Колонизаторы (СИ)

— Кто отдалась, ты отдалась! — удивился он.
— Да я тебя с боем взял, как какую-то крепость. Если бы я тебя не скрутил по рукам и ногам, ты бы меня ещё три часа мурыжила! — рассмеялся он. — Я всего лишь хочу что бы ты угомонилась и перестала травить Хейну, нам ещё не хватало тут твоих причуд с ревностью! — Взяв её за руку, Дейв потащил её к окну.
— Вот взгляни! Видишь клубы дыма на горизонте. Это Кайры с самого утра жгут лес, и так повсюду вокруг всего нашего оборонительного периметра. Так сказать, очищают подходы, чтобы нельзя было к ним незаметно подобраться. Кроме этого, разведывательные дроны засекли, что они стягивают войска вокруг города. Так что мы на пороге или нового нападения с их стороны, или, что ещё хуже, осады!
— Ты же говорил, что периметр вокруг города непреодолим, и бояться нечего⁈ — заявила она уже встревоженно.
— Не бывает непреодолимых стен, бывает только недостаточно средств для этого. Как только эти средства у них появятся — стена рухнет. Так что сиди пока дома, у меня и без твоих выкрутасов проблем по горло. Посмотрев на обескураженную этой информацией Фрею, он прижал её к себе и, поцеловав в губы, сказал:
— Всё, милая, мне некогда, я и так кучу времени потерял из-за твоих чудачеств. К вечеру буду! — и пошёл к выходу.
— Не забудь зайти к своей ящерице по дороге! — крикнула она ему вслед, после чего села на диван и еле слышно добавила:
— Только появись, сволочь, я тебе такие боевые действия устрою, что вовек не забудешь!
Выйдя от неё, Дейв как раз прямо туда и отправился, куда она его и послала, к Хейне. Решив на всякий случай посмотреть, в каком она состоянии после визита к ней неугомонной Фреи.
Когда он открыл дверь и зашел внутрь — та спала на кровати, закутавшись с головой в одеяло. Или делала только вид, что спала. Потому что тут же высунула свою головку и, узрев, что это пришёл именно он, а никто-нибудь ещё из его обиженных подружек, радостно пискнула:
— Моя пришла! — и бросилась тут же ему на грудь.
— Ну хватит, я же сказал, что всё улажу! — заметил он, пытаясь снять её с себя.
На этот раз Хейна, как хамелеон, снова изменила свой внешний облик, доведя его ещё до более человеческого. Единственное, что она не могла изменить из того, кем она являлась на самом деле, это свои зубки, голос и количество пальцев, которых было на один меньше, чем у человека. Правда, и в этом в своём новом облике она могла пребывать только незначительное время, всего пару часов, не больше. Но и этого вполне могло хватить нормальному человеку чтобы тронуться умом. Хотя Дейв уже несколько привык к её шокирующим превращениям.
— Твоя её наказал⁈ — поинтересовалась она, наконец отцепив свои объятия.
— Конечно, наказал! — подтвердил он, не совсем понимая, что она имела в виду.
— Та этой сучке и надо! — обрадовалась она и поцеловала его в щёчку.
— Наверно, сильно орала, когда ты её драл! — заметила она ехидно.
— Был бы у меня такой член, как у тебя, она бы неделю у меня сесть не смогла после этого, — поделилась она своими тайными мечтами, отчего Дейв чуть не потерял дар речи от её кровожадности.
— Ну-ка иди сюда, моя хорошая! — попросил её он, снимая ремень со штанов.
— Твоя чего это⁈ — возрилась на него та, глядя испуганно на ремень в его руке.
— Пороть тебя сейчас буду! — заметил он, указывая взглядом на кровать.
— Быстро оголяй свою задницу и ложись, а то видно, мать тебя мало порола в детстве…
Ошарашенно глядя на него, та всхлипнула и, покорно задрав себе подол, легла на кровать, зажмурив глаза. Плечи у неё мелко затряслись, а попка сжалась в ожидании неминуемого.
— Всё, вставай! — милостиво разрешил ей Дейв через несколько минут.
— Считай, исправилась!
— Твоя не будет, моя пороть что ли⁈ — удивлённо спросила та, приподняв голову.
— Не будет, — подтвердил он.
— Потому что это одно и то же, что пороть самого себя!
— Та трусики надевать или как⁈ — заметила та с недоумением.
— Одевай! — махнул рукой он.
— Хотя не надо — снимай! — произнёс он вдруг, пока созерцал её миленькую попочку, когда она пыталась их на неё натянуть.
 
Подумав неладное, та медленно повернула к нему голову и уставилась на то, как он достаёт из штанов свой уже вовсю торчащий колом член. Её губы задрожали, и она тихонько спросила:
— Твоя моя куда хочет⁈
— Не бойся, туда, куда твоя любит! — произнёс он, придерживая её руками за попку и тут же всовывая его ей в раздвинутый пальцами лепесток вульвы.
— Вот так, моя хорошая, — сказал он, вводя постепенно его в её киску уже чуть ли не по самые яйца.
— Боже, как же я тебя люблю! — застонал он от охватившего его восторга и начал вгонять его уже сильными рывками вглубь неё, придерживая ходившие ходуном в его руках бёдра девушки. Закончив экзекуцию уже еле попискивающей от наслаждения Хейны, он спустил в нахлынувшем на него оргазме в неё сперму и рухнул изнемождённо рядом с нею на кровать.
Через некоторое время он почувствовал, как её пальчик начал двигаться по его телу, рисуя какие-то замысловатые на нём узоры и постепенно приближаясь туда, где находился его уже потерявшийся в пространстве и времени член. Открыв глаза, он увидел исподтишка наблюдавшую за ним озорно Хейну. В первую очередь ему сразу же не понравился её поблёскивающий в сладострастной поволоке томный взгляд, которым она взирала на него, облизывая губки.
— Моя, вижу, очень устала! — промурлыкала она, зажимая его обвисшее достоинство в свой кулачок и тут же, пробежав по нему своим язычком, засунула в его рот, не дав ему даже опомниться и промолвить хоть слово. Ещё через минуту он почувствовал, как она уже с довольным попискиванием насаживается на него своей любвеобильной киской.
— «Вот стерва», — подумал он, проваливаясь уже вслед за ним в иной мир.
Очнулся он уже после её второй серии, только где-то через полчаса, напрочь выжитый, как лимон.
— Ты опять за своё! — еле шевеля языком, простонал он, пытаясь подняться с кровати.
— Ну не удержалась моя! — виновато пропищала та, показывая ему свои остренькие клычки, как, впрочем, у всех вампирш в известных фильмах. Впрочем они её нисколько не портили, если не считать конечно мурашек которые тут же скакали у него по всему телу, когда она их иногда выставляла ненароком на показ.
— Я с тобой на эту тему потом поговорю! — пригрозил он ей, спешно вскакивая в штаны и выскакивая из её палатки, так как будто ему поджарили пятки.
 Глава 8 
 В осаде 
Город
Он создан из камня, бетона и стали,
Одет в провода — электро-вуали.
Опутан дорожными ветками вен,
И всех любопытных — берёт сразу в плен!
К кому-то — он добр, а кого-то — не любит.
Кому-то поможет, а кого-то — погубит.
В нём спрятаться можно — но лишь от себя.
В нём можно пропасть — непонятно куда!
В нём можно всё встретить и всё потерять,
Но вряд ли в нём можно хоть что-то понять.
За множеством окон, в нём что-то твориться,
В нём кто-то встаёт, а кто-то ложится.
Один, в нём страдает — другой же, смеётся.
В нём всё покупается, всё продаётся!
Кому-то — он что-то подарит в ночи,
С кого-то — всё снимет, кричи не кричи!
Он очень бывает порою не прост,
Меняет он вес, меняет он рост.
И ставит кого-то — кому-то в пример.
Меняет он суть — меняет размер!
Без всяких сомнений, он знаю — живой.
А тот, кто не верит — тот точно слепой.
А мы — мы всего лишь рабы у него,
Мы кормим, мы строим — мы любим его!