулся на стуле, скрестив руки перед грудью. — Нет уж. Спасибо. Тебе нужно довести дело до конца.
— Зак, я не буду представлять твои интересы. Ты не можешь меня заставить, — заявила я. — Точка.
Я направилась к двери, чтобы сделать глоток свежего воздуха, а Зак крикнул мне вслед:
— Ты в курсе, что «Янг & Крейн» неспроста попросил у тебя финансовую декларацию? Они не нанимают юристов с большими займами.
Дыши.
— О чем ты? — спросила я, не поворачиваясь.
— Да ладно прикидываться. Дело против твоего муженька — это солидарная ответственность. Ты же знаешь, — сказал Зак. — Кредиторы могут прищучить тебя точно так же, как бедняжку Сэма, пьянчужку-писателя. Ваш долг — солидарная ответственность, так что ты обязана была вносить его в свою финансовую декларацию, но ты умолчала об этом.
Я оперлась о стену, чтобы не упасть, а затем повернулась к Заку лицом.
— Откуда тебе это известно?
— Справедливый вопрос. — Голос Зака звучал сдержанно, но в глазах светилось то, что можно было описать лишь одним словом — радость. — Но куда важнее другой вопрос — если я это узнал, то где гарантии, что в «Янг & Крейн» не пронюхают? Честно говоря, довольно нагло врать такой серьезной конторе в таком документе. Тем более тебе. Сэм разрушил и твои этические принципы.
У меня свело желудок.
— Чего ты хочешь?
— Я не убивал свою жену, Лиззи, — сказал Зак, — и мне нужно лишь, чтобы ты осталась и помогла мне доказать это.
— А если откажусь, то ты сделаешь так, чтобы меня уволили?
— Если откажешься, то я сделаю так, чтобы в твоей фирме узнали, что ты сделала. Так что тебя уволят не из-за меня, а из-за тебя самой. Вини во всем себя. Ну, или Сэма. Он же алкаш.
Всю дорогу обратно из Райкерса у меня тряслись руки. В какой-то момент мне пришлось припарковаться прямо на оживленной трассе, чтобы справиться с рвотным позывом. Зак всегда был чудовищем, просто я это почему-то не заметила? Или же в глубине души я это знала? Поэтому я обрадовалась, когда он оборвал все связи? Разумеется, это было уже не важно. Мне просто нужно было выпутаться из сложившейся ситуации. Но все пути, которые я рассматривала, заканчивались одной и той же кирпичной стеной — финансовой декларацией. Из «Янг & Крейн» меня почти наверняка уволят, когда об этом станет известно. Даже могут завести дело о нарушении этики. А кем я буду без работы и без профессиональной репутации? Лишившаяся родителей и адвокатского статуса бездетная лгунья, замужем за алкоголиком и обремененная долгами, которые мы никогда не сможем выплатить. Почти, как тогда с моими родителями. Хотя меня облапошил вовсе не незнакомец, а собственный муж. А теперь вот Зак.
Единственный вариант выбраться — вызволить Зака из Райкерса. А это означает суд, который растянется на месяцы, если не на годы. Я не выдержу так долго во власти Зака. Найти настоящего убийцу — лучший вариант. Если я это сделаю и смогу хоть в какой-то степени доказать это и привлечь прессу, то у Вэнди Уоллес не останется выбора, кроме как отозвать обвинения против Зака.
Разумеется, подобный подход зависел от одного определяющего факта — что Зак и правда не убивал Аманду. Но прямо сейчас мне казалось, что он виноват по самое не балуйся.
Как оказалось, Линч — очень популярная фамилия в Сент-Коломб-Фоллс. Ее носили больше десятка человек. Я изучила список имен на экране компьютера в темном кабинете. Коридоры «Янг & Крейн» наконец опустели примерно в десять вечера. Я пыталась сконцентрироваться на своей задаче, а не на том, что меня шантажом вынудили этим заняться. Единственный способ двигаться вперед — притворяться.
Поиски Аманды Линч ничем не закончились. Ни аккаунта в «Фейсбуке», ни статьи, ни даже ссылки на старую школьную газету. Но ведь Аманда Линч стала Амандой Грейсон только в семнадцать или восемнадцать лет. Она словно бы и не существовала до встречи с Заком.
 
Я отсортировала мужчин по фамилии Линч по возрасту. Скорее всего отцу Аманды сейчас не меньше пятидесяти. Остался список из восьми человек: Джозеф, Дэниел, Роберт, Чарльз, Ксавье, Майкл, Ричард и Энтони. Я проверила их в регистре преступников, совершивших преступления на сексуальной почве. Не исключено, что отец Аманды мог насиловать не только ее, но и еще кого-то. Увы, никто там не фигурировал. Через несколько минут я раздобыла телефоны каждого из восьмерых. Прямой контакт — довольно грубый ход, но эффективный. А у меня мало времени.
Я набрала первый номер. Джозеф Линч. Сначала долго-долго раздавались гудки, а потом меня наконец переключили на голосовую почту. Весь мой детективный подход основывался на предположении, что люди будут поднимать трубки, когда им звонят с незнакомого номера. Кто так вообще делает? Но у меня не было выбора.
«Привет, это Джозефин, — раздался хриплый женский голос. — Оставьте сообщение…» Я повесила трубку. «Джозеф» оказался Джозефин. Я сделала глубокий вдох и перешла к следующему номеру — Роберт Линч.
Я вздрогнула, когда собеседник взял и ответил после второго гудка.
— Это Роберт. — Его голос был громким и излишне веселым.
— Привет. Меня зовут Лиззи. Я пытаюсь отыскать Аманду Линч. Мы вместе учились в школе, но потом потерялись.
Старая подруга — безобидный способ обезоружить отца Аманды, чтобы он случайно раскрыл себя.
— Аманду? — с энтузиазмом переспросил Роберт Линч. — Простите, мне кажется, я не знаю ни одной Аманды Линч. Боюсь, вы ошиблись номером.
— Простите за беспокойство.
— Ничего, — сказал он таким тоном, словно мой звонок был самым ярким событием его дня. — Я могу вам еще чем-то помочь?
Зак. Помогите мне с Заком.
— Не думаю. Спасибо, что уделили мне время.
— Хорошего вечера!
Следующим был Чарльз Линч. Меня сразу переключили на сообщение: «Номер, который вы набираете, не обслуживается». Так, трое позади. Впереди еще четверо. Черт. Но есть и другие пути. Наверное, есть еще Линчи, которые не попали в список. А то, что номер не обслуживается, не означает, что человека наверняка можно вычеркнуть. А еще отец Аманды мог куда-то переехать из Сент-Коломб-Фоллс. Я снова сделала глубокий вдох и набрала следующий номер. Ксавье. Я мысленно повторила имя. Библейское [10]. Праведное. Имя пророка, а не отца-насильника.
— Алло? — раздался глухой голос.
— Ой, простите, меня зовут Лиззи Кицакис.
— Да?
— Я пытаюсь найти Аманду Ли…
Щелчок. Тихий, но слышный.
— Алло? — ответа не последовало. — Алло?
Я набрала номер и прослушала сообщение: «Номер, который вы набираете, сейчас не в сети». Такое бывает, если собеседник блокирует ваш номер. Я это точно знала, поскольку мы специально искали, что слышат люди, когда их блокируешь, когда решили заблокировать адвоката владельцев «Англерса», трезвонившего нам в любое время дня и ночи. Доказывает ли это, что Ксавье — отец Аманды? Разумеется, нет. Но это подозрительно. Я поискала Ксавье Линча в интернете и тут же получила первые результаты. В США проживало двое людей с таким именем и фамилией. Один — дантист из Эль-Пасо, штат Техас, тридцать один год, второй — девятнадцатилетний второкурсник в Университете Флориды, который вел с полдюжины видеоблогов, играя в различные компьютерные игры. Я отвлеклась, просматривая ссылки, не относящиеся к делу, а потом добавила в поисковый запрос «Сент-Коломб-Фоллс», и он тут же появился — третий Ксавье Линч. Он упоминался в информационном бюллетене Методистской церкви Сент-Коломб-Фоллс годичной давности, где говорилось о благотворительной барахолке. Та самая церковь, о которой писала Аманда в своих дневниках.
Имя Ксавье мелькнуло лишь единожды, в подписи к одной из фотографий. Он стоял рядом с пожилой четой, все держали в руках кормушки для птиц. «Сьюзан и Чарли Дэвидсон и Ксавье Линч устроят пир для птичек благодаря нашей ежегодной ЯРМАРКЕ». Ксавье был очень могучим мужчиной, на несколько сантиметров выше пожилой пары, очень грузным. Широкое лицо, коротко подстриженные седые волосы, очки в массивной оправе. Он казался напряженным, ни следа улыбки.