Мама с проблемами (СИ)

И в то же время уровень моей подозрительности по отношению к прохожим вырос просто до необычайных высот. В каждом из них я видела человека, знающего, что именно я тащу в корзинке, и желающего запустить туда свои пальцы.
Генри шел легким шагом, хотя я бы никогда по нему не сказала, что он в состоянии таскать такие тяжести.
Когда мы завернули на менее шумную улицу, я почти тут же влетела в очень крупного человека, лица которого я не разглядела в тени. Сердце забилось так, что рисковало выпрыгнуть из горла. Пожалуй, это был единственный шанс хоть как-то напасть на этого человека-гору — сердечной бомбардировкой!
Сонной мухой мелькнула мысль — ну, вот и конец наш пришел. Этот… точно нас поджидал.
— Я вас заждался, долго вы! — тут же подтвердил мои подозрения незнакомец.
И только через секунду до меня дошло, что его голос звучит подозрительно спокойно, дружелюбно и, что куда важнее, знакомо!
— Цветочек! — облегченно вздохнула я. — Боже, как я рада!
Если бы я двумя руками не сжимала корзинку, то точно бы крепко обняла ошарашенного от такого приветствия Цвета.
Уже когда мы подходили к дому, до меня дошла простая истина. Если бы я была куда более разумным, но в то же время мнительным человеком, то первое, что мне стоило бы испытать — страх, что Цветочек сговорился с Генри и вознамерился забрать деньги с аукциона.
Но сейчас, когда впереди уже виднелось крыльцо нашего дома и Генри в красках рассказал, как прошел аукцион, я искренне порадовалась, что не испытала этих чувств. Не знаю, как и почему, но за такой короткий срок не только Генри сумел завоевать мое доверие, но и наш вынужденный сожитель.
— Яра, сколько ты выплатишь лорду Митчелу? — поинтересовался Генри, когда мы втроем добрались до моей спальни, чтобы убрать деньги в шкаф с ключом.
— Три тысячи, — тут же ответила я.
На руках я планировала оставить семьсот. Сотню — на канализацию. Сотню — на непредвиденные траты. Двадцать пять — для выплаты Генри. А остальное отложить на рискованную затею с отправлением Нетты в безопасное место. В этом еще предстояло разобраться, но я отчетливо осознавала, что смогу заработать еще.
— Я могу их доставить прямо сегодня, — тихо произнес Цветочек. — Признаться честно, даже мне немного неуютно держать такие деньги в этом хлипком сарае. Яра, может, все же сделать ремонт? Я найду приличную бригаду… Вместе с канализацией обойдется в сто пятьдесят золотых.
— Будет хорошо, — кивнула я.
Мебель мебелью, но дому еще предстоят преображения.
Закончив с самым важным, я спустилась в столовую. До ужина с лордом Митчелом оставалась всего пара часов, но есть я хотела страшно. И потому, обнаружив подле печи еще горячий наваристый суп, невероятно обрадовалась.
Мелкие в школе, Миль еще с утра сообщила, что днем отправится на рынок, а Цветочек с Генри приводят себя в порядок после нервной прогулки.
Тишина действовала успокаивающе, но длилась недолго. В столовую вошел Эвен.
— Приятного аппетита! — сухо бросил он, подходя к печи.
Его взгляд стал колючим, он поджал губы.
— Благодарю, — в тон ответила я, без всякого желания продолжать разговор, пока парень как минимум не извинится.
Вот только просить прощения Эвен и не думал. Он налил себе в кружку воду и вдруг резко развернулся:
— Это правда, что сегодня вечером ты встречаешься с лордом Митчелом в «Пухе и перьях»?!
Все домашние знали о том, что сегодня у нас важный день — день аукциона. Но этому малолетнему ежику даже в голову не пришло спросить, как все прошло, он вновь обратился к каким-то совершенно невероятным упрекам!
Это разозлило. Очень… Очень сильно разозлило!
— Что именно тебя смущает?
— Меня смущает, что вы спелись! — со злостью выплюнул он. — Может, хотя бы заранее предупредишь о том, когда нам надо отправиться в дом призрения?! А что, удобно… Сплавишь бесполезных сироток и заживешь с Митчелом богатой жизнью! Тебе ведь так хотелось перебраться в хороший дом.
Еще ни разу в жизни у меня не было желания отвесить пощечину. Даже о мужа я не захотела марать руки, но в этот миг стало горько и обидно. Раздражение достигло пика, перемешиваясь с накатывающими слезами. Я сжала пальцы в кулаки, чтобы не совершить непоправимого.
 
— Знаешь что, — прошипела я. — Еще ни одного дня в вашем мире я не потратила на саму себя. Все это время я делала все, чтобы заработать денег на этот самый дом, пропитание и шанс на вашу хорошую жизнь в будущем! И я это делала не для того, чтобы какой-то малолетний крендель, который посчитал, что заработать можно только нарушением закона, упрекал меня не пойми в чем!..
Эвен нахмурился, его плечи опустились. Парень сделал шаг назад, уже открывая рот для того, чтобы возразить или оправдаться.
— Мои дела с лордом Митчелом тебя не касаются. А потому разговаривать и что-то обсуждать с тобой я более не намерена. Ты меня очень сильно обидел, Эвен. Подобного отношения я не заслужила. И более не потерплю.
С этими словами я взяла в руки тарелку, ложку и направилась на крыльцо, выходящее на задний двор. Слезы обжигали кожу на щеках, суп не лез в горло. Усевшись на верхнюю ступеньку, я вытянула ноги и позволила себя от души проплакаться.
  
Глава 25
 
Из зеркала на меня смотрело чудище заморское. Под глазами мешки, щеки красные, губы искусаны — пожалуй, позволить себе истерику перед выходом в приличное место было глупой затеей. А еще в самых классических женских традициях мне было совершенно нечего надеть.
Ни одно из платьев, висящих в шкафу, не казалось мне достаточно удачным для внезапного ужина в приличном месте. Я успела перемерить их все, по три раза. И на четвертом круге доконала сама себя.
И чего я переживаю вообще?! Это просто деловой ужин! Митчелу вообще глубоко по барабану, во что я буду одета, он и раньше на это не обращал особого внимания. А потому надела простенькое светлое платье с узорчатым краем. Из тех, что купила недавно.
Думаю, в будущем стоит сделать для себя пару нарядов вроде того, что удалось продать на аукционе. Об этом я размышляла, уже взявшись за прическу.
Волосы заплела в свободную косу, чуть выпустив пряди, чтобы придать ей пышности. Выглядело простовато, но со вкусом.
Бросив еще один взгляд в зеркало, я испытала острое желание переодеться и переделать прическу, но свободное время неумолимо истекало. Опаздывать я не любила, а до «Пуха и перьев», несмотря на элитное расположение, пилить и пилить.
Спустившись вниз, я зашла в столовую. Мое семейство вовсю готовилось к ужину. Миль колдовала над плитой, добавляя сушеные травы в глиняный горшок. По комнате витал до одури приятный аромат, толкающий отказаться от всех затей и приступить к вечерней трапезе здесь и сейчас.
Мия накрывала на стол, о чем-то весело разговаривая с Элли. Лайн помогал Нетте с домашним заданием. Идиллия. Я поймала себя на мысли, что чувствую себя дома.
— Яра, можно тебя на секундочку? — со стороны входа в столовую раздался озабоченный голос Генри.
Я нахмурилась. Новости, о которых отказываются сообщать во всеуслышание, редко оказываются приятными.
Генри не стал тянуть. Стоило мне выйти в холл, как тут же произнес:
— Лорд Митчел на аукционе недвижимости купил дом.
— Лорд Митчел, видимо, очень любит покупать дома, — задумчиво пробормотала я.
А у самой тут же сотня мыслей в голове возникла, и я никак не могла зацепиться ни за одну из них. Новое удачное вложение? Свежая попытка подкупить? Если так пойдет и дальше, то еще парочка моих отказов, и лорд Митчел будет готов переместить нас во дворец! И чего ему тут медом намазано?..
 
— Яра, дом на соседней улице. Буквально в паре шагов от нас, — озадаченно произнес Генри.
Что-то мне подсказывало, что и сам законник не очень-то понимает, что делать с этой информацией.
— Разберемся, — выдохнула я. — Цветочек доставил деньги?
— Вернулся пять минут назад, — кивнул Генри.