Бывшие. Ты так ничего и не понял (СИ)

Периодически мы переговариваемся. Болтаем обо всем понемногу. Я спрашиваю о дочери, о самой Марине. Она рассказывает мне случаи из походов, из своей студенческой жизни. Спрашивает что-то у меня.
Но все эти вопросы про далекое прошлое. Детство, юность — и ни одного вопроса про время после развода.
Собираются сумерки, потом и вовсе темнеет. Становится холодно, но мы двигаемся, и это не особо ощущается.
  
— Сейчас девять вечера, — Марина устало выдыхает и спотыкается раз в десятый. — Не успели мы до темноты.
— Нам осталась пара километров, — стараюсь говорить бодро. — Соберись, Мариш.
— Устала, — тухнет.
Останавливаю ее, стягиваю рюкзак с ее плеч.
— Дай сюда.
— Зачем? Не надо! Тебе и так тяжело.
— Цыц.
— Эй! — возмущается, но явно бодрится.
— Давай-давай, Марина. А то расскажу твоему бате, как ты сдалась, не дойдя каких-то пары метров, — специально подначиваю ее.
— Километров! — возмущается.
— Тем более!
Забираю ее рюкзак и вешаю его себе на грудь.
Идем. Марина шагает бодрее, а я не переставая закидываю ее колкостями.
— Легче идти? — спрашиваю ее.
— Конечно. Спасибо тебе, — отвечает совсем не воинственно.
В конечном итоге мы все-таки выходим к людям.
Нас ждет мужчина на легковушке.
— Я уж думал, не выйдете, — забирает у меня вещи. — Без происшествий?
— Без, — отвечаю я.
Марина просто опирается о деревце неподалеку и стекает по нему, неловко опускаясь на землю, я спешу к ней.
— Эй! Ты чего? Иди сюда, детка! — просовываю руки ей под мышки. — Чего вздумала? Земля холодная, нельзя тебе на ней сидеть.
— Не детка я тебе, — отвечает вяло, а сама утыкается мне носом в шею.
— Не детка, ладно. Царица моя! — смеюсь.
Марина тоже хихикает, я понимаю это по подрагивающим плечам.
Поднимаю ее на руки, отношу к машине, помогаю расположиться на заднем сидении и расшнуровать ботинки.
— Ложись.
— А ты? — смотрит на меня.
— А я впереди сяду, — улыбаюсь ей бодро.
Водитель выдает Марине подушку и плед, она тут же засыпает.
Едем домой уставшие, но какие-то чертовски счастливые.
  
Глава 38
 
Марина
Руководство разрешило мне пропустить понедельник в связи с ЧП, в которое мы попали. Пал Палыч долго сетовал, вздыхал и приносил извинения от лица компании.
Я же, наоборот, заверяла его, что все хорошо и вообще закончилось прекрасно.
В тот день после спуска всю дорогу до дома я спала.
Как попала в дом, не помню. Проснулась на кровати без одежды и обуви. Вернее, тот, кто меня раздевал, великодушно оставил на мне спортивное белье, а сверху даже натянул футболку, в которой я сплю.
И кажется, этого кого-то я прибью.
Нет, какая наглость! Воспользовался моим бессознательным состоянием!
Поутру меня разбудила мама.
Они с папой переживали за меня, но, как говорится, не сильно. И мама, и папа прекрасно знают, что в тех местах я с закрытыми глазами пройду.
— Проспала? — я вскочила с кровати и принялась бегать по дому. — Я проспала!
Мой телефон лежал в глубине рюкзака мертвым куском пластика, разрядился за два дня.
— Да угомонись ты! — смеялась мама надо мной. — Звонил Пал Палыч, дал тебе отгул на сегодня.
— Отгул? Я не брала на сегодня отгул!
— Брала, не брала, начальник сказал отдыхать. Вот и отдыхай. Я тебе там запеканку принесла. Дину в сад отвез отец.
Замираю, выдыхаю и стекаю на кровать.
— Мам, — аж плакать хочется. — Что бы я делала без вас.
— У-у-у, — тянет мама с улыбкой и подходит ближе, гладит меня по волосам. — Как вообще все прошло? Сказали, что Денис был с тобой.
Смотрит с интересом.
— Да не было ничего, — поднимаюсь с кровати и иду за свежим полотенцем.
— Прям уж таки ничего? — мама хихикает за моей спиной, а я закусываю губу.
— Не-а, ничего. Ладно, мамуль, спасибо тебе большое, — быстро меняю тему. — Я пойду схожу в душ, а потом позавтракаю. Спасибо за все, я вечером заберу Дину.
Сбегаю от мамы.
А что мне ответить на ее вопросы? Не было же ничего! Не было, и все тут. Ну спали вместе. Ладно, в обнимку. А как иначе? Там и одному-то места мало. Ну за волосы он меня потрогал, тоже мне романтика!
Включаю воду и погружаюсь в воспоминания.
Или все-таки романтика?
Я отказываюсь думать об этом. Назло (правда, непонятно кому) заставляю себя вспомнить особо болючие моменты из прошлого, когда мне нужен был Денис, но его не было рядом. Когда он уезжал к бывшей жене, ее сыну.
Воспоминания имеют срок годности, эмоции затираются со временем, но тем не менее это отрезвляет.
После разговора с начальником я решаю провести весь день лениво и позволить телу, которое напоминает один сплошной комок боли, отдохнуть.
Завтракаю маминой запеканкой и прохлаждаюсь весь день.
Целенаправленно игнорирую свой телефон, боясь увидеть сообщение от Дениса или пропущенный звонок.
А незадолго до того, как надо ехать за Диной, раздается стук в дверь.
Я дергаюсь и подпрыгиваю на диване.
Дело в том, что мои родные могут входить в дом без стука, а посторонние не вторгаются на территорию частного владения, потому что это запрещено законом.
Остается только один человек…
— Марин! Это я.
Сердце, какое же ты бестолковое. Заводишься от одного только звука его голоса. Ничему тебя жизнь не учит.
Подхожу к двери и распахиваю ее.
Денис. Стоит на пороге. На нем темные брюки и рубашка. Под глазами круги, лицо бледное какое-то.
— Я звонил, но ты не отвечала, так что решил зайти на твою территорию без спроса.
— А-а, — тяну нелепо. — Я, наверное, звук забыла включить.
Стафеев медленно опускает взгляд. Даже моргает несколько раз, а потом его глаза становятся темнее, они уже не выглядят такими уставшими, как секунду назад.
— Ой! Я сейчас, — сбегаю, натянув футболку на пятую точку и краснея везде, где только можно. Кричу из спальни: — Проходи!
Спешу достать и шорты и надеть их — футболка чересчур короткая для приема гостей.
Когда я выхожу из спальни, вижу, что Денис уже устроился на кухне.
На столе два стаканчика с кофе и коробка из кондитерской.
— Это тебе, — протягивает мне букет из разных мелких цветочков.
— В честь чего? — хмурясь, все-таки забираю его и иду ставить в воду.
— Просто так.
— А кофе зачем? — киваю на стаканчики.
— Я подумал, что, напросись я на чай, буду послан далеко, то же самое будет, если я приглашу тебя куда-нибудь. Так что вот. Я все принес с собой. И еще — это Дине, — протягивает мини-букетик.
Забираю его с улыбкой.
— Дина будет в восторге. Ладно, давай свой кофе, — говорю после вздоха.
Сажусь за стол, Денис напротив. О чем говорить? Что обсуждать?
— Ты с работы? — кивает в ответ. — Как? Разве тебе не дали отгул?
— Марин, я же работаю по своему собственному графику. Работы у нас навалом. Я не хочу подставлять своих ребят и прохлаждаться, пока они пашут.
— Но разве они не поняли бы?
— Мариш, все в порядке. Правда, — улыбается. — И еще, как ты понимаешь, там, — смотрит в потолок, — особо не интересуются, как и кто себя чувствует. Есть сроки и план, который мы должны выполнять. А вот тебе отдых явно на пользу.
— Да. Кстати, я хотела спросить, — сглатываю. — Кто меня переодел?
Денис поднимает брови и криво улыбается — мол, догадайся!
— Я не разрешала, — смотрю мужчине в глаза.
— Я видел тебя и более раздетой, — произносит вкрадчиво, так, что дергается все внутри.
— Хочешь сказать, что уже все это видел? — краснею… боже, я предательски краснею!
— Хочу сказать, что мне не хватило.
Стафеев прошивает меня пристальным взглядом. Меня качает. То горячо, то холодно. Дышать тяжело. Надо было надеть кардиган сверху футболки. Или плотный шерстяной свитер. И что, что лето? А еще лучше в пуховик влезть.