Ее монструозные валентины (ЛП)

— Давай просто сделаем это сейчас, — сказала я надломленным голосом, несмотря на мою полную решимость сохранять спокойствие.
Астерион посмотрел на меня с удивлением.
— Без ужина?
Я пожала плечами, не понимая, почему этот разговор причинял мне такую боль, и почему мое сердце разбилось, когда я его оттолкнула.
Он проворчал что-то, чего я не расслышала, затем подхватил меня на руки, как невесту.
— Я еще не готов уходить домой, — пробормотал он мне в волосы и усадил меня в кресло.
Слишком ошеломленная, чтобы говорить, я наблюдала, как Астерион накрывает на стол.
— Ешь, — приказал он.
Неуверенная в этих новых взаимоотношениях, я поднесла вилку к губам. Он пристально смотрел на меня, пока я жевала и глотала, и дожидался второго укуса.
— Лучше, — пробормотал он, садясь на диван и копаясь в своей тарелке.
Пока мы ели, он вытянул из меня историю жестокости моей семьи, его хвост яростно метался взад и вперед, когда я заметила, что компания, выпустившая мою кредитную карту, резко понизила мне лимит, поскольку полный уход родственников из моей финансовой жизни привел к снижению кредитного рейтинга.
Мы закончили есть, и я встала, протянув руку за его тарелкой.
Астерион покачал головой.
— Сядь, — сказал он, похлопав по дивану рядом с собой. Пока я наблюдала за ним, он забрал мою тарелку, помыл посуду и прибрался на кухне.
Я не могла сказать точно, что чувствовала по этому поводу. С одной стороны, чувство вины за то, что не пускала его домой. С другой, я наслаждалась его компанией, и он окружил меня заботой, которую я не получала ни от кого ранее.
Когда он опустился обратно на диван рядом, то привлек меня к себе и обнял за плечи. Черт возьми, почему это ощущалось так чертовски хорошо? Астерион схватил пульт и включил бессмысленный боевик.
— Нормально?
Я уступила своей потребности в комфорте и растущему удовольствию от общества Астериона.
— Идеально, — промурлыкала я, подтягивая ноги к себе и прижимаясь к его груди.
Должно быть, я задремала, поскольку следующее, что помню, как мокрый нос Астериона разбудил меня.
— Где твоя спальня, детка?
Я запротестовала и зарылась поглубже в его грудь, к его удовольствию. Он подхватил меня на руки, затем проверил каждую дверь в коридоре, пока не нашел спальню.
— Где твоя пижама?
Поняв бесполезность протестов, я пошарила в ящиках, пока не нашла пару фланелевых штанов и майку. Скрылась в ванной, чтобы переодеться, бросив платье и нижнее белье на пол, собираясь позаботиться о них утром.
Когда я вышла, Астерион лежал, растянувшись на моей кровати, его ноги свисали с края, а рога почти царапали изголовье.
— Давай, детка, — сказал он, зевая. — Иди в постель.
С удивлением в глазах я устроилась рядом с ним, когда он перевернулся на бок и притянул меня к себе, прижав мои бедра к своим и накрыв своей рукой мою. Я хотела запротестовать, но его нежный поцелуй в затылок заставил меня остановиться. Он остался, потому что хотел этого?
Прежде чем смогла спросить, мои глаза закрылись, и я погрузилась в глубокий сон без сновидений.
* * *
Острые когти царапнули мои ноги, не повредив кожу и увлекая за собой пижаму. Я схватилась за штаны, но Астерион просто отбросил мои руки. Он осыпал влажными поцелуями мои ноги, пока я хихикала.
— Доброе утро, детка, — пробормотал он в мою разгоряченную кожу, прежде чем разорвать мое нижнее белье.
— Эй! — закричала я, когда он заменил свои пальцы носом, проводя им вверх и вниз по моему клитору, пока я не заскулила. — У меня слишком мало денег, чтобы так поступать с нижним бельем.
Астерион рассмеялся, посылая по моему телу вибрации.
— Перестань носить нижнее белье, когда я прихожу, детка.
Он лизал меня, пробуя на вкус, как ранее. Я застонала и откинула голову на подушку, ошеломленная тем, как он дразнил мой клитор, странно разочарованная тем, что он уйдет после моего оргазма.
Он спрятал ногти, прежде чем скользнуть в меня пальцем. Когда Астерион изогнул его, я вскрикнула, когда добавил второй, начала извиваться. Затем он вытащил и потрогал мою попку. Когда он вошел в меня сзади толстым пальцем, я вскрикнула и дико задергалась. Он лизнул языком мой клитор, затем стал медленно входить и выходить своим шершавым языком, пока все мысли не исчезли.
 
Медленно и неуклонно увеличивая скорость, он играл со мной, пока блаженство не разлилось от лона до кончиков пальцев на руках и ногах, а перед глазами не появились звезды. Я вцепилась в его рога, пока волны эйфории одна за другой накрывали меня. Но, к моменту моего возвращения на землю, руки оказались пустыми.
Тяжело дыша, я некоторое время лежала, необъяснимо опечаленная своим уходом. Когда я в следующий раз подняла глаза, то увидела стоящего в дверях Робина, одетого лишь в одно полотенце. Его черные локоны были мокрым, пока его разгоряченный взгляд блуждал по моему открытому естеству.
С визгом я прикрылась простыней.
— Что ты здесь делаешь? — ахнула я.
Один уголок его губ приподнялся в полуулыбке.
— Я прихожу, только когда Адамсон в опасности, поэтому ты мне скажи, принцесса.
Я встретила взгляд его зеленых глаз и хмыкнула.
«Возможно, я на грани потери сердца». Я застыла.
Какой бы нелепой ни была эта идея, я уже скучала по Астериону.
Еще более нелепой была волна радости, захлестнувшая меня при появлении Робина. И причиной этому были не вид его обнаженной груди или косые мышцы живота, от которых я не могла оторваться… я закрыла глаза от смущения и снова посмотрела ему в глаза, только чтобы обнаружить его интенсивный взгляд.
Его полуулыбка стала печальной?
— С тобой все хорошо?
Я кивнула, и Робин подтянул полотенце повыше.
— Тогда я пойду.
— Нет, подожди, — выпалила я, прежде чем смогла сдержаться. — Давай позавтракаем, раз уж ты здесь.
Он приподнял бровь, и я покраснела от смущения.
— Прости, не бери в голову, — пробормотала я. — Это была нелепая идея.
Его глаза потемнели, и я не могла прочесть выражение его лица.
— Чепуха. Но позволь мне хотя брюки какие-то надеть.
Он исчез, и от его кривой улыбки у меня в животе запорхали бабочки.
Я воспользовалась его отсутствием, чтобы принять душ и одеться. Размышляя о том, как следует одеться к завтраку в местной закусочной, я изучала шкаф. Схватила джинсы и облегающий свитер и натянула их.
Робин откашлялся у нее за спиной, пока я наклонилась, чтобы поискать подходящую пару обуви. Покраснев, я поняла, что он пялится на мою задницу, и, обернувшись, обнаружила, как его горячий взгляд прожигал меня насквозь. Робин подошел ближе, прижал меня спиной в дверце шкафа, прежде чем провести носом от ключицы вверх по шее.
— Ты нюхаешь меня? — спросила я недоверчиво, стараясь не хихикать. Его хищные движения вызвали у меня жгучее и отчаянное желание.
— Ты пахнешь, как проклятое богиней солнце, и я не могу понять почему, — пробормотал он, его губы двигались по чувствительному месту за ухом, вызвав у меня стон.
Я положила руку ему на грудь, мягко отталкивая, чтобы увеличить расстояние между нами.
— Возможно, это мой кондиционер для белья.
Он хрипло рассмеялся и поцеловал меня в лоб, прежде чем отступить назад и оглядеть меня с ног до головы.
— Нравится то, что видишь? — поддразнила я его, поворачиваясь.
— Мне нравится, когда ты голая стоишь на четвереньках и истекаешь от желания, а твоя задница красная от моей руки, — прорычал он.
Мое сердце забилось в горле, когда желание пронзило насквозь.
— Завтра. Мы идем завтракать, — прохрипела я.
Эльф рассмеялся.
— Надень ботинки. Прошлой ночью шел снег.
Через несколько минут мы спустились на лифте на первый этаж. От каждого прикосновения наших тел друг к другу по моему позвоночнику пробегали электрические искры. Это сильно отличалось от той дикой и порочной сексуальной энергии, которую он излучал ранее, когда его связь с моей семьей вынуждала его появляться в моей квартире.