Ответный удар. Дилогия (СИ)
Первыми — пролом прошли щитовики, дальше, по одному — штурмовые группы. Пулеметчики прикрывали, пока молча. Построились, двинулись вперед, к адресу. Все напряженно ждали, в мобильном штабе работали видеокамеры. У каждого бойца к шлему прикреплена камера, все пишется. Потом — на теории все будет разбираться, каждое действие, каждое движение.
Пока не стреляли. Показался дым… уже горело прилично, надо будет тушить.
— Группы два и три, доклад.
— Группа два, движения нет.
— Группа три — движения нет…
Вован раздобыл две большие кружки, на сей раз с кофе. Одну из них предложил мне
— Как работают? — кивнул я на здание
— Было бы по кому… — скривился Вован
— Как добрались?
— Нормально. На набережной в пробку попали. А вас тут как угораздило?
— Да так. Когда крышу сносит — башкой не думаешь
Вован солидно кивнул
— Это так. Как то при мне, один парнишка четверых духов ножом вырезал, весь в кровище, глаза бешеные. К нам вышел — думали, и нас…
Вован не барон Мюнгхаузен, его рассказам с оговорками, но можно доверять. Много повидал чел на своем веку, с девятнадцати лет, считай из боя не выходит…
— Группа два, в адресе двое двухсотых, двое двухсотых…
— Вас понял, аккуратно продолжайте.
— Первый, нам бы пару огнетушителей больших, тут горит все…
Здание все-таки потушили. И зачистили. Вертолет ушел куда-то на восток, полицию — к здания не пропускали. Кстати, в Ираке было аж четыре полиции — уголовная полиция, местная полиция, нефтяная полиция, и антитеррористическая полиция, это вдобавок к Мухабаррату, который занимался борьбой с терроризмом как приоритетной задачей и спецподразделениями армии. Порядка в дела — это не добавляло.
Дали команду «можно», к зданию потянулись офицеры, двинулся и я. Расследовать, снимать отпечатки пальцев — особо нечего. Хотя потом, полицию, конечно пустят.
Изнутри — вскрыли дверь, она оказалась не заминирована. За дверью — был небольшой садик, привядший от жары и скудного полива и дом. Белый, после штурма страшный — выбитая дверь, вынесенные рамы, следы гари над каждым окном, белый дымок, какая-то обгорелая грязь под окнами.
Из дома — выносили трупы, складывали рядком в саду. Завоняют… Спецназовцы — собрались в кружок, правее от основного входа. Сняв защитные шлемы, курили. Я подошел.
— Ас саламу алейкум
— Ва алейкум ас салам, эфенди…
Двоих я знал. В ответ на мой кивок головой, означающий «ну, что?» один отрицательно качнул головой в сторону — ничего нет. Я удивленно поднял брови, он отвернулся.
Никого не стесняясь — в конце концов, я при исполнении, а не так подошел к трупам. Наскоро обыскал… два обгорели сильно, два поменьше. Обычно курьеры не рискуют возить груз в ручной клади. Значит — либо пластиковый пояс на теле, либо глотают пластиковые капсулы, как будто наркотики перевозят, либо засовывают эти же самые капсулы, простите, в задний проход. До Ирака я в Узбекистане работал по экстремистам, там это называлось «заандижанить». Даже шутка такая была: «Андижан-банк — самый надежный банк в мире». Но тут не до смеха — много лет назад экстремист из Йемена попытался взорвать министра внутренних дед Саудовской Аравии, и ближнего родственника Короля, засунув взрывное устройство… вот-вот, именно туда. [16]
Но мне туда лазать… не с руки. Тем более, на виду у местных — решат, что я пытаюсь надругаться над трупами, здесь это может вызвать беспорядки. Надо везти в морг и вскрывать этих уродов…
Выпрямляюсь… рядом стоит подполковник Сулейман Мусауи, улыбаясь в черные офицерские усы.
— Ничего нет — негромко говорю я
— А должно быть?
Что-то мне это все не нравится.
— Или в них самих или в доме. Золото, возможно — обработанные алмазы на крупную сумму. Забери тела в полицейский морг.
— Непременно. Не переживай, рафик. Все сделаем.
Да, не переживай. А я вот почему то переживаю…
— Будь на трубе. Я позвоню ближе к вечеру…
Иду обратно на улицу — и чувствую, как подполковник смотрит мне в спину…
Аузу би Лляхи мина шайтан ир-раджим
Прибегаю к Аллаху Всевышнему против шайтана и его наущений. А так же против его действий, замыслов и тех, кто их несет в этот мир.
Ас саламу алейкум братья и сестры мои… Ассаламу алейкум ва рахматуЛлахи ва баракатух
Я знаю, что многие из вас предпочли бы не слышать меня, не видеть, не знать. Вам комфортно в вашем маленьком и уютном мирке, который вы создали за четверть века цинизма и безверия. Наверное, в какой-то степени вы правы. Многие из вас зарабатывают уже достаточно, чтобы выезжать в отпуск за границу, многие из вас купили машину — иномарку, а некоторые даже построили себе дом и купили хорошую квартиру. И в будущее — вы так же смотрите уверенно, ожидая, что вы еще съездите на более дорогой курорт, Маврикий там или в Голливуд, получите повышение по службе и купите наконец загородный дом, чтобы отдыхать там с семьей по выходным. Ради этого, ради того, чтобы это было — вы готовы залепить и глаза и уши, не видеть, не слышать, что делается людьми вашего народа и от вашего имени с другими народами. Вам все равно, кто и как пытает людей на Кавказе до тех пор, пока муджахиды — не взорвут автобус в вашем городе. Только тогда — вы начинаете вспоминать про Кавказ. И требуете его уничтожить от власти, которая сидит над вами…
В каком то смысле — мне вас даже жаль. Вы ущербны, вы никогда не знали настоящей свободы. Что бы вы не сказали — вас никто не слышит, и слышать не будет. Что бы вы не сделали — это не будет иметь никакого смысла. Ипотечный кредит — страшнее и эффективнее уз каббалы, которые вы добровольно налагаете на себя.
Вы слышите из телевизора о том, как ваши солдаты, солдаты посланные вашей властью и вашим государством, от вашего имени — уничтожают боевиков и религию Аллаха в целых странах и думаете, что побеждаете — но это не так. Вы выстроили укрепленные стены, чтобы отгородиться от мира страждущих и униженных, вы окутали все покровом лжи, чтобы не видеть и не слышать слов истины — но семена бунта уже зреют внутри ваших укреплений. Ваши дети, которые будут лучше вас — уже просыпаются и понимают, в каком мире они живут. И вы не можете дать правдивый ответ на их вопросы — а вот мы дадим. Каждый деть, просматривая Интернет, размещенные там ролики — они видят воинов, готовых отдать жизнь за то, во что они верят. И все это — совсем не похоже на ваш гнилой мирок. Наступит час, обещанный самим Аллахом — и стены ваши рухнут, Русня — рухнет и на ее месте — восстанет государство без лжи. Государство таухида. Чтобы бы вы не делали, в какие бы страны не посылали своих солдат убивать нас — это не поможет. Ваша сатанинская власть ведет вас к погибели, ее усилия тщетны, планы шайтана — ущербны. Религию Аллаха — невозможно остановить…
Поезд — уже подошел к перрону, но я никуда не тороплюсь, спокойно собираю вещи. Я знаю, что в толпе встречающих — будут и такие, что справляет свою собачью службу в чужой и чуждой стране, и они будут искать меня, а, найдя — попытаются убить. Но у них ничего не получится — ни в этот раз, ни в один из последующих. Потому что мы на истине, а вы на лжи. Аллах Всевышний — укажет нам правильный путь, а ваши силы — унизит и рассеет.
Вот… началась паника, ее не сдержать, потому что к этому не готовы. Еще немного — и мой выход…
Когда то давно — я служил вам и вашей безбожной власти. В банде, которая называется «спецназ», войска специального назначения. Мы называем их бандой, как и другие ваши «куфроохранительные органы», потому что они идут с оружием на простых людей, желая чтобы они отказались от своей веры и от своих убеждений. Мы не называем куфроохранителями армию, и среди моих братьев — я встречал немало тех, кто отзывается о вашей армии с уважением. Но когда мы победим — не будет и ее, ибо мусульманам — нечего делить меж собой.
Я выхожу. Нервно бегу туда, куда бегут все, стараясь не потерять свой чемодан. Я не такой дурак, чтобы идти в вокзал — там видеокамеры записывают и распознают лица. Вокзал — как военный объект окружен цепями вооруженных псов, унижают и обыскивают всех и вся — вы такой жизни хотите для своих детей, это и есть то, что вы желали построить? И на стоянку такси рядом со зданием Национального собрания я не пойду — там каждый второй доносит полиции в надежде на бесплатное продление лицензии. Я выскочу из ловушки как и все — через пробитый для меня братьями коридор…