Северное море (СИ)

— Нет, не надо. Черт, мне так стыдно и неловко, что я тебя тревожу, но я… я не могу.
Мне вновь стало тяжело дышать. По щекам покатились слёзы. Я всхлипнула.
— Маленькая моя… — шепотом произнес Юлий и нежно меня обнял.
Я прижалась к нему и закрыла глаза, продолжая чуть слышно плакать.
— Давай, налью воды?
— Нет, прошу, не уходи, — еле слышно попросила я.
— Хорошо, — он по-доброму усмехнулся.
Мы сидели так какое-то время, затем Юлий сказал:
— Надо бы поспать.
Я молча продолжала крепко обнимать его, утыкаясь грудь.
— Ладно, хочешь, я сегодня с тобой лягу?
— Угу.
Мы легли вместе на мою кровать. Я прижалась к парню, положив руки чуть ниже его груди, а лицом уткнулась в область ключиц. Юлий меня обнял. От него исходило тепло и приятный запах геля для душа, я чувствовала, как он дышит, слышала, как бьется его сердце. Стало спокойно. В один момент парень глубоко вздохнул и на мгновение сильнее прижал меня к себе. От этого в животе что-то сжалось в тугой комок.
Вскоре я уснула. Крепким и спокойным сном.
***
Утром Юлия рядом не оказалось. Из ванной доносился шум воды. В памяти всплыла сегодняшняя ночь: показалось, что вела я себя очень глупо, стало жутко стыдно и неловко.
— О, доброе утро. Как раз хотел тебя разбудить, — бодро произнес парень, войдя в комнату.
Джинсы уже были на нем, а вот торс оставался голым, но уже через мгновение он надел свою белую футболку.
— Доброе. Сколько времени?
Юлий глянул на телефон.
— Начало десятого. Кстати, завтрак, включенный в стоимость, у нас до десяти. Желательно успеть на него.
— Да, встаю.
Когда я вернулась из ванной, переодетая и наконец-то с более-менее нормальной прической и лицом, Юлий сказал:
— Тебе снятся кошмары, только когда ты со мной?
— Нет… Они мне вообще часто снятся.
— Если хочешь, мы можем спать вместе и просто так, — игриво произнес он, сделав ударение на слово «спать».
На лице опять играла эта улыбка самодовольного мачо.
Вот и привычный образ.
Я смутилась, и, пройдя к своей кровати с пижамой в руках, произнесла, не глядя на него:
— Извини, пожалуйста, за эту сцену ночью. Мне очень стыдно.
Голос прозвучал достаточно грустно и твердо.
Немного помолчав, парень ответил:
— Все нормально, правда. Я не хотел тебя… обидеть.
Кажется, он был озадачен.
— Я не обиделась.
На завтрак мы шли молча.
Комментарий к Глава -21—
Привет, дорогие читатели! Обычно, благодарности пишутся в конце произведения, но я бы хотела уже сейчас выделить несколько человек:)
Я очень благодарна замечательным читателям под никами dark dark knight, Konoplushka, Фанатка Аарона Хилла, Кристина_201 за активность, за обратную связь, за неоднократное написание отзывов под главами.
Также за обратную связь, за отзывы хочу поблагодарить читателей с никами Допустим, я (н.п.), diana.valieva0708200, flexdoritos, Alyona_Evt, chugayster_alex_fox.
Читателя dark dark knight отдельно благодарю за подарки и награды. Спасибо большое!
Спасибо всем, кто отмечает опечатки, кто ставит лайки, жмёт на кнопочку «жду продолжения» и добавляет в избранное. Также всегда рада вашим сообщениям в Директе Инстаграма, спасибо, что пишите мне:)
Спасибо всем-всем моим читателям, что вы со мной! ЛЮБЛЮ, ОБНИМАЮ!
Надеюсь, новые главы, которые выйдут совсем скоро, вам понравятся:)
========== Глава -22- ==========
Мне никак не удавалось выбрать, что же съесть, абсолютно всё выглядело невероятно аппетитно, глаза просто разбегались. В итоге, на тарелке оказалась куча разной еды, но по чуть-чуть: зернёный творог, картофельная запеканка со сметаной и зеленью, несколько маленьких сосисочек, разные виды сыра и колбасы, кусочек хлеба и рисовая лепешка. И конечно же не обошлось без чашечки капучино.
Пока я активно потребляла эту невообразимо вкусную, хоть на первый взгляд и привычную пищу, Юлий задумчиво мешал ложкой творог. Он взял только его и черный кофе.
— Что-то случилось? — спросила я, проглотив последний кусочек сыра.
— М? — парень перевел на меня взгляд. — Нет, ничего.
 
После небольшой паузы он продолжил:
— Бывает, иногда осознанно совершаешь ошибки, но ничего не можешь с этим поделать. Даже порой продолжаешь их совершать. Вопрос – как с этим бороться…
— Надо понять, почему их совершаешь, разбираться с причинами, а не со следствием. Но сама тема ошибок слишком неоднозначная. Одни ошибки можно исправить, на других – чему-то научиться, а третьи – может, и не ошибки вовсе?
Утром в ресторане отеля было достаточно много людей. В один момент, мне показалось, что где-то прозвучала русская речь, но я не поняла, от кого именно.
— А если твоя ошибка может испортить жизнь человеку? И её никак не исправить, — парень внимательно смотрел на меня прекрасными ярко-зелеными глазами, явно ожидая ответа.
Мне до сих пор сложно было осознать, что цвет его глаз — натуральный, и это не линзы.
— Жизнь – непростая штука. Иногда приходится причинять кому-то боль и проблемы, а кому-то помогать, даже спасать. Без этого никак. Раз это не исправить, то придётся смириться и постараться не допускать повторения подобного в будущем. Если это действительно ошибка.
Юлий ничего на это не сказал, опустил взгляд к тарелке и наконец начал есть творог. Я задумалась над его словами, никак не удавалось понять, о чем конкретно он говорил. О какой ошибке? У меня было два варианта. Первый – обо мне, о моем нахождении здесь и нашем общении в целом. Второй – о своей «работе». Но, возможно, речь вообще шла о чем-то другом.
— Знаешь, — я нарушила молчание, — так непривычно. Обычно ты мне даешь советы, подсказываешь, как жить эту жизнь.
— К сожалению, я сам многое не знаю, не понимаю и не умею. И тоже иногда нуждаюсь в… помощи. Кстати о советах, как тот парень?
— Какой? — я не притворялась, а действительно не сразу поняла, о ком он спросил.
— Рома, кажется.
— Не знаю.
Возникли какие-то смешанные чувства.
— Не думаешь больше о нём?
— Нет, а какой в этом смысл? Я его не интересую.
— А он тебя еще интересует?
— Не знаю.
В груди странно защемило.
Снова повисло молчание. Сделав глоток кофе, я заговорила:
— У нас в школе была одна учительница, молодая девушка, может, твоего возраста, вела историю и обществознание с восьмого класса, вроде. Так вот она иногда на нас срывалась, но не потому что была злобной, а потому что была несчастной. Пару раз это даже в её словах проскакивало. У нее есть дочь, на тот момент – дошкольного возраста, но отца у девочки нет. Учительница ненавидела свою работу и скучала по студенческим временам – вот это как-то раз сама сказала, и она была, ну… из-за лишнего веса ей ходить было сложно. Постоянно в плохом настроении, грустная, злая, хотя, на самом деле, неплохая девушка, умная, да и на лицо симпатичная. Насколько знаю, после выпуска нашего класса сразу уволилась. В восьмом, девятом, может быть, десятом классе я не обращала на эту учительницу внимания. А в одиннадцатом постоянно ловила себя на жалости к ней.
— История печальная и распространенная, да, но к чему ты это вспомнила? — Юлий чуть нахмурил брови.
— В тему про ошибки. Если подумать, вот такая несчастная для неё самой же жизнь – результат её же ошибок, скорее всего. Я боюсь такой жизни. Боюсь работать на нелюбимой работе, ненавидеть жизнь и саму себя, растить в одиночестве ребенка, которого, возможно, по залёту вообще родила. Боюсь повседневной серой рутины, жизни в какой-нибудь маленькой квартирке в подмосковном городе, в лучшем случае. Одиночества или непутевого мужа, с которым и любви, как таковой, не будет. Боюсь, по сути, среднестатистической жизни среднестатистической россиянки.
 
— Наша судьба в наших руках. Брать всё в свои руки, брать на себя ответственность и управлять своей судьбой – очень сложно, бесспорно, но возможно. Не выходи замуж за дебила, не держись за отношения ради отношений, увольняйся, если что-то идёт не так, если не нравится. Проживай каждый день, наполняя его эмоциями, работай и стремись к лучшему, развивайся. У тебя есть всё для того, чтобы жить так, как ты хочешь, и не жить так, как боишься. Просто приложи усилия, думай головой и слушай сердце.