Становление (СИ)

  
Глава 4
 
Вылетев из Стигиана ранним утром, В Триниагос Дитрих прилетел как раз к обеду. И, соответственно, изрядно проголодался — как ни крути, а вставшее на крыло драконье тело нужно было основательно кормить. Но пообедать так скоро ему было не суждено.
Как оказалось, свободно перемещаться принц мог только по Стигиану. В том же Триниагосе, который находился под прямым управлением Лазурного клана, принцу пришлось подтверждать свою личность. И хотя лазурные драконы относились к сиреневому гостю настороженно и с подозрением, всё же в адрес дракона королевской крови ничего лишнего себе не позволили. И хотя принц не был без меры самолюбив и тщеславен, для него стало неприятным сюрпризом, что другие сородичи могут смотреть на него настороженно и неприветливо. С другой стороны, с учётом того, какие гадкие слухи о нём порой распускали, стоило бы быть готовым и к подобному отношению.
К счастью, дальше косых взглядов дело не пошло. Принцу выписали пропуск и даже дали рекомендации касательно того, где он мог бы расположиться. К счастью, принцу удалось избежать полного расспроса о том, что он здесь делает, так как множество драконов прилетели сюда на Турнир Клыка и Когтя. Поэтому ответ Дитриха о том, что он приехал посетить данный турнир, стражу вполне удовлетворил. А уточнять, что он приехал в нём участвовать, принц не стал. Его же об этом не спрашивали. Вот и получилось ответить правдиво, но в духе: Я сказал, а вы понимайте, как хотите.
В рекомендованные места Дитрих решил не идти. Наверняка там сейчас не протолкнуться от драконов, а он по-прежнему хотел как можно дольше оставаться здесь незамеченным. В идеале он хотел записаться на Турнир в самый последний момент, чтобы ни у кого не осталось времени искать причины для отказа.
Поэтому принц неспешно прогуливался по Триниагосу. Домики здесь были не такие утончённые и изящные, как в Стигиане, но зато более крепкие и по-своему красивые. Кроме того, он заметил и свои особенности в этом городе. Отличительной чертой Стигиана было наличие множества кружков по творческим интересам. Дитрих лично видел: кружок пения, кружки стихосложения, кружки по игре на различных музыкальных инструментах, кружки по танцам, кружки по загадкам.
Однажды Олесии пришлось разрешать спор двух поэтических кружков. На этом мероприятии присутствовал и Дитрих. Главы кружков то и дело порывались выяснить отношения вручную. Каково же было удивление Дитриха, когда оказалось, что спор возник из-за того, что глава первого кружка, господин Кравец, настаивал на значимости такого литературного приёма, как амфибрахий, за что госпожа Ликана, ярая сторонница традиционного ямба, стукнула его по носу томиком стихов собственного сочинения и едва не выколола господину Кравцу глаз лорнетом. К счастью, Олесия в традиционной своей манере сумела полюбовно разрешить спор.
Так или иначе, все эти кружки спонсировались мэрией Стигиана, позволяя людям с искрой таланта реализовывать свои дарования. Однако, разумеется, существовала и система контроля. В любой день в рабочие часы кружка мог пожаловать любой дракон королевской крови и потребовать — именно потребовать — продемонстрировать последние достижения данного кружка, как то: зачитать поэму, спеть новую песню, станцевать новый или красиво воспроизвести уже существующий танец. Если дракон был недоволен результатами, то это заносилось в соответствующую ведомость в мэрии. Три неудачных визита королевских драконов подряд означали закрытие кружка.
Впрочем, кружки исправно показывали результаты. Иногда кружки объединялись и исполняли целые концерты. Причём совсем не обязательно было всегда выдавать что-то новое — новый ученик, искусно овладевший флейтой, был таким же равнозначным результатом работы кружка, как и новая написанная баллада или поэма. Так же активному развитию данных кружков способствовало и то, что самых выдающихся драконы приглашали в Сиреневый замок в День Зимнего солнцестояния для обеспечения как музыкального, так и для голосового сопровождения в виде баллад, песен, поэм и тому подобного. И платили за это очень солидные деньги. Настолько солидные, что человек, которому хоть раз посчастливилось попасть на такое мероприятие, мог считаться обеспеченным гражданином среднего класса и до конца жизни посвятить себя любимому делу.
 
Триниагос же специализировался на заведениях иного рода. То здесь, то там пестрели вывески: «Целебные травы ведуньи Акиньи», «Все средства от головной боли знахаря Виталана», «Здоровые кости и зубы» и тому подобное. Как видно, политика Триниагоса шла в уклон поддержания здоровья своего населения. Проходя мимо заведения с названием «Всё для здоровья ваших детей», Дитрих увидел, как на улицу выходит светловолосая, чуть полноватая женщина с ребёнком примерно годовалого возраста на руках и, вероятно, сам знахарь.
— Доктор, — как видно, не в первый раз спрашивала женщина, — с малышом точно всё нормально? Вы точно уверены в том, что он здоров?
— А вам, мадемуазель, хотелось бы, чтобы он оказался больным? — знахарь, оказавшийся горным гномом, снял очки и с наслаждением заморгал, глядя в синее небо.
— Разумеется, нет, — возмущённо ответила женщина, — но у него сопли, я же слышу.
— Это нормально, — ответил доктор, — иммунитет ребёнка адаптируется к здешнему воздуху. Это скоро пройдёт.
— Может, какие-нибудь травы… — заикнулась было женщина.
— Ничего не нужно, — прервал её гном, — если вы кормите ребёнка грудью — продолжайте кормить. Это самое лучшее, что вы сейчас можете для него сделать. Любые травы, настойки и лекарства — не раньше трёх лет.
— И я вам ничего не должна за консультацию? — с сомнением спросила женщина.
Гном, надевший было свои очки, снова снял их и посмотрел на женщину.
— Вы, видать, недавно сюда приехали, мадемуазель?
— Да, — тихо призналась женщина, — неделю назад. И всё тут так необычно. Лечат бесплатно. Кормят и комнату дают бесплатно. Ну, то есть, конечно, не совсем, я работаю, но мне работу в первый же день, как я обратилась, нашли. И малыша сразу в ясли устроили. Я так боялась, когда с последними вещами и ребёнком на руках на корабль до этих островов садилась, а теперь…
— Да, — важно кивнул лекарь, — драконы на редкость грамотно всё устроили. После истории с Убийцей они сделали правильные выводы. Здесь по большому счёту условие одно — не быть бездельником. И работу всякому ухитряются находить. Так что да, мадемуазель, не пожалеете, что перебрались сюда.
В этот момент гном оглянулся и увидел Дитриха, который вот уже минуту стоял на одном месте и притворялся, что рассматривает дом.
— Молодой человек, вы чего уши развесили? — недовольно спросил он, — у вас своих дел нет?
Дитрих смутился. Его сейчас, в самом деле, застукали за не самым благовидным занятием. Однако гном внезапно потянулся в карман и вытащил оттуда монокль в золотой оправе. Посмотрев на Дитриха в монокль, он присвистнул.
— Ну что же вы, господин дракон, сразу бы сказали, что меня ждёте, — он незаметно подал знак женщине с ребёнком, которая незамедлительно ушла по своим делам, — вы с проверкой? А я вас что-то не помню. Осмелюсь ли я уточнить: а где госпожа Ариадна, господин Хольдвиг или госпожа Меридия?
При последнем имени Дитрих напрягся. Хотя чего было ожидать? Если Меридия — принцесса своего клана, то и она должна была инспектировать специализированные заведения Триниагоса. Принцу очень хотелось задать гному вопросы о Меридии, но он сдержался.
— Вы ошиблись, уважаемый, — сказал Дитрих, — я — гость из другого клана и, как и множество других драконов, прибыл на Турнир.
 
— Ах, вот оно что, — гном с облегчением выдохнул, — а то как-то совсем не ожидал проверки, недавно вроде была. Да и я-то смотрю по моноклю: вроде высший дракон — а не припоминаю вас совсем.
Внезапно гном ещё больше смутился и виновато посмотрел на Дитриха:
— Вы, господин дракон, того… не рассердились, что я помянул… ну вы сами понимаете…