Месть невольницы. Истинная для дракона (СИ)

— Смотрю, признал, Эдвард.
— Эммилия… — То ли прошептал, то ли проглотил он и заворожено уставился на Амана. — Да чтоб мне больше в жизни золотого не видеть, с тобой наследник?! Так ты…
Его лицо исказилось от гнева и тут же новой порции паники. Судя по лицу, советник что называется онлайн вспоминал все свои поступки в сторону той, что теперь стояла перед ним, гордо подняв голову.
— Надеюсь, ты понимаешь, что если бы не желание короля, то мои советы…
Эммили усилием воли подавила в себе вновь вспыхнувший очаг боли — не столько от этих слов, сколько от того, что и сама это прекрасно знала, но предпочитала не вспоминать.
— Меня не интересуют твои оправдания. И кого-либо еще тоже. У меня есть вопросы, и я хочу получить на них ответы. Всё.
— Спрашивай…
Получеловек-полудракон замялся. Правила и традиционные ценности не позволяли ему говорить с ней «на ты», но принять свое место оказалось не так-то просто. Однако в этом ему повезло, Эммили было глубоко плевать на условности. Запретив себе спрашивать про короля, она приняла решение первым делом выяснить, что же там с изгнанием его брата.
— Для начала попрошу удалиться дам и проветрить кабинет. Дышать тут совершенно нечем, а как ты видишь, с нами ребенок.
Жестом указав девицам на дверь, благо те успели прикрыться кто чем смог, Эдвард, шатаясь, поднялся, и открыл окно.
— Наследника могут проводить в покои служанки…
— В этом нет необходимости, — Эммилия перебила его, не позволив даже договорить. — Сын останется со мной. Это не обсуждается.
— Как скажешь, — подняв ладони вверх, капитулировал без боя советник.
— Меня интересует, как давно в обычаях драконов появилась идея изгонять ближайших родственников короля. Где Арсель?
— По указу Его Величества отправлен в изгнание…
Эдвард вздрогнул и съежился, когда глаза девушки прищурились в недобрых помыслах. Она и так очень изменилась с момента последней их встречи, и нужно признать, прежняя Эммили была ему гораздо удобнее. Но теперь придется считаться с ее статусом матери наследника. Через это, как и через короля, просто так не переступить. Только хитростью. И он решил изворачиваться до последнего.
— Известно, где именно находится Арсель?
— Никто не следит за изгнанниками, но полагаю, что в соседних землях, с которыми у нас война.
— Арсель в тылу врага и вы не планируете ничего предпринимать, верно тебя услышала?
— Послушай… — И снова заминка. — Решение короля не обсуждается. А война почти проиграна, если их что-то и сдерживает, чтобы не занять столицу сегодня же, так это страх, что драконы после оборота могут быть не контролируемы. Хотя я почти подписал пакт о капитуляции.
— Ты?
Эварду совсем не понравилось пренебрежение в ее тоне, но в данной ситуации лучше сделать вид, что не заметил.
— Я главнокомандующий армией и действую от имени Его величества.
— Вот как… И где прежний главнокомандующий?
— Понижен до командующего взводом… Послушай, Эммилия, я понимаю, у тебя иной статус и все такое, но с военными делами я разберусь сам, пока король временно отсутствует, без участия… — Он пожевал губу, подбирая менее обидное слово. Наверняка хотел назвать её рабыней, грязной человечкой, наложницей. — Женщин.
Так значит короля нет в замке? И Эммили даже дышать стало вроде бы легче. Отлично. Но где бы он не был, его друг и советник разваливает ему страну. И этот факт ей совсем не нравился. По крайней мере, раз уже здесь её сын.
— Позволь мне самой принимать решения о том, с чем я буду разбираться. И раз уж Его величество отсутствует, то просвети меня и про нахождение принцессы Айвери. Или уже королевы?
И снова странный взгляд в пол Эдварда подтвердил, что что-то тут не чисто.
— Она отбыла в монастырь.
— И когда возвращается?
— Думаю, что она не вернется. Свадьба не состоялась.
Вот как. Час от часу не легче.
 Глава 7 
 
Почему не состоялась свадьба с принцессой, которая готовилась взойти на трон вместе с наследным королем всю свою жизнь? Как погиб его отец? Почему избавились от Арселя? И где, черт возьми, бесхребетный король, когда его бестолковый советник собирается подарить врагу его трон, а значит, и жизнь его наследника? И дедушки Эвира больше нет. Она совсем одна тут с этим психом.
 
От вереницы вопросов в голове Эммили сжала пульсирующие болью виски, лишь на пару секунд выпустив руку ребенка. Но тут же взяла её вновь, почувствовав успокаивающую энергетическую волну от него. Выдохнула.
Нет. Она не одна.
— Ты действительно планируешь добровольно сдаться в войне?
— Мне ничего не остается, как принять это нелегкое решение, Эммилия. Король появится нескоро. А значит, все его обязанности возложены на меня. И мне решать…
— Разумеется, если нет наследника трона. Не так ли?
Назвать вид Эдварда обескураженным — не сказать ничего. Такого развития событий он явно не ожидал. Эммили не интересовало, где носит короля во время войны, но позволить враждующим соседям сесть на трон, что принадлежит роду её сына, она не позволит. Понятно же, что в таком случае жизнь ему не сохранят. И если королю, как и его советнику, плевать на все и всех, главное, что им наверняка пообещали жизнь, то ей-то есть за кого бороться. Разумеется, эти мысли Эммили не озвучила, ожидая реакции на свой вопрос от недочеловека.
— Эммилия, о чем ты говоришь?
Его голос дрожал, рождая в душе девушки приятный вкус отмщения. Когда-то она оттирала пол перед его ботинками, склонив голову, а теперь он боится ее как огня. И правильно делает. Она несколько часов назад потеряла связь с семьей, родной мир, потом названного здесь дедушку, и вот получает известие, что безопасность ее сына под угрозой из-за решения пьянствующего самодура, пока отец этого самого сына прохлаждается неизвестно где.
Ну уж нет.
К чему-то подобному, к отстаиванию своих прав и положения своего сына, она и готовилась. Лишь надеялась на поддержку Айвери и Арселя. Но видимо придется справляться самой. После того, что она пережила семь лет назад, это её не пугало.
— Еще раз напоминаю тебе, что в отсутствие короля, правление переходит наследнику. То есть Аману. А пока Аман не достаточно взрослый, чтобы принимать решения сам, его интересы представляю я. Ты имеешь что-то против, господин советник? Или забыл, что твоя главная задача — служить государству и её правителю?
— Эммилия…
— Прошу соблюдать субординацию. Будь добр, учитывай мое нынешнее положение. И я настаиваю на избрании нового главнокомандующего. Через полчаса прошу тебя собрать в этом кабинете не девиц легкого поведения, а опытных воинов, которые хоть что-то смыслят в военном деле. Трон моего сына ты не подаришь не понятно кому по своему лишь желанию. Я достаточно ясно выразилась, Эдвард?
— Достаточно… Госпожа Эммилия… — Кажется она отчетливо услышала скрип зубов. — Или уже Ваше Высочество?
— Ну что ты, какое высочество. Мы оба прекрасно знаем, что на роль королевы готовили другую. Не стоит ломать комедию.
— И все же я решительно не понимаю, зачем тебе эти мужские разговоры…
— А я решительно не понимаю, как ты до сих пор со своей любовью к подобному образу жизни, остаешься действующим советником.
Намек был понят сразу же. Единственное, чем в этой жизни дорожил этот честолюбивый мужчина, — его положение при троне. За него он готов и пресмыкаться и идти по головам.
— Через полчаса я всех соберу, госпожа Эммилия.
— Отлично.
Выдохнув, она быстро шагала к себе в комнату. Срочно умыться и успокоиться, слишком много событий. Слишком быстро. Не понятно. Тяжело.
 
Но уединиться было бы слишком большой роскошью в этот ненавистном ею месте. У двери в ее покои стояла смущенная Эльма, которая сразу же кинулась ей навстречу. Пожалуй, единственная из слуг, кто не вызывал отторжения.
— Эльма, все готово к погребению?