Колыбельная для брата (сборник)

— А! Это уже не надо, — сказал Сель. — Это анкета для детской флотилии. Записаться хотел…
— А сейчас не хочешь?
— Ты смотри, тут графа: «Согласие классного руководителя». Думаешь, Куин Лиза даст мне теперь согласие? От нее дождешься!
— Жалко…
— Конечно. Только упрашивать ее я не буду.
— Я тоже хотел записаться… — сказал Славка.
Сель, кажется, обрадовался:
— Тогда возьми анкету, она чистая!
Славка замотал головой. Получалось нехорошо: Тимке во флотилию нельзя, а Славке вроде бы на эту Тимкину беду наплевать.
— Да бери! — сказал Сель. — Зачем тебе лишний раз бегать за анкетой? Сразу заполнишь, подпишешь — и к начальнику.
Славка вздохнул и взял. Потому что отказываться тоже было неудобно. Вдруг Сель скажет: «Я тебе помочь хочу, а ты ломаешься…»
Славка виновато спросил:
— Неужели она такая вредная, ваша Куин Лиза?
Сель печально ответил:
— Королевы бывают хорошими только в сказках и шахматах… Ты подождешь, пока я книжку сдам?
— Постой, — сказал Славка. — Двойка-то тебе к чему? Давай напишем перевод. Я его, наверно, помню.
— Вот здорово!
Сель без лишних слов уселся на высокий парапет крыльца — в сторонке, чтобы не мешать пробегавшим туда-сюда ребятам. Положил на колени портфель, на портфель — тетрадку. Славка сел рядом.
— Готов? Пиши: «Когда Маугли вышел из зарослей на поляну…»
Славка помнил текст почти наизусть. Иногда увлекался и шпарил без передышки. Сель останавливал:
— Подожди, это я сам, а то нечестно получается… Здесь я тоже могу. А это что? Все слова знаю, а выходит чепуха какая-то. Они что, дрались до крови?
— Да нет! Это же клич такой. Как пароль: «Мы одной крови- ты и я!»
Сель быстро глянул сбоку на Славку. Хотел написать, но задержал ручку. Головкой ручки поцарапал подбородок. Сказал, опустив глаза в тетрадку:
— Сидим рядом, разговариваем… а даже не знаем, как друг друга зовут…
— Я знаю, — торопливо и смущенно возразил Славка. — Тебя Тимка зовут… Да?
— Меня зовут Тим, — серьезно сказал Сель. — Все меня так зовут с тех пор, как я только родился. Все, кто… ну, кто мне не враг…
— А меня Славка… Тим… ты пиши. «Мы одной крови — ты и я…»
…Тим, конечно, понравился маме. Славка видел, что мама им просто любуется. В Тиме было все, чего не хватало Славке. А Славке не хватало собранности, подтянутости, внутренней интеллигентности, умения держаться и вести себя, как положено воспитанному мальчику из приличной семьи.
Когда баба Вера позвала обедать, Тим не ломался и не отказывался. Вилку и нож он держал как полагается. Не торопился, как на поезд, не глотал непрожеванные куски и спокойно, без смущения отвечал на мамины деликатные вопросы.
И Славка благодаря маме узнал, что отец у Тима — инженер на судне, которое часто уходит в океан, чтобы поддерживать связь со спутниками и космонавтами. А Тимкина мама-дежурный администратор в гостинице для моряков.
— Надеюсь, дома у тебя не станут волноваться, что ты задержался? — осторожно спросила мама.
— Просто некому волноваться. Папа в море, а мама до завтра на дежурстве.
— И больше у вас никого нет?
— Еще сестра Валентина. Я в шесть часов пойду за ней в детский сад.
— Маленькая сестра?
— Нет, большая. Почти семь лет.
— Это все-таки не очень большая. Ты, наверное, о ней заботишься?
Тим улыбнулся:
— О ней не надо заботиться, Елена Юрьевна. Она самый самостоятельный человек у нас в семье. Вы бы слышали, как она по телефону разговаривает! Те, кто не знает, сразу начинают к ней на «вы» обращаться…
После обеда Славка и Тим рассматривали книги и журналы с кораблями. От книжки Цурбана Тим еле оторвался.
— Ты ее бери домой и читай сколько влезет, — сказал Славка. — Хоть месяц, хоть год… — Он готов был сказать: «Если хочешь, то бери насовсем», но не решился. Получится, будто он сразу набивается Тиму в друзья.
Тим обрадовался:
— Я срисую кое-что. Тут все детали как на ладони… Смотри, марсовая площадка в точности как на «Сатурне». Вот через этот брус я фал перекинул, блок искать было некогда.
— Парус тебе вернули?
— Ой… Даже вспоминать боюсь. Обещали отдать, когда кто-нибудь из взрослых придет. Дядя Саша, когда узнает, еще устроит мне головомойку. Это его парус. Мы однажды в Голубую балку ездили, и дядя Саша нам его дал, чтобы тент от солнца на пляже сделать…
Славка жалобно засопел. Когда при нем говорили о пляже, его сразу же нестерпимо тянуло купаться.
Он сказал об этом Тиму. Тим подпрыгнул:
— Так идем!
— Легко сказать «идем»… Меня одного не пускают. «Ребенок захлебнется, ребенок ударится о камни…»
— А со мной?
Славка посмотрел на Тима с сомнением.
Тим подошел к двери:
— Елена Юрьевна! Простите, что я вас отрываю. Можно, мы со Славой сходим на пляж?
Славка не видел маму, но сразу представил, какие круглые у нее стали глаза.
— Одни?
— Я всегда купаюсь один…
— Да, конечно… Но Славик… Он еще не привык.
Знала бы мама, что случалось на Покровском озере…
Тим рассудительно сказал:
— Елена Юрьевна, привыкать все равно придется. Если живешь у моря, с мамой каждый раз купаться не будешь.
— Ох, я это понимаю. Но я так волнуюсь…
— А мы придем ровно через час — из минутки в минутку. Вы не успеете поволноваться.
— Это совершенно точно? — жалобно спросила мама.
«Ура!» — шепотом сказал Славка.
…Они были уже в квартале от дома, когда мама догнала их. Она несла пляжную сумку.
— Вы забыли полотенца… И, кроме того, я тоже хочу поплавать. Нет-нет, не думайте, что я вам не доверяю. Просто мне стало завидно.
Они купались долго и весело. Плавали наперегонки. Брызгали друг на друга. Ныряли с бетонных ступеней. Пытались достать на глубине дно. Мама наконец вытащила их на берег.
— Сколько можно сидеть в воде! Вы превратитесь в русалок.
— Мальчики-русалчики, новое открытие в науке, — сказал Тим. Он прыгал на одной ноге и тер полотенцем плечи.
Мама смотрела, смотрела на него и вдруг начала смеяться:
— Нет, это просто чудо! Какой же ты пестренький!
Славка вспыхнул: а если Тим обидится? Но Тим тоже засмеялся:
— Меня маляры обрызгали… Это мне мама рассказывала маленькому. Будто, когда я родился, меня в больнице несли по коридору, а там стены красили. У маляров случайно повернулся распылитель, и вся краска — на меня.
— Похоже, что так и было, — смеясь, заметила мама.
— Я этому долго верил, — сказал Тим. — Один раз у нас в детском садике был ремонт, и я у маляров узнал, чем надо масляную краску смывать. Растворитель такой в плоских бутылочках… Стащил у них одну бутылку и давай ноги тереть…
Мама удивилась:
— Почему же не нос и не щеки?
— А что мне нос? У меня с ногами беда была… Мы в пряталки часто играли в коридоре, где взрослая раздевалка. Там халаты висели. Спрячешься за них, а ноги торчат. Тапочки у всех одинаковые были, ну и ноги похожие, не угадаешь, кто где. А меня сразу — хвать!
Мама опять залилась смехом. И Славка. Он был рад, что Тим так весело и доверчиво рассказал эту историю. «Будто давним знакомым», — подумал Славка.
Когда вернулись, Тим сказал, что Славка теперь должен пойти к нему. Иначе будет просто несправедливо!
— А уроки? — привычно напомнила мама.
— Завтра же воскресенье! — разом сказали Славка и Тим.
— А ты забыл, что мы собирались в магазин за брюками?
— Зачем они мне в такую жару?
Тим сказал:
— Еще целый месяц будет лето.
Сначала они зашли в садик за Валентиной. Тим объяснил по дороге:
— Она могла бы одна ходить, да воспитатели не пускают. Боятся ответственности.
Валентина оказалась рослой девчонкой с круглым лицом и темными косами. Она басовито сказала:
— Я тебе поражаюсь, Тимофей. Неужели ты даже в субботу не можешь прийти пораньше? Я извелась в этом детском учреждении.
— Ой, я совсем забыл, что в субботу можно раньше…