Вознесение (СИ)

Рим.
Париж.
Греция.
Белиз.
И каждый эротический образ подталкивает меня всё ближе к краю.
Она поднимает пальцы к моей шее, крепче цепляясь за меня, чтобы не упасть. Я чувствую, как её бёдра подаются ко мне, встречая каждый мой толчок с тем же отчаянием, что владеет мной.
Рейвен гонится за своим оргазмом так же неистово, как я за своим. Мы не просто желаем его, он нам необходим. Нам необходимо достигнуть вершины, которую только мы одни можем даровать друг другу.
— Блядь… — вырывается стон ей в губы, и я чувствую, как она дрожит всем телом, издавая собственные стоны, что вибрирует у моего рта. Я стискиваю её задницу ладонями и делаю выпады медленнее, но глубже, ощущая, как член пульсирует в ней и наполняет до последней капли.
Мне кажется, словно у меня онемело тело, пока мы стоим в фойе — оба голые до пояса и слившиеся воедино. Она зарыта лицом в изгиб моей шеи, в то время как мы оба жадно глотаем воздух и ждём момента, когда наши тела опустятся на Землю.
Я боюсь пошевелиться, выйти из неё и разрушить чары, под которые мы попали. Страх перед тем, что она исчезнет на моих глазах, почти парализует меня.
Рейвен как тот воробушек, что вытатуирован у неё на плече. Яркая и приводящая в восторг своей красотой… всегда готовая упорхнуть, улететь в неизвестность в погоне за своим следующим приключением. И на всё это время она оставляет меня здесь совсем одного, чтобы я снова попытался собрать по крупицам свою жизнь без неё.
В конце концов, я отстраняюсь и ставлю её на паркет.
— Здесь есть ванная, поэтому мы можем привести себя в порядок. — Вновь переплетя наши пальцы, я веду её в ванную. Улыбаюсь самому себе, замечая, как она осматривает номер, пытаясь ничего не упустить. Рассчитывая только на себя, я выбрал один из самых маленьких пентхаусов, предложенных отелем. В нём есть крошечная, но модернизированная кухня, объединённая с гостиной. На первом этаже располагается отдельная прачечная, кабинет и гостевая комната. А наверху — моя спальня, ванная комната и гардеробная. И балкон с видом на Тихий океан, гавань, мост «Золотые ворота» и нижнюю часть Сан-Франциско.
Оказавшись в ванной, я выпускаю её руку, иду прямиком к душу и включаю его, позволяя пару заполнить комнату. Снимаю через голову майку и бросаю на пол, следом летят шорты. Я обвожу взглядом её тело, до сих пор пылающее от недавнего оргазма.
— Твоя очередь, Злючка. Раздевайся, — говорю я, делая ещё один шаг навстречу и помогая стянуть через голову сарафан.
Она скользит языком, увлажняя губы, а потом нежно прикусывает нижнюю губу, легонько оттягивая её зубами. И мой член тут же снова начинает возбуждаться.
— Не знаю, что в тебе делает меня такой озабоченной, помешанной на сексе женщиной, Линк.
Из Рейвен вырывается визг, когда я хватаю её за талию и дёргаю к себе, отрывая от пола.
— Без понятия, что тебе ответить, милая. Но одно скажу точно — это чувство взаимно. Думаю, когда мы закончим «навёрстывать», нам придётся провести весь день со льдом — ты будешь прикладывать его к своей милой, маленькой киске, а я — к яйцам. Но это, чёрт возьми, определённо того стоит.
Глава 11.
20 декабря, 2015 г.
Рейвен
Ближе к полуночи, мы с Тэссой заканчиваем упаковывать подарки, которые принесли сегодня из торгового центра. Я прячу их под ёлку, когда слышу, как парадная дверь открывается и захлопывается.
От звука приближающихся тяжёлых шагов, сердце ускоряется, а на теле проступает холодный пот. В попытке охладиться, я оттягиваю свитер.
Он должен был приземлиться ещё несколько часов назад. Я же последние пять часов провела, сгорая от дикого желания написать ему, удостовериться, что всё хорошо. Скорее всего, он поехал к друзьям. А я то, идиотка, думала, что, приземлившись, он отправится сразу ко мне, чтобы всё исправить.
 
— Чёрт… Линк приехал, — шепчу я, поднимаясь и проверяя, надёжно ли спрятан живот. Пока я ещё не готова рассказать ему о ребёнке. В мои планы входило сделать это завтра. Сегодня же я слишком устала, да и самочувствие не самое подходящее.
Живот снова пронзает тупой болью, и я тру его, пытаясь облегчить боль. Тэсса опускает обеспокоенный взгляд на мой живот.
— Ты в порядке? Тебе плохо весь день.
Отмахнувшись от неё, я поджимаю губы.
— Ничего страшного. Доктор сказала, что лёгкие спазмы — это нормально. Наверное, боль вызвана тем, что матка растёт и живот растягивается. Всё нормально.
Появившийся в комнате Линк обрывает разговор, и мы обе поворачиваемся к нему.
— Мне показалось, что я слышал здесь голоса. Мне нужно распаковать несколько подарков и положить их под ёлку, а потом я оставлю вас одних.
Пока он говорит, его глаза едва замечают меня. Я чувствую укол горечи, когда он проходит мимо и вытаскивает подарки из своей сумки. Рана от того, что я видела его с Алисией, по-прежнему свежа, но из головы не выходят слова Тэссы.
— Линк. — Он замирает от произнесённого мной имени. Прислонившись к арке, ведущей обратно в коридор, он оглядывается на меня с… быть может, надеждой? — Если ты не слишком занят завтра, я бы хотела поговорить с тобой обо всём. Ты не против?
Дёрнув плечом, он говорит:
— Конечно. Я не планирую завтра ничем заниматься. Смена поясов и всё такое. Сейчас в Шотландии утро, поэтому я поднимусь к себе, приму душ и попробую посмотреть фильмы, например. А вам желаю хорошей ночи.
Я не отвечаю ему, да и Тэсса тоже, потому что слишком увлечена наблюдением за нашим разговором — молится, наверное, чтобы я не накинулась на него из-за своего нестабильного гормонального фона.
— Ну… это было неловко, — произносит она, подавшись вперёд, чтобы посмотреть как Линк исчезает в конце коридора.
— Не то слово. Стоит ему оказаться рядом, и я не могу рассуждать трезво. Отчасти я понимаю, что мне следует ненавидеть его за то, что он сделал. Но потом я чувствую шевеление ребёнка в животе, и все мои мысли сводятся к тому, как сильно я люблю его… и хочу, чтобы мы могли стать семьёй.
Обхватив меня рукой за плечи, Тэсса прижимает меня к своему боку, а второй накрывает мой живот.
— Даже не представляю, каково это — быть в твоей шкуре. Но я знаю, что ты поступишь, как велит сердце, и это правильно. Почему бы нам не подняться наверх и не устроить пижамную вечеринку? Заберёмся в постель, врубим слезливый фильм и расслабимся перед тем, как окончательно отключиться?
Рассмеявшись, я беру её за руку и вытягиваю в коридор.
— По-моему, это прекрасная идея. Ты поможешь мне остаться сильной и не забрести в комнату к Линку, где я сделаю то о чём на утро пожалею.
— Ха! Будем надеяться, что мистеру секс-Богу тоже не взбредёт ничего в голову. А то не хочется проснуться от того, что он пытается меня трахнуть, перепутав с тобой.
Переодеваясь в пижаму, я надеваю хлопковые шорты и растянутую футболку, а потом забираюсь в кровать к Тэссе. Мы устраиваемся на горе подушек и включаем «Девушку без комплексов».
 После первых пятнадцати минут фильма, я осознаю, что пытаюсь сдержаться и не уснуть. Неторопливо сползаю с подушек, зарываясь глубже под одеяло, и проваливаюсь в сон.
 
Но от резкой боли, прострелившей живот и спину, мигом просыпаюсь. Я завожу руку за спину и принимаюсь разминать спину, силясь унять боль от спазмов. Она похожа на те, что бывают у меня при самых болезненных месячных — но сильнее во сто крат.
Слёзы подступают к глазам, когда меня накрывает ещё одна волна, когда я пытаюсь сесть, отчего с губ срывается тихий всхлип. В комнате темно, поэтому я делаю вывод, что сейчас глубокая ночь. Единственный свет, что исходит от телевизора, освещает кровать. Сев прямо, я чувствую, как бельё на мне становится мокрым, и от этого во мне вспыхивает паника, накрывая меня как ушат холодной воды.