Мама с проблемами (СИ)
— Замоталась, — внезапно хлестко, даже для самой себя, выдала я и еще крепче сдавила пальцами горячую кружку. — Я не жалуюсь, я смогу с этим всем справиться, просто… Просто чувствую себя хомячком в беговом колесе.
— Хомячком в беговом колесе? — нахмурившись, переспросил лорд Митчел.
Интересно, есть ли в этом мире хомяки? Если уж даже к кошкам отношение весьма спорное, то вряд ли кто-то стал бы намеренно заводить существо, отдаленно похожее на мышь.
— Не бери в голову, это я к слову, — неловко улыбнулась я. — А еще мои девочки открывают ателье.
— Цветочек рассказал, — Митчел сделал глоток ароматного напитка, не сводя с меня внимательного взгляда.
— С твоими шпионами мне совершенно нечем тебя удивить! — беззлобно отшутилась я, тут же перехватив его хитрую усмешку.
В комнате повисла тишина. Но в этот раз наполненная теплом и уютом. Мы мирно пили кофе, наблюдая за танцующим пламенем в камине.
— Спасибо. За то, что вызвалась помочь. Это многое для меня значит, — вдруг признался Митчел.
— Для меня тоже, — не стала кокетничать.
Кофе подлейшим образом кончился. Даже в кофейнике. Уходить не хотелось, но порождать новые сплетни в кругу домочадцев желания тоже не было.
— Думаю, мне пора, — приподнимаясь с кресла, произнесла я.
Митчел встал одновременно со мной. Мы замерли друг напротив друга. Каждой клеточкой кожи я вдруг ощутила напряжение, образовавшееся между нами.
— Что насчет свидания? — как-то неожиданно поинтересовался он.
— Когда? — тихо отозвалась я.
— В идеале, сейчас, — Митчел сделал короткий шаг вперед, приблизившись ко мне почти вплотную.
Я ощутила теплое кофейное дыхание, перевела взгляд с его глаз на подбородок и… подалась вперед. Его губы оказались мягкими и нежными, в этом я убедилась, пройдясь по ним языком. В первое мгновение Митчел даже не пошевелился, но уже через секунду взял инициативу в свои руки.
Я сама не поняла, как очутилась в плотных объятиях. Поцелуй стал более глубоким и требовательным, по моему телу забродили мурашки. С губ сорвался тяжелый вздох, ненадолго прерывающий дурман. Именно это и заставило прерваться… Уткнувшись руками в его грудную клетку, я чуть откинула голову и улыбнулась.
— Отличное свидание. Но мне пора. Я зайду завтра вечером, — все так же хрипло произнесла я.
— Я тебя провожу, — тут же отозвался он, вновь подаваясь вперед и беря в плен мои губы.
* * *Дом встретил шумными посиделками старших домочадцев на кухне. Мия с Анни восседали во главе стола, держа перед собой какое-то письмо. Судя по заломам, бумагу они пускали по кругу минимум раз десятый.
— Яра! Ты вернулась! — Мия вскочила на ноги, протягивая мне листок. — Гляди! Письмо от супруги главы аукционного дома!
Я взяла его в руки и вчиталась. Губы сами собой растянулись в улыбке. Нет, я даже не сомневалась в том, что жене Ричарда понравится то, что сотворили мои девочки, но одно дело не сомневаться, а другое — иметь письменные доказательства.
— Нас будут рекомендовать, Яра! — радостно пискнула Анни. — Она уже сегодня вечером посетила светский раут!
— А у нас совсем мало ткани в наличии, — как всегда деловито добавила Мия. — Хватит на пару платьев, не больше.
— Закупим, — ответила я. — Вы большие молодцы!
— Это все благодаря тебе, — пробормотала Анни.
— Я всего лишь разрисовала ткань. Вы тоже научитесь, — ответила уверенно. — Обязательно отметим вашу победу в течение недели. Уверена, уже завтра вам начнут поступать заказы!
Собственно, так и вышло. С самого утра на пороге нашего дома то и дело топтались юные посыльные. Все требовали свободную художницу Яру, хозяйку ателье «Хендмейд». Миль принимала письма, Анни назначала время для съемки мерок, Мия прикидывала смету. Каждый был при деле, и потому мое участие не требовалось.
Отлежавшись в горячей ванне с чашкой кофе — и надо же было так приобщиться к этому напитку! — я со спокойной душой направилась в пекарню для разрисовки печенья и торта.
Сэм отдал процент с продаж, что набежал за последние пару дней, и выдал краски, изготовленные по моему же рецепту. Работа заняла не больше часа, но к пухлому мешочку прибавилась еще пара-тройка монет. Закончив, я со спокойной душой направилась в дом Волдера.
Глава 36
— Да нет же! Ты не понимаешь! — Мираника злилась.
Она вообще часто злилась. У меня складывалось ощущение, что из душевного равновесия ее способна вывести любая мелочь. А я раздражалась уже от того, что на меня орут.
Глубоко выдохнув, я отложила кисть в сторону. Какая это по счету попытка? Сотая? Тысячная?.. Судя по израсходованной бумаге, выделенной Митчелом, безуспешных попыток было столько, что очень хотелось сложить лапки и плюнуть на саму затею.
— Быть может, если ты позволишь открыть шторы, мне будет куда проще работать? — сдержанно предложила я.
Рисовать при свете одной-единственной свечи — то еще удовольствие. Глаза болели так, словно в них насыпали песка. Всю эту неделю я просыпалась с утра с краснючими глазами, отказывающимися принимать происходящее за норму.
— Я… Нет, — сухо ответила Мираника. — Слушай еще раз. Сейф вот такой высоты, — она ткнула себя в бедро. — Ручка крутится. Понимаешь? Кру-тит-ся!
Скрипнула зубами. Об этом я слышала раз сотый. Или в тысячный. Даже попросила Цвета сводить меня в лавку, где продают сейфы, — надеялась обнаружить аналогичный шкаф для хранения ценностей. Мимо. Судя по всему, их либо давным-давно сняли с производства, либо делали по персональному заказу. Сама Мираника же никак не могла толково объяснить, что именно мне следует изобразить.
— Про ручку как вентиль я уже давно поняла, — с трудом сдерживая раздражение, произнесла я. — И про размеры сейфа тоже. Может, ты помнишь еще какие-то детали? Царапины, вмятины, потертости?..
— Царапины, — эхом повторила она, утопая в прострации.
Она часто выпадала из реальности. Ее глаза покрывались мутной пеленой, словно разворачивая перед внутренним взором картинку из воспоминаний.
— Царапины-царапины-царапины, — вдруг как заведенная затараторила она. — Демоны!
Рухнув в кресло, она сдавила виски длинными костлявыми пальцами. Начала раскачиваться взад-вперед. И, признаюсь честно, меня до одури перепугала бы подобная картина, если бы за прошедшие несколько дней я с десяток раз не наблюдала за ее приступами паники.
Винить Миранику за них я никак не могла. Как и отделаться от мысли, что мне попался самый сложный… «клиент».
Встав со своего места, подошла к сестре Митчела и присела перед ней на корточки. Возвращать ее «обратно» я тоже научилась — уже выяснила, что если Миру не остановить, то приступ затянется. Как? По воспоминаниям из моего родного мира: то ли в фильме в каком-то подсмотрела, то ли в книге прочла.
— Мира… Сколько я с собой взяла кисточек? — мягко коснувшись ее плеча, спросила я.
— Три… Нет, три! — рвано ответила она.
— А сколько у тебя книг лежит на тумбе? — перенаправляя ее внимание, произнесла я.
— Шесть… Нет, семь! — на пару градусов спокойнее произнесла Мираника. — Хочу увидеть брата.
Последнее она произнесла почти жалобно. Бросив взгляд на часы, я убедилась, что Митчел уже должен закончить принимать клиентов. Потому почти сразу сообщила его сестре:
— Я за ним схожу, хорошо?
Мне малодушно хотелось слинять из комнаты и взять перерыв. Голова гудела, глаза болели — мне просто необходимо выбраться на свежий воздух.
— Стой! — она вцепилась в мою руку. — Я знаю чары, которые позволили бы мне показать тебе картинку из моих воспоминаний. Но… магия… Моя магия. Ма-ги-я!
Если первую часть фразы она сказала твердым, ровным голосом, то закончила на высокой ноте. Паника явно набирала обороты, требовался Волдер.
— Мира, я схожу за твоим братом, — осторожно расцепив ее пальцы, я избавилась от хватки и направилась в коридор.
Стоило мне оказаться «на воле», как дышать сразу стало легче. И представить сложно, как приходится врачам в дурдоме, если я сама чувствую себя истощенной всего за неделю контакта с сумасшедшей.