Эволюционер из трущоб. Том 6 (СИ)

В прошлом мире я частенько видел, как подобные взгляды бросают на мальчишек, шляющихся по рынкам Дреморы. Смотрели на них как на угрозу. Да и правильно делали, в принципе. Если мальчишка в Дреморе остался без родителей, то у него всего два пути. В могилу или в преступники. Все без исключения выбирали второй вариант. И попадали в могилу уже после того, как стали преступниками.
Так вот, эти ребятишки с радостью обчищали зазевавшихся покупателей. А тех, кому хватало ума схватить вора за руку и поднять вой, ждала трагическая участь. Со всех сторон налетала малышня, и каждый наносил всего по одному удару. Кто гвоздём, кто палкой, а кто и кинжалом. Жалкое мгновение, а человек уже на полпути в загробный мир. Опасные ребята.
Сейчас на нас смотрели так же. В нас чувствовали угрозу, потому что не понимали, кто мы? Откуда у нас столько денег, что мы ими разбрасываемся? Что нас связывает с Шульманом? Да и, в конце концов, как мы попали в Ленск незамеченными? На последний вопрос у меня был ответ. Легко. Просто мы попали на пересменку. Дневной дозорный сдавал смену ночному, вот мы и успели проскочить.
Нас притащили в управу. Сегодня тут была идеальная тишина. Охраны нет, служащих тоже. Бойцы дотолкали нас по коридору до дальнего кабинета. На обшарпанной двери, углём было написано «Фрол». По двери тяжелым кулаком ударил толстяк, собирался грюкнуть второй раз, но донести руку не успел.
— Открыто, мать вашу! — донеслось изнутри.
— Топайте, — буркнул боец и стал нас по одному заталкивать в кабинет. — Вот. Поймали щенков. Проникли в поселение, незнамо как, — доложил толстяк и шмыгнул носом.
Фрол сидел за фанерным столом, на котором расположился дымящийся чайник, полулитровая кружка ароматного кофе и пара сухарей. Странно, я был уверен, что он пользуется собственным положением и жирует, а он… Достал из тумбочки бутылку заграничного коньяка и плеснул в кофе. Ну, я был не так далёк от правды. Всё-таки жирует понемногу.
— Незнамо как… — повторил Фрол, сделал глоток кофе, пару раз причмокнул и нахмурил брови. — А вы, стало быть, бестолочи, не додумались у них спросить?
— Так это… Ну… Мы поймали, вот… А потом сразу к вам… — растерянно стал бубнить толстый.
— Разреши поинтересоваться, а нахрена вы «потом сразу ко мне»? Чтобы я — что? Сделал вашу работу⁈ — последние слова Фрол выкрикнул так, что толстый, побледнев, едва не потерял сознание.
— Ваше благородие, мы это… По недомыслию… Не велите казнить… — затараторил боец, нервно теребя в руках меховую шапку.
— Благородие? Хэ, — хмыкнул Фрол. — Я тебе барон, что ли? — На его лице появилась усмешка. Покачав головой, он махнул рукой в сторону выхода. — Свободен.
Внимательные глаза Фрола уставились на нас, сканируя с ног до головы. Вздохнув, он указал пальцем на стулья, стоящие у стены.
— Присаживайтесь, горемычные.
Не желая спорить, мы так и поступили. Хотя Леший с радостью снова пустил бы в ход силу ног, но, похоже, рёбра ему знатно помяли.
— Ну, рассказывайте. Как вы из букашек превратились в таракашек? — улыбнулся своей же шутке Фрол и с наслаждением сделал ещё глоток кофе.
— А вы нас узнали? — спросил Макар.
— А как вас не узнать? Вы ж мне рейд запороли. Потом от Барса так по шее огрёб, что думал, собственными руками вас придушу, — по-доброму ответил Фрол.
Странный он человек. Ещё вчера сжег человека прилюдно, а сейчас так с нами любезничает.
— Всё просто. Пошли на охоту и попали во временную аномалию. Зашли букашками, а вышли таракашками, — ответил я и кивнул в сторону Лешего.
Фрол увидел дурацкие усики Лёхи и хохотнул.
— Но это ведь ничего, правда? Говорят, что эффект непостоянный и должен скоро пройти. Через денёк-другой снова станем детьми, — с надеждой в голосе сказал Артём. Ему, видать, тоже не понравилось, как относятся местные к подросткам.
— Непостоянный, говоришь? — Фрол посмотрел на пар, поднимающийся от кружки, выдержал театральную паузу и продолжил. — Видел старика в кабаке? Всё время сидит у барной стойки. Гришкой зовут.
— Видел, — выпалил Артём, а после неуверенно добавил. — Наверное…
  
— Ну так вот, этому хрычу вчера восемнадцать исполнилось. Как и вы, во временную аномалию попал квартал назад — и привет. Песок из жопы сыплется, суставы болят, бабы больше не интересуют. Вот такие дела. — Фрол допил кофе и отставил кружку на край стола. — Считайте, что парень и не жил вовсе, а теперь уж и помирать скоро, — иронично сказал он и задумался на пару секунд. — Ну, да чёрт с ним. Все мы можем сдохнуть в любой день.
— Да, жизнь — непредсказуемая штука, — поддержал я разговор. — Раз уж вы поняли, что мы это мы, то, полагаю, вопрос закрыт. Можем идти?
— Конечно, можете, — кивнул Фрол. Мы поднялись со стульев, но он снова заговорил. — Отдохните пару дней, а после я дам вам новую работёнку.
— Нас возьмут в рейд? — с надеждой в голосе спросил Леший.
— Ага. Разбежался, — усмехнулся Фрол. — В рейд без вас уже уехали. А как ребятки вернутся, вы будете помогать выгружать туши из вездеходов. — Оскалившись, он добавил. — Вы же теперь подростки, а значит, я могу эксплуатировать вас по полной на благо Ленска.
— Стоп. Мы заплатили за пребывание в городе. Деньги отдали лично Барсу в руки. Какая, к чёрту, общественная работа? — возмутился я.
— Родной. Ты заплатил за защиту. Ну так вы в безопасности. Разве не так? О том, что вам не придётся работать, речи не было. Верно? — ехидно подметил Фрол, и он был чертовски прав.
Вот, суки. Впрочем, чего ещё ожидать от ворья? Ну да ладно. Потрудимся. Ничего страшного не случится. А там, глядишь, нас и в новый рейд возьмут.
— Согласен. Общее дело делаем. Можно и грузчиками поработать, — кивнул я.
— Ну и славно. Можете быть свободны, товарищи разнорабочие. Хе-хе, — мерзко засмеялся Фрол и указал нам на дверь.
Мы с огромной радостью покинули его кабинет и отправились в отель, где старик наотрез отказался выдавать ключ от нашей комнаты.
— Пацанята, вы чё, тугие? Я вам что сказал? Там ребятня живёт, во-о-от такая. — Дед показал рукой наш рост; по его мнению всего день назад мы были едва выше его пупка. — Соплячьё совсем. А вы себя видали? Лбы здоровенные. С меня ростом, матерей ваших ети за ногу. Всё, не пудрите мне мозги. Нужен номер? Платите. Не нужен? Валите, — отмахнулся старик и плюхнулся на стул, стоящий за ресепшеном.
— Старый, а я тебе ещё раз объясняю. Попали мы в аномалию временную… — начал было я, но тут же был прерван.
— Да хоть в беременную аномалию! Мне похрену! Говорю же, там мальцы жили, а не вот эти вот… — Дед осмотрел нас и добавил. — Чубатые.
— Так, он меня достал, — стал закипать Леший и уже собирался зайти за стойку ресепшена, чтобы вправить деду мозги, но я его остановил.
— Старый. Хорош выпендриваться. Говорю же, номер наш. У нас он ещё на пару дней проплачен. Но это неважно. Держи. — Я выложил на прилавок сразу тысячу рублей, и дед вскочил, как ужаленный. Разинув пасть, он гипнотизировал купюры всего секунду, а после схватил их и спрятал за пазухой.
— Чаво желаете, гости дорогие? — спросил он елейным голосом.
— Желаем ключ от нашего номера. А если вон те щеглы, о которых ты говоришь, к тебе придут и станут права качать, то я из собственного кармана выплачу им ряпчиков за моральный ущерб. Идёт?
— Ну так-то вроде и неплохо. Но ещё бы сотенку ряпчиков накинуть, — хитро прищурился старый.
— Накину ещё две сотни, если подстрижешь нас, а то заросли, как обезьяны, в этой аномалии.
— Эт можно, — кивнул старик. — Токмо ряпчики вперёд.
— Ишь какой недоверчивый. — Усмехнулся я и выполнил его просьбу.
— Усё будет в лучшем виде. Можете проследовать в ваши апартаменты, еда и цирюльник прибудут через… — Он наигранно посмотрел на руку, где должны были быть часы (но их там не бывало отродясь) и, улыбнувшись, добавил. — Через час.
— Годится, — согласился я, забрал ключ, и мы двинули в наш номер.
На удивление, он оказался чертовски маленьким. В моей памяти номер был порядочных размеров, и мы без труда размещались в нём, а сейчас же… Сейчас диваны, на которых ребята спали, развалившись, выглядели совсем крошечными.