Колонизаторы (СИ)

Встав следом, Дейв взглянул на опять спрятавшуюся в углу Хейну и буркнул:
— Пойду провожу её, а то куда-нибудь не туда зарулит. В общем, не расстраивайся, я всё улажу. Просто она сегодня не в настроении была.
— Выскочив на улицу, он побежал вслед за Фреей, догнав её, он некоторое время шёл молча, затем произнёс:
— Ну прости ты меня, дурака!. Я правда люблю тебя, просто не смог вчера прийти. Хочешь, прямо тут на колени встану! Давай поговорим хоть нормально, я всё тебе объясню…
Повернув голову, та посмотрела на него как на пустое место и молча продолжила свой путь. Через несколько минут, уже остановившись в проёме своей двери, она ядовито заметила:
— Всё, твоя миссия здесь закончена. Можешь валить к своей пигалице!
— Хватит уже! — взорвался Дейв и, приподняв её на руках, зашёл внутрь вместе с ней.
— Ну ты прямо герой, смотри-ка, как с женщиной справился. Не надломился случаем⁈ — заметила она, скидывая обувь и проходя в комнату к столу, на котором стояла уже откупоренная бутылка вина. Налив целый бокал, она расположилась на диване и махнула рукой.
— Ну давай, что ли, начинай свой занятный разговор с объяснениями, я тебя внимательно слушаю!
— А что тут объяснять, я заключил с ней сделку! — многозначительно заметил Дейв, присаживаясь на диван.
— Да, и в чём же она заключается⁈ — изумилась она.
— А вот этого я тебе сказать не могу. Это секретная информация! — заявил он, двигаясь пальцами по её ноге к её же бедру.
— Вот оно как, секретная, значит⁈ — произнесла она, следя за его рукой, после чего, сбросив её с себя, заорала:
— Пошёл тогда вон отсюда скотина, прямо к своей ящерке со своими секретами! А я как-нибудь и без тебя проживу!
— Не проживёшь! — заметил он залазия ей рукой уже сразу под подол платья и двигаясь в прежнем направлении.
— Это почему же⁈ — удивилась она, пытаясь остановить приближающегося лазутчика.
— Что это в тебе такого ценного, без чего я не могу обойтись⁈
— Твоя свобода! — усмехнулся Дейв, забравшись на диван и засунув уже вторую руку ей под платье.
— Или ты уже забыла, что ты сейчас под арестом! Так что я единственный человек, кого ты сможешь лицезреть всё это время! Про телефон тоже можешь забыть, я его забираю, чтобы своим языком лишнего не трепала!
— Ну ты, оказывается, и сволочь, Дейв! — произнесла она, испепеляя его взглядом.
— И что же мне теперь сделать, чтобы ты меня амнистировал⁈
— А то ты не знаешь⁈ — сказал он, начиная стягивать с неё трусики.
— Ну ты и сволочь, Дейв! — повторила она, пытаясь остановить его руки.
— Значит, сначала отодрал ту зелёную дурочку, а затем решил уж и меня на десерт поиметь, да!
— Примерно так, — согласно кивнул он головой, снимая полностью с неё трусы.
— Только беда в том, моя хорошая, что она не дурочка и отодрал её не я, а она меня! Так что ты здесь ошиблась, — усмехнулся он, раздвигая ей ноги.
— Да ну, и как же это она сделала — сама на тебя, наверно, залезла⁈ — съязвила та, пытаясь прикрыть рукой свою явно интересующую его подружку.
— Почти, но главным образом с помощью своего гипноза! Ты когда-нибудь слышала о расе энергетических вампиров⁈ — спросил он, пытаясь отодрать её руки от своей главной на текущий момент цели.
— Это всё сказки! — парировала та, пытаясь вырвать из захвата уже свои задранные им кверху руки.
— Но не для меня, — заметил он, отпуская её и стягивая с себя штаны.
— Знаешь, что мне больше всего в тебе нравится, — сказал он, залазия на неё.
— Что⁈ — произнесла она ехидно, пытаясь увернуть лицо от его поцелуев.
— В тебе тоже есть это, только не такое, как у неё, — а какое-то индивидуально своё, и главное, не такое кровожадное!
— Ничего не поняла! Ты что, это загадками заговорил? — заметила она с придыханием, чувствуя, как его член начинает проникать в неё.
— Всё ты поняла, ты же тоже ведь не совсем человек, — произнёс он, загоняя его уже ей по полной, так что та сразу выпала из этого мира и начала попискивая извиваться под ним ужом. Вспомнив все известные ей оскорбления и ругательства в адрес всего мужского рода на свете.
 
— Ты там не померла случаем! — спросил он, остановившись, когда она на какое-то время вдруг прекратила свои причитания.
— Нет, думаю, как кожу с тебя снимать буду, когда ты его вытащишь! — прошипела она, пытаясь высвободить опять свои зажатые в его тисках руки.
— Ну тогда ладно! — смилостивился он, переворачивая её уже на живот и ставя раком.
— Ой, мамочки! — заверещала она, почувствовав, как он снова начинает всовывать в неё своего дружка, и тут же начала осыпать его уже угрозами насчёт того, что она сделает с его обнаглевшим хреном, вперемешку с повизгиваниями.
После того как он закончил с ней через некоторое время все свои скотские дела и наконец оставил её в покое, она, закутываясь в одеяло, устало поинтересовалась:
— Ты так и не договорил, кто же я такая, если, как ты заметил, не совсем человек⁈
Посмотрев на неё, он наклонился и, поцеловав её, заметил:
— Ты сама знаешь, к тому же здесь, в этом мире, это уже не имеет практически никакого значения, тем более для меня. К тому же я люблю всё-таки больше тебя, нежели её!
— А, ты, значит, ты её всё-таки любишь⁈ — произнесла она с угрозой, начиная опять потихоньку звереть.
— Да успокойся ты! — чуть ли не заорал Дейв.
— Две красивых и любящих тебя бабы по-любому лучше, чем одна. К тому же, что ты к ней прикопалась, ты ведь тоже новый экспериментальный вид людей, созданный долбанными генетиками на одной из колонизированных ранее нами планет. Забыл только, как она называется, — устало заметил он.
— «Терра», — мрачно сообщила она её название.
— Но как ты узнал, я же ничем вроде от других не отличаюсь…
Дейв захохотал:
— Да я об этом уже давно догадывался, а когда ты примчалась разбираться с Хейной до меня наконец дошло. Всё дело в твоём поведении и характере, дорогая: твоя завышенная до самых небес самооценка и чувство собственной значимости и непогрешимости. Ни одна эрейка никогда не будет ревновать к какой-либо другой женщине своего мужика. Она просто бросит его на хрен и найдёт себе другого, и уж тем более не будет рвать волосы из-за этого на голове соперницы. У нас эрейцев нет такого чувства собственности по отношению к какому либо другому человеку — как у вас. Не хочет он или она жить со мной — ну и хрен с ним, пойду к другому. Во-вторых, скрытая агрессия ко всем и всему, на что у вас не удаётся наложить свою лапу и что не поддаётся вашему контролю или пониманию. Из-за этого вы там и ведёте постоянные войны тысячелетиями сами с собой. Из вас, насколько мне помнится, хотели сделать самовоспроизводящуюся расу прирождённых воинов, чтобы они не боялись ни чёрта, ни дьявола и размножались, как кошки. Но что-то где-то опять накосячили и забросили это дело, предоставив вас самим себе. Кому, нафиг, нужна такая армия, которая может в любой момент взбунтоваться и попереть на тебя самого, если её солдатам вдруг что-то померещилось или не понравилось. Солдат не должен думать, для чего он это делает, зачем и почему. Он должен выполнить любой приказ беспрекословно и не задумываясь, хорошо это или плохо. Ну, и самое последнее — жизнь — это не игра с судьбой в прятки, а ты вечно хочешь всех перехитрить, и её в том числе. Поэтому у меня возникает закономерный вопрос в связи с этим: какого хрена ты вообще здесь оказалась⁈
— Тебе обязательно на него отвечать⁈ — заметила недовольно Фрея.
— Да нет вообще-то, я и так, по-моему, уже догадываюсь! Поэтому и посидишь пока несколько дней взаперти, чтобы ещё что-нибудь не натворила!
— Лжец, ты же мне обещал индульгенцию! — заорала она в гневе, вскакивая в чём мать родила с дивана.
— Это да, но я же не говорил, что она будет прямо здесь и сейчас! — заявил тот, нагло ухмыляясь.
— Подлец! — взвизгнула та и тут же запулила в него бокалом.
— Что ещё тебе надо, скотина, я же поверила тебе и отдалась!