Беглая жена, или В драконьем замке требуется хозяйка (СИ)

Черт, привлекательный мужик. Брови вразлет, но глаза бешеные.
Делаю еще шаг назад, с раздражением думая, что влипла. Наверное, это какой-нибудь задержавшийся гость, и он может быть опасным.
А мужчина молча рассматривает меня, причем выражение лица каменное. Глаза при этом освещении кажутся черными, жуткими.
На всякий случай присматриваюсь к его рукам — большие и сильные. Но я все равно не пойму, похожи ли они на руки моего мужа.
У этого рукава рубашки закатаны, видны крепкие предплечья с выступающими жилами.
Я тихо разворачиваюсь, чтобы дать деру, но незнакомец стремительно кидается вперед. Придавливает к стене и меня обдает сумасшедшей темной страстью. Его энергия чуть с ног не валит, а сердце неожиданно так подскакивает, что аж в глазах искрит.
Он дракон?
— И сколько ты берешь за ночь, красотка? — тянет незнакомец издевательски, но во взгляде нет и тени игривости.
Его хриплый голос скребет по нервам как наждак и я прерывисто дышу, пытаясь понять, как выпутываться.
Для меня сейчас важнее всего, что это вроде бы не мой муж. Тот как-то иначе бы среагировал на беглую супругу, нет?
 6 
— Вы меня явно перепутали с кем-то, — упираюсь руками в грудь дракона и стараюсь оттолкнуть, но он встал как каменная плита и вглядывается.
Губы плотно сжаты, а по лицу ничего не понять. Только желваки на щеках играют.
— Не думаю, что я так уж сильно мог ошибиться, — цедит он насмешливо.
Мой узелок с одеждой, которую я тоже постирала в прачечной, оказывается, упал к ногам — и я печально смотрю на него. До чего же дурацкая ситуация, за все годы жизни в Дургаре я еще не попадала в лапы к подобным молодчикам.
Да я никому в лапы не попадала — всем было плевать на замученную мамашу с маленьким ребенком.
— Я честная женщина, работаю здесь служанкой, — говорю и поднимаю ладонь, чтобы показать ему небольшие мозоли, оставшиеся на нежной коже от древка метлы.
Дракон хмурится и берет мою ладошку, проводит большим пальцем по грубоватым участкам. Поднимает на меня глаза, в которых светится непонимание.
Щурится.
Затем его пальцы с силой сжимаются на моих запястьях и я недовольно шиплю.
И внезапно замираю перед ним, как перед удавом, вглядываясь во тьму, что плещется в его глазах. Это не просто заблудившийся молодчик, решивший подцепить красотку. Тут другое…
— Раз ты не девица легкого поведения, то может расскажешь мне о рубине Шарсо? — его губ касается кривоватая улыбка.
Он зол, но в то же время расслаблен, как хищник, знающий, что добыча не убежит от него.
Я удивленно распахиваю глаза, соображая, во что я вляпалась. Но меня ждет Эрик, он заперт снаружи. А если сын проснется и испугается?
Дракон берется за мой подбородок и вздергивает лицо наверх, чтобы рассмотреть получше, я же выбираю момент и толкаю его. Быстро наклоняюсь и подхватываю узелок, а потом замахиваюсь.
— Вы обознались, я тут всего лишь служанка. И за свою честь буду бороться, — произношу немного запыхавшимся голосом.
Пячусь спиной к выходу в зал и думаю, что постоялый двор, наверное, и правда не так чист, раз тут к служанкам пристают в коридорах.
Но дракон для разнообразия решает прекратить домогательства, складывает руки на груди и позволяет мне бежать.
Запираюсь в нашей каморке изнутри и вся дрожу. Эрик просыпается, что-то шепчет, но тут же снова закрывает глазки, а я зажигаю свечу и устраиваюсь рядом с сыном на кровати, пытаясь сложить мозаику.
Этот мрачный дракон знает меня! То есть, Лилию. Но кто он? Человек мужа?
Но я сильно изменилась и он мог поверить, что обознался.
Рубин Шарсо еще какой-то. Откидываю голову назад и думаю — во что ты меня впутала, Лилия, а?
На секунду мелькает мысль, что я столкнулась в коридоре с отцом Эрика, но он бы не дал убежать. Раз так основательно ищет, даже предлагает деньги, то уволок бы под стражу.
Теперь история Лилии видится мне не такой однозначной. В ней слишком много белых пятен. И оставаться здесь опасно — завтра придется снова пускаться в путь. В крайнем случае, потрачусь и куплю билет на дилижанс, если с купцами не получится договориться.
  
Глубоко вздохнув, перевожу взгляд на сопящего Эрика.
За эти годы я полюбила его, как своего. Он заполнил пустоту моего сердца, помог зализать раны и обрести смысл жизни.
Я ответственна за малыша, какими бы ужасными людьми ни были его родители.
В груди щемит от нежности и я, чтобы успокоиться, разбираю свои материалы для свечей.
В будущем я хочу усложнить процесс и начать создавать ароматизированные свечи. Возиться с воском так приятно, но я твердо намерена зарабатывать на любимом деле.
Пока что в моем арсенале воск, хлопковые фитили и самые дешевые стаканы. А вот ароматизаторы и красители я пока не смогла себе позволить. Накопила небольшую сумму, но, возможно, ее придется потратить. Обидно, конечно. У меня столько идей. Но Кохэм оживленное место, там свечи должны пойти даже лучше, чем в захолустном городишке, из которого я бежала.
Так что, когда прибудем, первым делом займусь изучением рынка.
 7 
Утром беру Эрика с собой на кухню. Малышу дают сытную кашу и я понимаю, что правильно поступила, устроившись здесь. Те немногочисленные продукты, что мы взяли с собой, успели закончиться в дороге.
Пожилая кухарка улыбается сыну и достает яблоко, а я наматываю мокрую тряпку на швабру и протираю пол. Работы много, а в перерыве нам надо ускользнуть на поиски купцов.
Ночью я много думала… Вспоминала прошлое.
Прохожусь тряпкой под рабочими столами.
— Эрик, солнышко, подними ноги, — прошу и мою пол.
В общем, не спалось, и я перебирала в памяти драгоценности, которые продала в первые годы жизни здесь. Среди них не было рубина. В основном, золотые украшения и мелкие розовые камешки. Ничего выдающегося.
И кулон, что я сдала в ломбард представлял собой прозрачную хрустальную слезу.
Возможно, рубин у Лилии? Она показала мне камень на цепочке, сказала, что там магии хватит на первую неделю, чтобы приструнить моего бывшего мужа и его любовницу.
Сжимаю пальцы на ручке швабры и мысленно шиплю.
Бросила сына и что-то украла у супруга дракона? Не удивлюсь, если они друг друга стоят.
В тот день я работаю до обеда. Эрика снова сытно кормят и я тоже перехватываю хлеб с маслом на ходу, но кусок в горло не лезет. Такое мерзкое ощущение, словно являешься частью игры, в которой ничего не контролируешь.
Мы сейчас бежим, но можем быть в любой момент схвачены.
Во второй половине дня удается собраться и улизнуть с постоялого двора. Я передвигаюсь с опаской, но никто не проявляет к нам интереса. Какая-то жуткая тишина, честное слово. Ощущение такое, будто муж прекратил поиски или…
Ох, не хочу думать. Выбора у меня все равно нет — я должна двигаться вперед.
Купцы остановились в большой гостинице на окраине поселения и я смотрю издалека на крепкое деревянное строение. Что я могу им предложить за помощь?
— Все-таки поедем в дилижансе, — произношу решительно. — Ты же сыт? — взъерошиваю волосы на макушке сына.
В последнее время он не любит телячьи нежности. Еще не огрызается, но старается мягко избегать. Особенно на людях. Вот и маскирую их так.
— Меня вкусно накормили, — улыбается Эрик.
А я все вздрагиваю, не следят ли за нами подозрительные лица? Боюсь снова натолкнуться на темноволосого мужчину, который встретился мне, пока я шла из прачечной.
Рубин Шарсо. Повторяю про себя несколько раз, чтобы не забыть.
— Нора! — раздается откуда-то звонкий голос и я не сразу понимаю, что это меня зовут. — Нора, Эрик!
А сын смекалистый — сразу схватывает ситуацию и толкает меня в бок, показывая пальцем в сторону частных экипажей. Они остановились возле гостиницы и, видимо, принадлежат купцам.
В окошко выглядывает симпатичная молодая женщина в забавных кудряшках. Полненькая, розовощекая, оживленная. Она машет мне рукой и я вспоминаю. Это она пряталась у меня в доме от строгого отца. Девушка она в теле, вкусная такая — вот старая Сью и приняла ее за жену дракона.