По ту сторону границы (СИ)

Долго же они готовили эту операцию, ох, как долго, столько времени было потрачено, столько человеческих ресурсов. Двое бойцов уже выписаны из госпиталя, ещё двое в тяжёлом, но стабильном состоянии.
- То есть ты считаешь, что оно само по себе может передавать какой-то радиосигнал? – спросил генерал, глядя на существо сквозь пуленепробиваемое стекло.
- Не знаю, - признал полковник. – Ничего нельзя исключать. Может и не радио-, но что-то подобное. То, что мы не понимаем принципа их общения между собой, не означает, что они этого не делают. Просто делают они это иначе, - полковник потёр переносицу. - Это всё равно, что пытаться объяснить средневековому крестьянину, что такое спутниковая связь.
- Да он бы на словах о проводном телеграфе вызвал инквизицию, чтобы из тебя дьявола изгнали раскалёнными щипцами, - ухмыльнулся Евстафьев.
- Скорее всего, так и было бы. Иногда ощущаю себя примитивным дикарём, который впервые увидел самолёт.
- Но идея с металлической сеткой и клеткой сработала.
- Да, потому что законы физики видимого мира – одинаковы для всех, - произнёс полковник. – Даже для странников. И это порождает ещё больше вопросов.
Полковник решил не уточнять, что само их присутствие в этом мире слабо согласовывалось с известными законами физики. Они могли пользоваться чужим оборудованием, разбирались в основных закономерностях и правилах, но как это работало, сам принцип – над этим надо было корпеть ещё очень и очень много времени, и не факт, что решение будет найдено при их жизни. А удачным решением это можно будет признать только тогда, когда они смогут воссоздать технологию или условия, благодаря которым они оказались здесь и благодаря которым на Земле то и дело появляются точки перехода в иные миры. Сейчас, кстати, новых выявляют всё меньше и меньше, да и старые становятся не такими стабильными и крупными, как раньше.
Замотанное в бинты и отрезки ткани, большей частью грязно-белого цвета, хотя встречались и цветные вставки, поверх которых был наброшен плащ с капюшоном (всё, что было на нём металлического, в том числе браслеты, медальоны и какой-то бронзовый шар, бойцы изъяли сразу же), существо более всего напоминало человеческую мумию, и потому одним своим видом производило зловещее впечатление. Хотели бы увидеть живую мумию? Наверняка, нет. И это совсем не то же самое, что видеть её в кино, или в музее. Ибо любая мумия - мертвец. А живой мертвец, априори, - табу. То, чего не может быть. И от того - существо страшное до жути, до дрожи в коленках, ибо противоестественно самой сути известного человеку мира и его законам.
Но существо в камере не было мертвецом. Оно было живым. Живым ровно в том понимании, в каком требовалось, чтобы человеческий разум воспринимал его таковым.
На Земле встретить одинокого странника было просто невозможно, там они ходили группами минимум по несколько особей, а иногда так и вообще целыми таборами, причём, как бы это не смешно звучало, зачастую маскировались именно под цыганский табор. Ну а что, остановилась такая группа кочевников где-то на отшибе, никто к ним особо не лезет, и вообще люди стараются обходить их стороной – чем не прикрытие? При этом они ещё и свой зверинец с собой таскали, точнее, их звери таскали их пожитки. И на скотинку эту они тоже накидывали морок, чтобы обычные люди видели коней да осликов. Хотя, ослики, это уже больше характерно для других территорий.
А здесь группы странников были гораздо меньше, и одинокие чужаки, скрывающиеся среди отрядов кочевников, встречались гораздо чаще. Указанное обстоятельство обоснованно наталкивало на мысль, что в этом мире их не так уж и много и пополнить свои ряды им просто некем. При этом скрываться они предпочитали почему-то именно среди кочевников. В городах они встречались гораздо реже, что стало известно благодаря переданным сайхетам фильтрам для оптики.
Иными словами, у странников здесь всё как-то не очень ладилось. И то, что они смогли взять одного из них живым, говорило в пользу этого.
Неужели этот мир для них своего рода тупик? И они в нём элементарно застряли? И поэтому хотят попасть на Землю? Впрочем, не зная, откуда они пришли, утверждать, что они не смогут пополнить свои ряды, было бы преждевременно. Сейчас нет, а потом кто знает. Надо всегда держать это допущение в уме.
  
Генерал Евстафьев снял специальные очки и вложил их в нагрудный карман. В отличие от полковника, он не мог видеть странников среди обычных людей, как бы не старался. Иногда, правда, у него почти получалось, но проще было использовать специальные фильтры.
- Как думаешь, у нас есть шанс, - генерал Евстафьев задумчиво смотрел на существо, которое теперь выглядело как самый обычный кочевник-дайхедд, лицо которого не выражало никаких эмоций, - его, так сказать, разговорить?
Полковник Смирнов и хотел бы сказать то, что желал услышать генерал, но не мог позволить себе такой роскоши. В данном случае, лучше всего было быть честным. И тем не менее...
- Хочу думать, что нам это всё-таки удастся. Главное понять, как они поддерживают коммуникацию между собой. И как они воздействуют на разум людей.
- Ты оптимист, Степан, - без тени иронии озвучил генерал. Похоже, он всё-таки и сам не верил в эту затею, но, тем не менее, заметил. – Но они же как-то общаются с местными, они точно знают языки и могут говорить в слышимом диапазоне. Я сам это видел.
- Общаются, - задумчиво подтвердил Смирнов, погружённый в размышления.
Да, поймать-то одного из странников они поймали, чего не могли позволить себе на Земле по ряду причин, и как бы это цинично не звучало, здесь этот фокус они рискнули провернуть только потому, что это была не Земля, и людьми, живущими здесь, в случае чего можно было пожертвовать. Им, конечно, тоже наступили бы кранты, но тут уж ничего не попишешь – издержки службы.
- А какие у меня варианты? - вопрос полковника был риторическим. – Будем искать к нему подход.
Что интересно, в камеру к страннику они заходили уже несколько раз, сначала с оружием и готовностью, в случае чего, открыть огонь на поражение, в том числе из огнемётов, а потом Смирнов решил войти в камеру сам, один. Генерал возражал, так как боялся потерять терять такого специалиста ради сомнительного результата, но Смирнов его убедил. И какого же было их удивление, когда странник никак не отреагировал на появление рядом с ним безоружного человека. Может, причиной всему был небольшой секрет полковника в виде его обычно невидимого спутника? Что же, в следующий раз в камеру через шлюз вошёл уже доброволец из подчинённых полковника – никакой реакции. Потом запустили женщину, чтобы уж убедиться наверняка – продолжает стоять посреди камеры, а приборы не фиксируют никакой активности. Они даже рискнули и посмотрели в глаза страннику – но ожидаемого эффекта не последовало.
Существо не двигалось подобно замершей навечно большой кукле.
- Верно, Стёпа, вариантов у нас не так уж и много. Ты уж постарайся со своими мозголомами, взломай его. Либо ОНО нам расскажет, что нас может ожидать и почему, либо...
- Либо? - не оборачиваясь, поинтересовался полковник.
- Ты и сам знаешь.
- Знаю. Вот только мне не известны последствия такого решения.
И действительно, одно дело захватить странника, другое – его ликвидировать. Пока что робкую надежду на благоприятный исход внушало то обстоятельство, что другие странники в этом мире не проявляли никакой активности сверх той, что обычно наблюдалась за ними. Да, они тогда появились на месте захвата, видимо перед тем, как его завернули в металлическую сетку, пленник успел сообщить своим собратьям о данном факте. И оставалось только догадываться, какая информация к ним ушла. Успел он сообщить, кто именно его пленил? Или нет? Или сообщил что-то совсем другое? Вдруг он решил, что его схватили не земляне, а местные? Хотя нет, в последнее верилось мало, так как аборигены из кочевников не могли их видеть ни при каких условиях. Разве что посчитали его одиноким дайхеддом, в лице которого решили свести с ними личные счёты. Но это тоже было маловероятно, уж очень хорошо странники могли манипулировать местным населением.