Ребёнок от босса. Научи меня любить (СИ)

Глава 57 
Глава 57
Инна
И что он на меня так смотрит? Как-то необычно, странно. Меня его взгляд и без того напрягал, а теперь он ещё и изменился. Природа этих изменений мне пока не ясна. Надеюсь, Воронцов не придумал ещё что-то, чем собирается меня шокировать…
Практически всю дорогу до дома его матери мы едем молча. С каждым километром волнение у меня в груди усиливается, потому что я понятия не имею, как пройдёт эта встреча и смогу ли я изображать из себя женщину Воронцова. Мне кажется, любой дурак поймёт, что мы никак не можем быть парой. Мы же такие разные, и как только его мама поверила?
– Инна, не забудь, что в гостях у мамы не надо называть меня по имени-отчеству. Просто Глеб, хорошо? – сообщает босс, когда мы выворачиваем на живописную дорогу в частном секторе Зеленогорска.
Как же здесь красиво! Мне сразу хочется выйти из машины и начать фотографировать чуть ли не каждый проулок и деревце, раскинувшее свои жёлто-красные, будто янтарные, ветви.
Но от волнения я вряд ли смогу сделать хоть шаг так, чтобы меня не затошнило. Всё, на что меня хватает, это открыть окно и вдохнуть свежий осенний воздух, сегодня наполненный солнечным теплом.
Зеленогорск вроде к Питеру совсем близко, но как же здесь иначе дышится. Словно это совсем другой мир, в котором ещё не придумали и не построили автомагистрали с тысячами машин.
Благодаря чистому и мягкому воздуху, мне становится легче и волнение чуть-чуть отступает.
А вот Глеб Викторович, кажется, не волнуется вообще ни капли. Впрочем, как обычно.
– Да, я поняла, Глеб Викторович. Не буду называть вас по имени-отчеству, – киваю, мазнув по мужчине взглядом, и машинально краснею, потому что он снова на меня смотрит… вот так странно, как с самого начала сегодня.
– Глеб, Инна.
– Что?
– «Да, я поняла, Глеб». Повтори, пожалуйста, если не трудно. Просто для практики.
– Э-э-э-м… Ладно. Да, я поняла, Г...г…глеб.
Про себя добавляю «Викторович». Так привычнее.
– Неплохо. Только не красней так сильно.
– Ну, знаете что. Я это не контролирую! – возмущённо фыркаю, снова высунув голову в окно, чтобы подышать.
Успеваю заметить, как дёргаются уголки губ Воронцова.
Всё ему весело. Мне вот вообще нисколечко.
Загородный дом, к которому мы подъезжаем, выглядит внушительно. Честно говоря, Ольга Андреевна произвела на меня впечатление человека, который любит всё попроще. Такая она с виду домашняя и лёгкая, что ну никак не укладывается в голове, что она может жить вот в такой роскошной махине.
– Это мы со Стасом настояли на покупке этого дома. Мама бы сама никогда его не выбрала, – Глеб Викторович словно читает вопрос на моём лице и тут же на него отвечает.
Затем открывает своё окно и нажимает кнопку на столбе у ворот. Звучит сигнал, механизм срабатывает и ворота открываются. Мы въезжаем в просторный двор, весь усаженный деревьями, кустарниками и цветами, которые наверняка красиво цветут летом. На довольно широкой парковочной площадке уже стоит ещё одна машина кроме нашей. Ну, то есть, кроме Воронцовской… Я перевожу вопросительный взгляд на босса. Тот обречённо вздыхает.
– Стас тоже здесь.
Ну, блин. Вот уж замечательно. Ещё и брат Воронцова приехал. Он вообще какой-то беспардонный и постоянно вгоняет меня в краску.
Не ясно даже, как у такой тактичной и вежливой женщины выросли эти двое…
– Только не нервничай, ладно? Я буду рядом. Главное, запомни, что я не Глеб Викторович, а Глеб. И мы с тобой живём вместе и любим друг друга. Про инсеминацию ни слова.
От этого его «живём вместе и любим друг друга» у меня в животе закручивается огненный вихрь. Воображение услужливо подбрасывает картинки, как мы с Воронцовым валяемся по утрам в постели и смотрим какой-нибудь глупый фильм.
Что это за мысли такие вообще?!
Мне плохо…
Ладно, что хоть тему про переезд он пока не поднимает, но в памяти будто специально всплывают слова «ты как наваждение…»
Проклятье!
От неожиданного напряжения в нижней части живота, я начинаю ёрзать по сидению.
 
– Ты в порядке? – недоумённо смотрит на меня босс, окинув внимательным взглядом.
«Из-за вас я вообще никогда не в порядке!» – мысленно рычу, но вслух говорю лишь:
– Э-э-э, да. Нормально.
– Тогда пошли.
Изнутри дом не выглядит таким внушительным. Внутреннее пространство как раз полностью отражает характер и личность матери Воронцова. Здесь какой-то уникальный уголок уюта и тепла. Буквально каждая деталь рождает ощущение, будто ты попал в родное место, где тебя приютят, обогреют и накормят.
Меня очень впечатляет, когда пройдя через гостиную, мы вдруг оказываемся на просторной лоджии, полностью застеклённой, а за окнами буйными красками рассыпаются красно-оранжевые деревья. Здесь много воздуха и света. Хочется глубоко вдохнуть и утонуть в этом аромате, к которому примешивается запах еды.
Ольга Андреевна суетится возле большого обеденного стола. Брат Глеба Викторовича, Стас сидит в плетёном кресле и говорит по телефону, но заметив нас, быстро прощается и убирает мобильник в карман брюк.
– Наконец, вы приехали! – широко улыбается Ольга Андреевна и указывает на стол. – Скорее садитесь. Пока всё горячее. Что-то вы долго ехали.
– Пробки, мам, – поясняет Воронцов.
Затем он подходит к маме и целует её в щёку.
Честно говоря, я настолько не ожидаю от него подобной нежности, что на миг застываю как вкопанная и просто смотрю на эту удивительную сцену.
Воронцов только что поцеловал маму! Ничего себе.
– Инночка, здравствуй, ты не стесняйся, проходи и садись, – из ступора меня вырывает слегка насмешливый голос Стаса.
Я перевожу на мужчину взгляд и понимаю, что он видел, как я всё это время по-идиотски наблюдала за его братом.
– Да, Инна, не смущайся. Глеб, ну что ты ничего не делаешь? Поухаживай за Инной! – требовательно произносит Ольга Андреевна.
Чувствую себя странно, особенно когда босс вдруг отодвигает стул и жестом приглашает меня сесть.
Ладно, ну не стоять же мне как дурочке!
Не ситуация, а кошмар. Особенно поражает, что Ольга Андреевна, кажется, в полном восторге от происходящего.
Мы все усаживаемся за стол, а мама Воронцова начинает с энтузиазмом раскладывать еду по тарелкам. Мне наваливает столько, сколько я даже в лучшие времена без токсикоза съесть бы не смогла.
Впрочем, салат поесть можно. Да и как-то не хочется обижать Ольгу Андреевну. Она очевидно очень старалась. Надеюсь, меня не начнёт выворачивать прямо за столом.
– Ой, Инночка, у меня к вам столько вопросов. Я прям не знаю с чего начать!
– Мам, ты суетиться прекрати и сядь уже за стол. Мы сами в состоянии положить себе еду.
– Не будь таким суровым и дай мне за вами поухаживать! – осаждает босса Ольга Андреевна. – Инна, ешь. Салат из свежих овощей. Это полезно для беременных. Тебе сейчас нужны витамины.
Мне нужно куда-нибудь сбежать… Или хотя бы отодвинуться, потому что Воронцов сел рядом и при каждом движении его плечо касается моего, отчего по телу бегут мурашки.
Чёртовы мурашки. Откуда вы вообще берётесь?
– Только я не солила салат. Пусть каждый по вкусу посолит.
Взявшись за вилку, я поворачиваю голову и вижу, что солонка стоит далековато.
– Глеб Ви… – уже хочу попросить босса передать мне соль, но вовремя осекаюсь, чуть не обратившись к нему по отчеству. – То есть, Глеб. Да, Глеб, – по-дурацки и нервно смеюсь, прикусив губу. – Глеб, не могли… не мог бы в…ты передать мне соль. Мне нужна соль, Глеб.
Босс переводит на меня скептический взгляд и выгибает бровь.
– Соль. Глеб. Пожалуйста, – снова нервно улыбаюсь.
– Я понял, Инна, что тебе нужна соль, и передать её должен я – Глеб, – хмыкает мужчина, весело усмехнувшись, после чего протягивает мне солонку.
Его брата, очевидно, тоже забавляет вся ситуация, потому что наглая улыбка не сходит с его лица ни на миг.