Ребёнок от босса. Научи меня любить (СИ)

— В смысле? — выдыхаю, приподнимаясь на локтях и встревоженно смотрю на монитор. — Что значит “сбивается”?
Слышу, как по ту сторону ширмы скрипит отодвигаемый стул, а потом тяжелый шаги Воронцова. Он подходит ближе к ширме и замирает напротив меня.
— Ритм сердца неровный. Всё время сбивается. Какого чёрта это значит?!
Я не вижу, куда он смотрит, но даже без этого чётко представляю, как сейчас мужчина буравит взглядом врача.
В любой другой ситуации этот взгляд бы меня испугал, но не сейчас. Сейчас единственное что меня волнует — это мой ребёнок.
Затаив дыхание я внимательней прислушиваюсь к звуку его сердечка, пытаясь уловить ритм, но у меня не получается. Паника как стая голодных шакалов кусает под кожей, мешая сосредоточиться и связно мыслить.
И почему-то именно сейчас я доверяю Воронцову абсолютно и безоговорочно. Если он сказал, что сердце нашего малыша сбивается, значит так оно и есть!
От страха у меня сжимаются лёгкие и начинает бить дрожь. Кажется, будто горло сдавливает в стальных тисках без возможности вдохнуть и выдохнуть. В ушах гудит, руки и ноги немеют и начинают покалывать.
— Что с ребёнком?! — рявкает Воронцов, подойдя ближе к врачу. Так, что я могу увидеть край его профиля. Чёрный горящий взгляд и гуляющие по скулам желваки.
— Не волнуйтесь, Глеб Викторович, всё в полном порядке, — мягко произносит врач, но её слова долетают до меня как через толстый слой ваты. — Просто в вашем случае стучит не одно сердце, а два. Поэтому происходит такой диссонанс.
— Что... что значит два сердца...? — сглотнув вязкую слюну, произношу хриплым от волнения голосом.
Врач снова нажимает какие-то кнопки на клавиатуре, фиксируя картинку на экране. Вытаскивает из меня датчик и, отложив его на кушетку, отодвигается на стуле, чтобы ей было видно нас обоих — меня и Воронцова.
— Дело в том, что у вас, Инна Михайловна, многоплодная беременность. В полости вашей матки два плода. Соответственно, и два сердцебиения, которые мы только что слышали через микрофон.
Глава 48 
Глава 48
Инна 
Два.
Два плода.
Я настолько не ожидаю услышать нечто подобное, что меня начинает резко заваливать на бок прямо на кушетке от сильного головокружения.
Что только что сказал узист? Я правильно расслышала? Ребёнка два?!
Упираюсь ладонями в твёрдую плоскую поверхность кушетки и начинаю шумно и часто дышать, чтобы справиться с волнением и тошнотой, подкатившей к горлу.
Этого просто не может быть... Как такое вообще возможно?!
Я же делала УЗИ, когда только обнаружила задержку после инсеминации. Мне ни слова не сказали о том, что беременность многоплодная!
Тишина в кабинете становится звенящей. Кажется, слышно только моё дыхание, которое застревает в горле, когда вдруг раздаётся голос Воронцова.
— В смысле... два? Как это два? — шокировано спрашивает мужчина врача.
Мне тоже хочется знать, как это два, но я и слова вымолвить не могу. Я никак не ожидала, что малышей будет двое. Может, узистка ошиблась?!
Но следующая фраза женщины быстро расставляет всё по местам и окончательно исключает вероятность того, что она могла ошибиться.
— Да. Два плода. Вы, я так понимаю, не были в курсе, раз реагируете настолько бурно? Посмотрите внимательно на экран.
Слушая голос врача словно через толстый слой ваты, я медленно перевожу взгляд на небольшой монитор, где высвечивается фотография полости моей матки. Узистка начинает на что-то кликать и на экране появляется курсор. Она обводит им два светлых пятна.
— Вот первый ребёнок. Вот второй. У каждого свой плодный пузырь.
Она снова обводит по каким-то границам.
— Дизиготные близнецы. Это значит, что они могут быть как одного пола, так и разного. Могут быть внешне похожи, а могут полностью различаться.
Кровь в ушах начинает шуметь сильнее. Во рту пересыхает и язык будто приклеивается к нёбу.
Я слушаю врача, смотрю на своих малышей на экране, и так много хочу спросить, но просто не могу пошевелить губами.
Двойняшки. У меня будут двойняшки.
 
— Как такое вообще возможно? Мы не делали ЭКО. Это было... обычное зачатие, — слышу всё ещё шокированный голос Воронцова.
— Так как близнецы дизиготные, то причина многоплодной беременности в вашем случае, это гиперовуляция. То есть, на момент овуляции созрело больше чем два фолликула. Соответственно, оказавшись в полости матке, обе яйцеклетки были готовы к оплодотворению. Когда в матку попала сперма, то...
— Да, я понял, — резко прерывает врача Глеб Викторович. — А в чём причина гиперовуляции?
— Это чаще всего генетическая предрасположенность или гормональная терапия.
Мне наконец удаётся открыть рот и что-то сказать. Голос звучит хрипло, и даже скрипит — настолько в горле пересохло.
— У меня есть сестра двойняшка.
— Ну вот и разобрались. У матери предрасположенность к многоплодной беременности. Поэтому у вас и будет двойня.
— А почему это на первом УЗИ не увидели? Там только информация о том, что в полости матки есть плодное яйцо, — дотошно расспрашивает врача Воронцов.
Тон мужчины резкий и грубый. Он так говорит, словно его злит, что ребёнок будет не один.
А я не знаю, что именно чувствую. Не могу разобраться в каше из эмоций внутри меня.
Наверное, мне страшно. Я... я просто не знаю, что теперь делать.
Кладу руку на низ живота и слегка сжимаю.
Двое. Господи, двое.
Я к такому ни морально, ни материально не была готова. Да, я хотела ребёнка. Очень хотела. Только одного, а не двоих. Два малыша — это слишком много.
Паника сковывает нутро, а пальцы от тревоги мнут специальную плёнку подо мной. Как же я теперь справлюсь? В моей крохотной квартирке будут нужны две кроватки и больше места для детской одежды, игрушек и других принадлежностей. Коляска тоже нужна будет для близнецов.
А Воронцов? Что он будет делать? Как отрегариует? Судя по его резкому тону, он двоих детей тоже не планировал. Да и вообще я не собиралась надеяться на него. Наоборот, мне хотелось максимально исключить босса из своей жизни. А что теперь? Как мне теперь быть?!
— На маленьком сроке, — отвечает узистка Воронцову, — второе плодное яйцо можно не увидеть. Обратите внимание на расположение плодов в матке, — она снова щёлкает по клавиатуре и на экране мелькает курсор. — Один как бы прячется за другим. При имплантации в стенку матки, одно яйцо может оказаться позади другого, или вообще прикрепиться к стенке чуть позже. Поэтому многоплодную беременность сразу могли не увидеть. В самом начале плодное яйцо микроскопическое.
— А состояние матери? Токсикоз, низкое давление и низкий гемоглобин. Это может быть связано с тем, что беременность многоплодная?
— Конечно, может. Но в целом, и при одноплодной беременности вполне возможно подобное состояние. Чёткой взаимосвязи здесь нет. Просто её организм так реагирует. Будущей маме необходимо регулярно наблюдаться в клинике и, разумеется, сообщить о результатах УЗИ лечащему врачу. Я сейчас оформлю выписку, — врач чуть отодвигает ширму и обращается уже ко мне. — Можете пока одеваться. Главное, что вам нужно сейчас знать — с вашими малышами всё в порядке. Никаких отклонений от нормы я не вижу.
"С вашими малышами всё в порядке..." — в голове эхом отдаются слова узиста.
Я по-прежнему не могу поверить. Даже когда одеваюсь и беру в руки выписку с прикреплённой фотографией, всё ещё не верю. Растерянно смотрю на лист, чувствуя, как дрожат пальцы.
Что, если я не справлюсь? Что, если стану плохой мамой? И вообще не смогу дать ничего стоящего своим детям?
В носу начинает щипать, и я быстро моргаю, чтобы сдержать подступившие к глазам слёзы.
Неожиданное горячее прикосновение к моему плечу заставляет вздрогнуть. Я резко поворачиваю голову и упираюсь взглядом в почти чёрные глаза Воронцова. Он стоит близко и пристально смотрит то на меня, то на выписку.