Девушка без репутации (СИ)

— Так вы, выходит, тиран, барон Кьярти? — игриво произнесла графиня, закусывая губу.
Страстный взгляд собеседника, его чуть охрипший голос, — все это вызывало в груди приятное волнение. Женщина не имела ничего против, чтобы беседа еще некоторое время продолжалась в подобном ключе. Увы… ее ждало разочарование.
— Прошу меня простить, леди. Я забылся. — вдруг произнес Карис совсем другим тоном, отодвигаясь на дальний край. — Рядом с вами так легко потерять голову. Но я прекрасно осознаю пропасть, разделяющую нас. Кто-то более удачливый однажды назовет вас своей женой…
При этих словах, по лицу графини Эрткон пробежала тень. А барон продолжал:
— Мне же остается лишь довольствоваться нашей дружбой… А потом, долгие годы вспоминать дни, проведенные в вашем обществе.
— Вы очень скоро меня забудете.
— Таких женщин не забывают. И, если позволите… — мужчина вынул из кармана небольшую шкатулку. — Я хотел бы преподнести вам это, чтобы и вы, хоть иногда вспоминали обо мне.
«Этим» оказался золотой браслет, из трех цепочек с вкраплениями изумрудов. Красивое украшение. Красивое и очень дорогое. У графини блеснули глаза.
— И вы, барон, еще будете после этого утверждать, что небогаты? Мне даже почивший супруг не дарил подобного… Он всегда говорил, что деньги нужно вкладывать не в побрякушки, а в землю…
— Невозможно! Женщин вроде вас, необходимо баловать. И я буду делать это, пусть даже на правах доброго друга. Позвольте вашу ручку, моя дорогая.
Зачарованная блеском камней, графиня Эрткон пропустила мимо ушей небольшую фамильярность. И даже не стала возмущаться, когда пальцы Кариса задержались на ее запястье дольше, чем требовалось, чтобы застегнуть браслет. Она была очарована.
Одновременно, в груди шевельнулось легкое недовольство. Барон Кьярти, при всей своей очевидной симпатии, постоянно проводил незримую черту. С одной стороны, он вроде бы ухаживал. Но делал это так, что его никак не удавалось причислить к числу своих поклонников. Ах… Если бы Карис был бы немного посмелее…
Увы… Подарив браслет, мужчина вдруг вспомнил о каких-то неотложных делах и отбыл. Правда сперва он уточнил — будет ли леди на завтрашнем приеме? И так просиял, получив положительный ответ, что графиня Эрткон простила ему слишком короткий визит.
* * *
Столица. Вечер того же дня…
— Ка-арис… — протянула рыжеволосая девица, выныривая из вороха подушек. — Я хочу новые сережки.
Барон Кьярти сидел за столом в расстегнутой рубашке и лениво потягивал вино. Настроение у него было благодушное, но не настолько, чтобы расщедриться на подарок.
— В другой раз. — буркнул он. — Сейчас у меня есть траты поважнее.
— Но ты ведь недавно продал второй городской дом. — заканючила девица. — Неужели у тебя не найдется лишняя пара аргенов, чтобы порадовать меня?
— Нет. — отрезал мужчина. — На деньги с продажи дома у меня совсем другие планы. Какие? Тебя это не касается. Довольствуйся тем, что есть.
Сантия надулась, но ненадолго. Поняв, что ее ужимки остались без внимания, она спрыгнула с кровати и, подкравшись к барону, обвила руками его шею.
— Ну и ладно. — выдохнула она ему прямо в ухо. — Можешь жадничать сколько угодно. Я не обижаюсь. Ты ведь самый умный, и ничего не делаешь зря.
Девица потерлась носом о его щеку, а затем плюхнулась к любовнику на колени. Карис только усмехнулся.
— Вот и вспоминай об этом почаще. И я не жадничаю. Просто все мои деньги уходят сейчас на то, чтобы добиться внимания одной весьма интересной особы.
— Она лучше меня? — ревниво поинтересовалась Сантия.
— Она великосветская шлюха, изображающая добродетель. Ни красоты, ни ума. Все ее достоинство в землях, полученных от покойного мужа. Она уже у меня на крючке. И я сделаю все, чтобы эта жирная безмозглая рыбка с него не сорвалась.
— А потом?
— А потом она станет моей женой. Видишь ли, я учусь на прошлых ошибках. Не стоит размениваться на богатых наследниц, когда в королевстве достаточно состоятельных вдов. Несколько лет придется, конечно, потерпеть. Но люди смертны. Быть может мне повезет, и эта дура скончается в родах, или неудачно упадет с лошади в лесу…
 
— Ты… ты собираешься ее убить? — пискнула девица.
Карис дернулся, сообразив, что сболтнул лишнее. С другой стороны, Сантия слишком зависит от него, а потому будет молчать. Однако наполнять ее голову лишними мыслями явно не стоит.
— Ну что ты, радость моя. Лично, я никого убивать не собираюсь. Говорю же, дело случая. — он скривил тонкие губы в улыбке. — Вон, моя первая женушка, эта бесцветная клуша, живет и здравствует в своих деревнях. Разве я ее хоть пальцем тронул после развода? О… Жаль я не увижу ее глупого лица, когда она узнает о моей свадьбе. Знаю одно, ей будет очень и очень больно. Только ради этого стоило подождать… Пусть поживет пока. Быть может даже до конца осени. А потом… Все в руках того же случая.
Он намотал на палец рыжую прядь и с силой дернул, заставив любовницу взвиться от боли.
— Карис! — взвизгнула она. — Перестань. Мне нет дела до остальных. Ты ведь любишь только меня, да?
— Люблю. Пока ты не доставляешь мне проблем. — хмыкнул мужчина, заставляя ее вернуться на свои колени. — И новые сережки, так уж и быть, куплю.
Сантия взвизгнула (на этот раз от восторга), и захлопала в ладоши. Перспектива получить в подарок новые сережки, вытеснила из ее головы все прочие мысли.
— С жемчугом? — уточнила она.
— С жемчугом. — согласился барон. — Надо же и тебя хоть изредка баловать.
  
Глава 26
 
Долгожданные новости
 
Желтый лист оторвался от ветки и, плавно кружась, приземлился прямо в подставленную ладонь. Вот и осень… Алесия встряхнула головой, сбрасывая с себя легкое оцепенение. Она, конечно, знала, что лето не будет длиться вечно. Но все же… как-то слишком уж быстро оно пролетело.
Впрочем, время всегда идет незаметно, когда занят делом. А дел в поместье было с избытком.
Силами крестьян активно восстанавливались старые постройки на холме. Уже была готова конюшня, мастерская, и достраивался амбар. Желающих поработать за «деньгу» хватало, и мужики из кожи вон лезли, стараясь показать себя с лучшей стороны. Подстегивал их и невесть откуда взявшийся слух, что со следующей весны госпожа наберет постоянных работников, которым станет платить жалование и совсем освободит от полевых работ.
Сама Алес очень удивилась, услышав об этом впервые. Но обдумав сплетню со всех сторон, решила, что что-то в этой идее определенно есть. Сколько можно отрывать крестьян от своих дел? Может и правда собрать бригаду из лучших мастеров?
Как отстроят ей усадьбу, пусть строят общественные бани по деревням. Работа всегда найдется. Поэтому девушка не стала ничего опровергать. А на осторожные расспросы лишь загадочно улыбнулась и сказала, — что решит по весне. Пока же понаблюдает, кто и как работает. Этого оказалось достаточно, чтобы замотивировать мужиков на плодотворный труд.
Радовали и крестьянские дети, набранные в начале лета. Под руководством эйсы Кэрин, ребятишки успели освоить чтение, письмо, и сейчас мужественно пробивались через грамотный счет.
Правда теперь все интересующие знания Алесия могла почерпнуть из книг. Но школа осталась. На перспективу. Грамотным людям всегда найдется место в хозяйстве.
Иогас с Михалем дошили рюкзак. Провели испытания водой. Перешили его еще раз. А потом еще. И получилось настолько качественное изделие, что первый образец девушка забрала себе.
А второй, с подачи Лайона, был отправлен герцогу Рельсу. Разумеется от имени кожевенных цехов. Кто бы стал принимать подарки от бывшей баронессы?
Герцог передал новинку каким-то послам, и на кожевников посыпались заказы. Желающих заполучить удобную водостойкую сумку оказалось столько, что не могло быть и речи, чтобы поставлять рюкзаки в лавки. Все шилось исключительно на заказ и только для важных господ.