Исполнение (СИ)

— Простите, но что — «итак»? — спросила Меридия. Эльфийка театрально закатила глаза.
— Каждый раз одно и то же. Приделать, что ли, пояснение к табличке, что жующих сопли клиентов мы не обслуживаем? Так у нас совсем клиентов не останется. Ну, хорошо, милая, тогда начну я. У вас имеется… скажем так, трудность, которая существенно отравляет вам жизнь. И поделать ничего вы с ней не можете, не можете поделиться этим ни с кем из своих близких. И эта вещь сводит вас с ума, мешает просто жить и наслаждаться жизнью. Или я ошибаюсь?
— Нет, не ошибаетесь, — решилась, наконец, принцесса, — дело в том, что я недавно вышла замуж за…
— За принца Дитриха? — улыбнулась хозяйка, после чего, с удовлетворением посмотрев на недоуменное лицо Меридии, довольно продолжила, — нашу лавку хоть и нечасто находят, и всё же мы в курсе всего хоть сколько-нибудь важного, что происходит на драконьих островах. И это замечательно, что Лазурные и Сиреневые драконы, наконец, станут меньше враждовать. Быть может, у меня даже получится упросить Старших позволить мне на время перебраться в Триниагос. Всегда мечтала поработать с лазурными драконами…
— Ага, ага, — сказал ещё кто-то, и Меридия, повернувшись, увидела подземного гнома, — я тоже хотел бы поработать с лазурными драконами. Шкуры у них говорят, очень хорошие.
Гном был одет в типичную для охранников одежду: куртка, штаны, сапоги. На сапогах, кстати, принцесса отдельно заострила внимание: они были сделаны из драконьей кожи. Меридия тотчас обратилась к Лазури, и Цвет успокоил принцессу: кожа в своё время была подарена добровольно.
— Вот за это вашего брата и не люблю, — обиженно прогнусавил гном, которого только за звучание голоса хотелось придушить, — только на улицу прогуляться выйдешь, как сразу на тебя все начинают змеюками смотреть. Ну а я люблю свою обувку, и горжусь ею, и совершенно не желаю этого скрывать. Вон, какая она у меня красивая, нарядная, всем на зависть, и ещё деткам, и даже, может, внукам моим останется, — с этими словами он поднял левую ногу и принялся поглаживать сапог, с каждым движением всё больше нахваливая его. И когда Меридии показалось, что гном сейчас в экстазе начнёт тереться щекой о свою обувь, внезапно сгусток энергии унёс его за прилавок.
— Я приношу извинения, мы отвлеклись, — настойчиво сказал эльфийка, возвращая принцессу в нужное русло, — и что же не так с твоим новоиспечённым супругом? Ты внезапно поняла, что он тебе не пара, и не знаешь, как ему это сказать?
— Нет, что вы! — Меридия отчаянно покраснела и даже не заметила того, что хозяйка перешла на «Ты», — я люблю его, я всю жизнь ждала его, я так счастлива, что мы, наконец, вместе! И всё же…
— И всё же что-то не так, — кивнула эльфийка, после чего доверительно подмигнула и сказала, — я, конечно, понимаю, что говорить тебе об этом неприятно и, возможно, даже страшно, но всё же прошу довериться мне.
— У меня… у меня случаются видения. Постоянно, одно и то же видение. Там… там Дитрих. И он… он горит Янтарным пламенем… и мне кажется, что случится что-то ужасное…
Если до этого эльфийка смотрела мягко и доброжелательно, хотя инцидент с гномом явно ненадолго вывел её из себя, то тут она вмиг стала серьёзной. Вытащив колоду карт, хозяйка перетасовала её и наугад вытащила три. Меридия при одном взгляде на эти карты ахнула: она узнала редчайшую колоду гадательных карт, Звёздный расклад. Таких во всём мире насчитывается едва ли с десяток. Но эльфийке, по крайней мере, на данный момент не было большого дела до того, какой редкостью она владеет. Вместо этого она сосредоточенно смотрела на карты.
Выпавшими оказались торговец, мечтатель и льстец. После чего снова перетасовала и вытащила ещё три. К торговцу присоединился палач, к мечтателю — учёный, а к льстецу — судья.
— Простите… и что это значит? — удивлённо спросила принцесса, тоже немного разбиравшаяся в картах.
— Ничего это не значит, — шумно выдохнула эльфийка, убирая карты, — все три варианта оказались бесполезны для дальнейшего развития. Торговец никогда не станет торговать с палачом, мечтатель никогда не будет слушать учёного, льстец никогда не сможет умаслить судью. Скажи, — внезапно хозяйка в упор посмотрела на Меридию, — в этих своих снах… ты видишь его смерть?
 
— Я… не… нет, точно нет, — пробормотала Меридия, после чего с надеждой продолжила, — а это имеет значение?
Вместо этого эльфийка вытащила две игральные кости. Одна была белой с выгравированными чёрным симовлами. Другая, соответственно, чёрной с белыми обозначениями. Эльфийка трижды кинула кости. Первый раз на обеих выпали единицы, потом — шестёрки, потом — тройки.
— К сожалению, в твоём случае — ничего, — грустно сказала эльфийка, — всякая история имеет хотя бы два финала. И слишком уж много странностей сочетает в себе твой юный муж, чтобы можно было хотя бы примерно что-нибудь предсказать наперёд.
— И вы даже ничего не можете мне посоветовать? — огорчённо спросила принцесса.
— Совет-то я тебе, конечно, дам, а вот следовать ли ему — решай сама. А совет таков: если твоему мужу суждено сделать что-то судьбоносное, не мешай. Даже если ему придётся заплатить за это высшую цену. Потому что, развернув вектор его судьбы, ты сделаешь его несчастным на всю жизнь, ибо неисполненное предназначение будет мучить его до конца дней. И сама будешь так же несчастлива. Просто… продолжай быть рядом и поддерживать. Как бы банально это ни звучало. И тогда вполне возможно, даже если весь мир рухнет, вы сумеете удержаться на краю пропасти. Про мир это я, если что, образно, — поспешно добавила она.
— Да, я поняла. Спасибо вам большое, — кивнула принцесса. В принципе, обо всём, что Меридия здесь услышала, она могла бы догадаться и сама. Но внезапно для себя девушка обнаружила, что после того, как выговорилась, ей стало легче. Видение уже не стало навевать такие тоску и безысходность, и она даже начала верить, что и с последним испытанием Цветов справиться им с Дитрихом по плечу. И потому отдала эльфийке один драконий серебряк и покинула лавку.…
После девушка ещё долго блуждала по переулкам, но её это не угнетало. После всего услышанного хотелось именно тишины и покоя. Хотелось обдумать всё сказанное… и поверить, что из тупика, в который Дитриха загоняют Цвета, спасенье всё же есть. Надо лишь тщательно обдумывать все свои шаги и взвешивать последствия… то есть делать именно то, что у Меридии получалось, мягко говоря, не очень хорошо. С другой стороны — стимул научиться сейчас у принцессы более, чем достаточный.
— Папочка, я испекла тебе пирог, — раздался голос из дома, мимо которого проходила принцесса.
— Моя умница, моя красавица, моя рукодельница, — послышался в ответ голос мужчины, — вот увидишь, милая Нади, когда вырастешь — от женихов у тебя отбоя не будет.
— Ну да, если ты только их всех не разгонишь, — донёсся в ответ звонкий голос. Не успела Меридия похихикать над этой незатейливой шуткой, как перед ней внезапно возникло лазурное облако. И, в связи с тем, что принцесса уже с таким сталкивалась, она догадывалась, что за этим последует. И верно, через несколько мгновений облако приняло очертания её отца.
— Здравствуй, папа, — коротко кивнула Меридия.
— Приветствую, доченька, — кивнул отец, — тебе нужно возвращаться домой. Дитрих уже решил все свои дела в Тискулатусе и теперь он летит домой…
Меньше, чем через минуту из города ярким росчерком взметнулась светлая тень. Стрелой взлетев в небо, серебряная драконица уверенно взяла курс в сторону лазурных островов…
   
Часть 3
   
Глава 1
 
Тем временем Дитрих и Фалкеста летели обратно на драконий архипелаг. И сейчас, когда они остались наедине, он не мог не задать мучивший его вопрос ещё раз.
— Может быть, вы всё-таки поясните истинные причины вашего поступка? — спросил он, — вы ведь взрослый человек. Вы прекрасно понимаете, что эти драконы ради своих целей бросили вас на произвол судьбы. Вы для них не значите ничего. Почему тогда вам до них было дело?