Вознесение (СИ)

— Пожалуйста, поцелуй меня, — умоляет она мне в губы, пока мои руки находят выпуклость её задницы, а рот начинает двигаться в идеальном ритме с ней.
Моё сердце, которое едва оправилось от лёгкого приступа паники после разговора о нашем ребёнке, теперь усиленно бьётся по совершенно другой причине. И подтверждение тому быстро увеличивается под тканью моих шорт, плотно прижимаясь к её животу.
Она тихо стонет мне в губы, когда я погружаюсь языком в её рот, ощущая, как она тает у моей груди, оттягивая волосы пальцами. Покалывания, расползающиеся по всему телу, опьяняют и отправляют на небеса, доступные только ей одной. Она способна довести меня до предела всего лишь поцелуем. Я даже близко представить не могу, каково это — наконец вновь похоронить себя между её ног. Мне грезилось о том, как я буду целовать каждый дюйм её тела и трахать, пока она не охрипнет, выкрикивая моё имя.
С нашего последнего раза прошло много времени… слишком много.
Желая остановить всё до того, как кончу в чёртовы штаны, я перехватываю её руки, обездвиживая, и отталкиваю её назад, вынуждая разорвать поцелуй.
Она смотрит на меня взглядом, полным вожделения, в то время как по её лицу прокатывается волна смущения.
— Что случилось?
— Поедем со мной домой, — говорю ей я. Не прошу, потому что не приму «нет» в качестве ответа. Либо она согласится пойти со мной и мы вместе отправимся в машину, либо я уйду отсюда, взвалив её к себе на плечо. Ей нужно только решить, каким способ она отсюда выйдет.
— Хорошо. Но мне нужно найти Тэссу и сказать ей, что я ухожу с тобой. Не хочу, чтобы она переживала обо мне.
— Ладно. Только пойдём вместе. Я не позволю тебе передумать и бросить меня со стояком. Я и так вытерпел пять часов мучений, наблюдая за тобой весь вечер. Но сейчас настало время вернуть тебя ко мне и устроить должное поклонение твоему телу, как умею только я, Злючка.
Её щёчки вспыхивают ярким румянцем, когда она замирает на верхней ступеньке.
— У нас будет всего одна ночь, секс-Бог Сан-Франциско, поэтому сделай её незабываемой.
Грудную клетку пронзает болью от слов «одна ночь». Может она и думает, что это одноразово, но это правило никогда для нас не срабатывало. Знаю, она напугана, и у неё есть на это все основания. Может она и думает, что наши жизни слишком разные, поэтому ничего не получится, или о чём там ещё накручивают и переживают женщины. Но мне только удалось вернуть её в свою жизнь. Я не стану сидеть и смотреть, как она снова уходит.
Я люблю её слишком сильно, чтобы потерять.
~~~
Остановив машину перед отелем Нокс с видом на гавань, я отдаю ключи парковщику и спешу к пассажирскому месту, чтобы помочь Рейвен.
Открыв дверь, я протягиваю ей руку и смотрю, как она выбирается наружу. Её убийственные ноги красиво обнажены, благодаря короткому сарафану, который она сегодня решила надеть.
— Господи, ты выглядишь прекрасно, — бормочу ей в губы, прижимая её к себе и целуя.
Пихнув меня в грудь, она издаёт сексуальный смешок.
— Ты сказала мне это, наверное, раз сто, пока мы ехали сюда. У меня разовьётся комплекс, если ты не прекратишь.
— Прости, но не могу. Просто ты так красива, что я не могу молчать об этом тебе и всему миру.
Её глаза остекленели от алкоголя, потреблённого на барбекю. Она выпила достаточно, чтобы расслабиться, но не настолько, чтобы проснуться завтра утром с сожалениями. Как по мне, она в идеальном состоянии, чтобы заниматься сексом до восхода солнца.
Учитывая, какая она упрямица, кто знает, когда она ещё подпустит меня к своей восхитительной киске, поэтому сегодня мне нужно её как можно больше.
Поездка на лифте длится словно целую вечность. Минус популярности заключался в том, что тебе всегда приходится вести себя прилично на публике. Поэтому не дай Бог мне увлечься развлечениями с девушкой в лифте. Кто-нибудь может взять из него видео-запись, продать тому, кто больше заплатит, и БАМ! Я тут же побью все рекорды среди фильмов для взрослых.
 
Мой спортивный агент будет только рад такой славе. А вот мама не очень. Поэтому я вполне прилично стою все двадцать этажей до моего номера. Экономка и личный шеф-повар должны были приехать завтра к десяти утра, но я отправил им сообщение, предложив взять выходной. Не знаю, как долго пробудет со мной Рейвен, но я хочу провести с ней как можно больше времени наедине. А если мой персонал заявится с утра пораньше, она тут же воспользуется этим как поводом для того, чтобы уйти.
Наконец звенит колокольчик, оповещая, что мы достигли последнего этажа. Шагнув из лифта, я вытягиваю наши сплетённые руки и веду её по коридору к моей двери.
— Вот мы и пришли. Дом, милый дом.
Вставив карту-ключ в дверь, я открываю её и завожу Рейвен внутрь. В тот же миг, как дверь за нами закрывается, я припечатываю её к ней и прижимаюсь следом всем телом. Запутав пальцы в её волосы, стягиваю резинку и позволяю светло-рыжей массе упасть ей на спину. Я удерживаю взглядом её глаза, замечая, как в них вспыхивает желание, пока другой своей ладонью веду по внутренней стороне её бедра.
Её руки прижаты к двери рядом с телом в попытке сохранить устойчивость, в то время как я сжимаю её зад и неторопливо скольжу её спиной по двери, поднимая Рейвен в воздух. Вторгнувшись ногой между её бёдер, я впечатываюсь пульсирующей эрекцией в её жар, когда она вскидывает ноги и обнимает меня ими за торс.
У меня нет терпения медлить. Мне нужно трахнуть её прямо здесь, в грёбаном фойе. А потом, после, я смогу провести всю ночь, смакуя её.
Я начинаю целовать и покусывать её плечо и шею, в то же время сгребая в кулак её трусики и срывая их с её тела.
— Помоги мне вытащить член, Злючка, затем я хочу, чтобы ты поднесла его к своей истекающей, возбуждённой киске, чтобы сначала я мог трахнуть тебя, а потом наблюдать, как моя сперма будет стекать по твоим ногам, снова клеймя тебя как мою.
Её руки устремляются к резинке шорт и сдёргивает их с меня, пока мои пальцы неторопливо скользят вдоль её расщелины, размазывая соки, прежде чем погрузиться в неё. Она такая же тесная и совершенная, как и тогда. Мой член пульсирует от потребности, а она сжимает его в кулаке и водит по нему вверх-вниз. Из меня вырывается низкое рычание, в то время как я прокладываю дорожку из поцелуев к её губам. Мне нужно ощущать их сладость, пока я буду трахать её.
Мои пальцы оставляют её лоно и ложатся на задницу, пока я пристраиваюсь к ней и жду, пока она направит мой член, мать его, домой. В ту же секунд, как головка прижимается к её входу, меня пронзает дрожью, которая опускается к яйцам, заставляя их поджаться. Как же давно я этого ждал.
— Ты слишком нужна мне, Злючка, поэтому нежно не получится. Но обещаю загладить перед тобой вину, как только мы доберёмся до спальни.
Закончив на этом, я погружаюсь внутрь, срывая с её губ громкий крик. Её руки обхватывают меня за спину, а ноги впиваются в мою кожу, в то время как я начинаю вбиваться в неё.
Мой рот обрушивается на неё, наши зубы сталкиваются, пока мы фанатично целуем друг друга, словно, как бы сильно мы не старались, у нас не получается подобраться друг к другу достаточно близко. От ощущения её скользящего языка сердце пускается в пляс в чёртовой груди, а член наливается каменной твёрдостью в ней от её идеальных движений по моей длине.
Я долго не протяну. С ней слишком хорошо.
— Чёрт, Злючка… ты совершенная, — шепчу ей в губы, прежде чем начать яростно трахать её рот языком. Она на вкус как белое вино, когда я втягиваю алкоголь с её языка. Сразу же вспоминается та ночь на винодельне.
 
Меня вдруг поглощает потребность вернуть её. Мне нужно больше, чем один день. Мне нужна вечность с ней. Чтобы я мог показать ей мир рядом со мной. Испытать всё вместе с ней, как и должно было быть изначально.
Моё воображение начинает рисовать все места, где я мог её трахнуть.