Рассвет (СИ)
— Я против законного наследник бунтовать не намерен, — заявил он твёрдо. — Если кто-то из моих родственников встанет на сторону Фёдора, для меня он будет таким же предателем.
— Рад это слышать, — произнёс Долгоруков и обвёл остальных взглядом. Все сидевшие за столом ещё раз подтвердили своё намерение поддержать царевича Павла.
Был поздний вечер, когда мы разошлись по домам. У капитанов имелись собственные квартиры. Я теперь хотя бы жил отдельно, а не в общей казарме. Как пришёл, сразу открыл складник и стал изучать информацию в интернете.
На форумах писали всякое по поводу событий в Москве, но все сходились в одном — Белый дворец, да и вообще кремль захвачен. А в полночь на сайте императорского дома появилась новость о том, что Фёдор Николаевич Романов коронован на царствование. Было похоже, повстанцы победили…
* * *— Как так? — Мария Сергеевна держала в дрожащей руке телефонную трубку. — Они захватили Белый дворец? Когда успели? Где гвардия, Дмитрий Павлович? Почему не защитили дворец? Что происходит? Я ничего не понимаю.
— Будь прокляты эти предатели! Оба полка заняли сторону Аристарха Морозова и Фёдора. Негодяи! — Дмитрий Павлович злился, да и кто бы не впал в ярость на его месте, когда два гвардейских полка переметнулись к заговорщикам. — Я их всех перевешаю! Сто человек только к нам пришли. Сто из тысячи гвардейцев!
— Печально… А что с Павлом? Где он? И что делать нам? Оставаться в Сибири?
— Наследник в порядке. Он сейчас под надёжной охраной, как и его мать. Мы с Анастасией Павловной собираем ополчение в Ясенево. Вся императорская стража здесь. Мятежникам сюда не пройти. Нам главное силы собрать, и тогда всю эту морозовскую шайку быстро выбьем из кремля. Никто ведь не ждал, что они так скоро нападут. Словно заранее готовились, подлецы!
Анастасия Павловна, носившая в девичестве фамилию Шуйская, являлась второй женой Александра V и матерью наследника. Если она до сих пор жива — это хорошо. Может быть, хотя бы она на московских князей и бояр повлияет, от раздора их удержит.
— Думаете, государя Морозовы убили? — проговорила Мария Сергеевна.
— Вот когда схватим их, тогда всё и выведаем, а сейчас нам о другом подумать надо. Медлить нельзя. Пускай ваш полк срочно в Москву вылетает и отправляется в резиденцию в Ясенево. Вы здесь нужны позарез. А полк Долгорукова в Томске останется. Надо, чтобы в Сибири тоже кто-то ситуацию контролировал.
— Вы в полковнике Долгоруковом уверены?
— Да, Долгоруковы верны нам остались, и все будут сражаться за царевича. А вы собирайтесь и вылетайте. Завтра же!
* * *На следующий день во всех новостях уже открыто говорили о гибели Александра V и о том, что новым императором стал Фёдор Николаевич Романов, являющийся потомком дяди покойного государя. Сообщили об этом и нам. Мария Сергеевна утром собрала всех офицеров и рассказала о случившемся. К счастью, царевич Павел был жив и здоров, он находился в каком-то безопасном месте, как и Дмитрий Павлович, назначенный (кем, не ясно, видимо, самим собой) регентом малолетнего государя. Нашему же полку приказали срочно вылетать в Москву.
Вопрос, кому дальше править империей, на мой взгляд был неоднозначен. Некоторые князья и бояре считали, что царствовать должен Фёдор, ведь именно так выстраивалась линия наследования престола, и неважно, что его отец добровольно передал власть младшему брату. Другие же полагали, что если Николай Михайлович отрёкся, то и потомки его не имеют права на престол.
Этот спор казался довольно нелепым, но местная аристократия считала иначе. И как я подозревал, вопросу престолонаследия добавляли важности чьи-то личные интересы. Некоторые князья и бояре были недовольны правлением последних двух императоров, поскольку при них потеряли некие вольности. Многие же, наоборот, превозносили Александра, признавали его заслуги и даже нарекли его Победителем тьмы. И теперь две стороны открыто столкнулись лбами.
Командование гвардейских полков, воюющих в Сибири, в целом поддерживало Александра и его наследника, а вот два полка, дислоцировавшиеся в Москве, встали на сторону Фёдора. И теперь нашему полку срочно требовалось вылететь в столицу, чтобы подавить мятеж. Это значило, кровопролития не избежать.
И уже днём мы в полном боевом облачении погрузились в четыре военно-транспортных самолёта и вылетели в направлении столицы. В первом самолёте в пассажирском отсеке разместились седьмой батальон и наш отряд специального назначения, в грузовом — два «Носорога».
Никто не знал, с чем мы столкнёмся в Москве. Быть может, противник уже ждал нас, и нам предстояло вступит в бой сразу по прилёту. Мы готовились к худшему. Перед нами поставили задачу занять аэропорт, после чего туда прибудет командование с третьим батальоном.
Более пяти часов летели. Внизу простирались заснеженные поля и леса, а потом обзор закрыл ковёр из туч. За иллюминатором начало темнеть, когда самолёт стал снижаться. Мы вошли в плотную пелену облаков.
— Вот и прилетели, — сказал сидевший рядом Салтыков. — Сейчас мы зададим жару мятежникам. Императорская гвардия вступает в бой. Врагу не поздоровится.
— Не забывайте, что на стороне предателей — два гвардейских полка, — проговорил сдержано Заболоцкий, расположившийся возле иллюминатора. — Боюсь, это не будет лёгкой прогулкой. Мы не на отдых летим.
Мощный удар сотряс фюзеляж. И тут же в салон ворвалось пламя и ураганный ветер. Дыхание перехватило. Обшивка самолёта рвалась, словно бумага, а сидевшего рядом со мной Салтыкова куда-то унесло, затем улетели Заболоцки и остальные гвардейцы. Через секунду и я почувствовал, как кувыркаюсь в воздухе, пристёгнутый к креслу. Всё перед глазами крутилось с бешеной скоростью, я не видел ничего, кроме туч, заполнивших окружающее пространство.
И вдруг адская круговерть прекратилось. Я оказался в странном месте, где не было ничего, лишь белая дымка, застилавшая взор. Да и меня самого не было — ни рук, ни ног, ни туловища. Я погиб? Страшная мысль охватила моё сознание. Как так? Неужели конец? Я даже не понял, что случилось и почему взорвался самолёт.
Где-то поблизости раздался смех, который показался мне ужасно знакомым.
— Ну что, Алёша, вот я тебя, наконец, и нашёл.
Я готов был поклясться, что это грубый голос принадлежит Михаилу Озёрову.
— Кто ты? — крикнул я.
— Спокойно. Спокойно, Алёша… или лучше тебя звать Родион? Такое же твоё настоящее имя, — передо мной появилась расплывчатая серая фигура. — Это я — Михаил Озёров. Бьюсь об заклад, ты не ожидал меня увидеть снова.
— Не ожидал, это точно. Где мы?
— Ты сам прекрасно знаешь. Это междумирье. И у меня к тебе дело. Так что давай без лишних любезностей. Времени мало.
Глава 3
В голове царил хаос. Я не понимал, что произошло, и откуда тут взялся Михаил Озёров. Он ещё и моё имя из прошлой жизни теперь знает. Но почему его дух до сих пор бродит по междумирью? И почему я снова здесь оказался? Неужели погиб? Или всё-таки нет?
— Ладно, говори, что тебе надо, — произнёс я. — Зачем я тебе понадобился? И что ты здесь забыл? Междумирье — это не то место, где задерживаются души умерших.
— Всё верно. Да я бы и сам не стал тут торчать, да только уговорили меня. Якобы дело важное, а я — один из твоих родственников и всё такое, дескать, контакт лучше наладить смогу, потому что какие-то родовые связи и прочее… сам толком не понял. А мне, если уж на то пошло, интересно стало. Но это к делу не относится. Давай я тебе всё, что нужно, расскажу, пока ты в сознание не пришёл. А то тебя потом не поймать будет.
Значит, я не умер. Можно вздохнуть с облегчением, только нечем: души ведь не дышат.
— Говори, — произнёс я спокойнее.
— В общем, я знаю, кто ты. Знаю, что ты — из другого мира, что там погиб от лап огромной тёмной твари, и много чего ещё. И здесь не я один неприкаянный болтаюсь. Тут целое сообщество образовалось, которое с властью мрака борется. Пленные души из тьмы вытаскивают и всё такое. В общем, хорошим делом занимаются. Ты-то, поди, это и без меня знаешь. Елена тебе говорила, повторяться не буду.