Месть невольницы. Истинная для дракона (СИ)

— Практически, госпожа, обряд состоится сегодня вечером. Жрец будет готов, как и все необходимое. Ему сообщили о появлении наследника и… Если позволите… Верховный жрец желал благословить его лично.
Ну конечно, там какой-то обряд. Эммили даже не представляла, как проходят похороны в этом мире. Как-то не приходилось присутствовать.
— Хорошо, сообщи, что мы будем. — В конце концов нужно представить наследника общественности, чтобы не допустить участи Арселя. — И передай распоряжение об ужине. Наследник с утра ничего не ел, поэтому не стоит с этим медлить.
— О, госпожа, как же… Я сейчас же уточню, на месте ли кухарка.
— Что значит, на месте ли? Что вообще происходит со штатом слуг? Почему все слоняются без дела?
Служанка развела руками.
— Так это давно у нас так. Как господин советник принял управление, так не до дворца ему стало. А война последние силы высосала. Теперь только госпожа Алья еще хоть какие-то указания дает, а так…
— Понятно. Не забудь про ужин, у нас минут двадцать.
— Ох, так быстро она точно не приготовит, госпожа… Я могу попробовать, но признаться, не умею с продуктами обращаться…
— Да что творится в этом замке! Веди меня на кухню.
— Вас?
— Эльма, ты видишь здесь кого-то еще?
— Простите, конечно, пройдемте, госпожа.
Не падает на колени, боясь казни, — уже неплохо. Разобраться на кухне, где раньше Эммили лишь отмывала закопченные котлы, после современного оборудования и кухонной техники Земли, было не то чтобы непросто — вообще не реально. Где тут что включается, как работает — тайна за семью печатями. Поэтому пришлось импровизировать на ходу, выдумывая бутерброды из похожих на земные продуктов (к счастью, подобных было большинство) и разлив остатки какого-то компота.
Эльма смотрела на госпожу с восхищением, то и дело бросая взгляд на золотую полоску на шее. Чувствовалось, что веселушке и болтушке не терпелось узнать обо всем из первых уст, но Эммили очень понравилось то, как она сдерживалась из последних сил. Делиться та все равно была не намерена. И тем, кого здесь знала, не могла доверять, а уж совсем чужим людям.
Мысль, как можно использовать натуру болтливой служанки в своих целях, пришла очень вовремя, когда, усевшись втроем (служанку юная госпожа тоже пригласила к столу), они принялись за ужин.
— Скажи, Эльма, а ты не знаешь, где находится принцесса Айвери?
— Так в монастыре, госпожа, как король отменил свадьбу. Года четыре уже.
Вот как. Значит король не только не женился на драконице, но и сослал ее в монастырь. Всю свою жизнь Айвери готовилась стать его женой, королевой, правительницей. А теперь заперта в монастырской келье по воле несостоявшегося супруга. Получается, не только жизнь Эммили была сломана этим ужасным драконом. И скорее, кроме нее, еще далеко не одна.
Задумавшись, девушка не заметила как упустила суть рассказа служанки про самый крупный монастырь на границе с воинственными соседями. Ну совсем прекрасно, Айвери ещё и может стать заложницей. Нужно срочно предпринимать меры. Она быстро встала, убедившись, что Аман доел свою порцию.
— Нам пора.
Перебив Эльму посреди рассказа, Эммили привычно взяла за руку сына и направилась прочь, желая как можно скорее разобраться с возвращением во дворец единственных в этом мире «нормальных» драконов, а также с капитуляцией, висящей над ними домокловым мечом. Эльма точно не обиделась на то, что ее прервали. По ее радостному лицу из-за совместной трапезы с наследником, было ясно, что о том, кто готовил ей сегодня ужин на скорую руку, через пару минут будет знать весь дворец.
 Глава 8 
 
В назначенное время в рабочем кабинете короля (Эммили требовалось немало душевных сил, чтобы отогнать непрошенные воспоминания об этом месте) собрались лучшие воины и командиры — драконы и люди в боевой форме. И когда вошла Эммилия, все они воззрились на наследника. Аман не реагировал на пристальное внимание, будто и не замечал его вовсе. Так он вел себя с окружающими, кроме неё самой, с самых маленьких лет. Иногда отрешенно, безразлично, даже порой холодно.
 
Улыбался и смеялся при чужих крайне редко, и то если маме удавалось ну очень удачно пошутить. И она, несмотря на собственную эмоциональную сдержанность, старалась изо всех сил. Однако сейчас подобное поведение мальчика было лишь на пользу.
Ей самой-то в глубине души было не по себе в компании нескольких десятков незнакомых мужчин. И если бы не сила сына, она никогда не оказалась бы в такой ситуации — здесь, с ними, в закрытом кабинете. Но никто не должен даже заподозрить, что мать наследника опасается их. Иначе её и слушать не будут. Нужно показать, что она сильная и несгибаемая. Не смотря на метку. Не смотря на то, что она — человек, не достойный, по их мнению прав. И каждый здесь должен поверить, что она — избранная. Что к её словам следует прислушаться. А иначе…
Девушка надеялась, что сын поддержит её в нужный момент. Он всегда чувствовал. Сама же она не считала, что может стать хорошей правительницей, но пока безопасность её ребенка под угрозой из-за Эдварда, она сделает все, что только возможно, чтобы все остальные поверили, что именно она должна решать сложные вопросы именем сына.
— Приветствую, господа, — Эммилия заговорила первой. И голос прозвучал уверенно и спокойно. Будто стаи мыслей в её голове и не было.
И один за другим все эти вояки склонились в глубоком поклоне. Ей и наследнику. Поднявшись, кто-то продолжал с благоговением смотреть на ребенка, а кто-то со страхом — на её клеймо позора. Их опасения понятны. Невольница с таким знаком должна ненавидеть весь мир, исходя из отношения к ей подобным в этом жестоком мире. Вот и трясутся, кто за свою шкуру, кто за спокойную жизнь. А ещё, кажется, не понимают, можно ли признать человечку как регента на троне.
Вперед вышел посвежевший Эдвард.
— Госпожа Эммилия, военный совет в полном составе. Мы позволили себе коротко обсудить сложившуюся ситуацию и пришли к выводу, что в нашем случае лучшим вариантом будет капитуляция с условием отмены казней драконов со стороны победителя.
Во время его слов большая часть мужчин морщилась или хмурилась, позволив Эммили понять, что совсем не все согласны с озвученной позицией. Даже если не готовы и её признать как равную, но и советник им тоже не ровня. Однако вынуждены подчиниться, хотя и не согласны. Еще бы. Условие отмены казней касалось только драконов, во-первых. То есть ему абсолютно плевать, что будет с живущими в стране людьми, некоторые из которых, в том числе и она сама, между прочим, находились прямо здесь.
А во-вторых, кому как не военным было знать, что учинят здесь новые правители. Пусть этот мир не был ей понятен как свой родной, но и так ясно, что жалеть полученные так просто земли, никто не станет. Так что же пообещали Эдварду за такое решение?
Эммили подавила раздражение. Этот мерзавец продолжает решать всё и за всех. Не смотря на то, что она ясно дала понять, что не имеет больше на это право. Отбирает у её сына принадлежащее ему по праву. Пусть она не сядет на трон, но это трон её сына. И она не позволит какому-то недочеловеку решать судьбу его страны.
— Господин советник, короткое обсуждение без нашего с Аманом присутствия было однозначно лишним. Видимо, необходимо напомнить Вам ещё раз. В отсутствие короля все решения принимаются его наследником, а в данной ситуации от имени наследника действую я. Ваше мнение мне понятно, но хотелось бы выслушать и остальных. К примеру, попрошу высказаться прежнего главнокомандующего армией.
 
Вперед вышел статный дракон солидного возраста. Выглядел он очень даже подтянуто, бодро и свежо, лет на пятьдесят с хвостиком. Хотя большинство драконов словно замирали в своем внешнем взрослении примерно после тридцати пяти-сорока, и его внешний вид говорил о том, что лет ему на самом деле… Ну вот прямо очень много.
— Мы рады приветствовать наследника трона, продолжателя рода великих драконов, и его мать, — все присутствующие склонились еще раз. Это говорит не столько об их уважении к Эммилии, сколько к говорящему. А значит, надо бы разобраться с изменением его должности. — Я командовал армией еще при отце покойного короля, деде настоящего, и если позволите, то я буду предельно честен и краток. Капитуляцию не поддерживаю. Причины, думаю, понятны всем собравшимся. Но если желаете, то озвучу для Вас, госпожа.