Оружейник (СИ)

  
Глава 17
 
Уже оседлавший свой байк Головин, приложил к нему свою ладонь, чтобы включить питание.
— Сюда кто-то из ваших бежит, — Чимир выбросил вперед руку, показывая на быстро приближающегося бойца.
Турок и Куба синхронно переместили свои взгляды в указанном направлении.
— Нарушение периметра! — крикнул им еще издали, спешащий к ним вестовой.
— Черт, кого там еще принесло?! — встревоженный Головин, соскочил с машины, — Там же удвоенные посты, как они смогли их обойти?!
— Сигнал получен не со стороны входа, а из глубины разлома! — доложил боец, — Там наших постов нет. Согласно протоколу, только дежурная сигналка была установлена.
Головин отпустил вестового взмахом руки, и бросил быстрый взгляд на Чимира.
— Это ваши, что ли, барагозят? Маршрут поменяли?
— Нет, я бы знал. Да и вас бы предупредили. Скорее всего это сначеры.
— Бегом туда. Куба, сними с постов человек двадцать, и пулей за нами. Это может быть отвлечением внимания от входа, так что там пусть не расслабляются.
Выскочив на поляну, где раньше находилась станция, Турок и Чимир перебежали ее, лавируя между пасущимися хеасами. Куба, запрыгнув на первого попавшегося дракона, помчался ко входу в разлом.
Из глубины леса послышались автоматные очереди. Перекинув на бегу скаллер из-за спины на плечо, Головин знаками показал Чимиру "Расходимся". Тот понятливо кивнул, и стал забирать немного левее. Сам Турок начал смещаться вправо по ходу движения. Через полминуты затихшая было стрельба возобновилась с новой силой. Чимир, находящийся в зоне видимости Турка, показал рукой направление, и показав раскрытую пятерню четыре раз подряд, добавил под конец еще два пальца.
"Двадцать два вооруженных рыла. Кто, и главное — откуда?!"
Головин терялся в догадках, пока сам не подобрался поближе к месту перестрелки, и не зашел за спины людей в камуфляже, которые вели бой с невидимым отсюда противником.
"Шевроны Тыналиных! Как же они смогли нам в тыл пробраться? Или они тут и были?.."
И только через пару секунд его пронзила мысль — а с кем, собственно, у тыналинских бойцов идет перестрелка? Тут больше никого не могло быть. С этой мыслью он и начал не спеша нейтрализовывать камуфлированных вояк ослабленными разрядами скаллера. Заметив, что их противник стреляет все реже и реже, из-за деревьев начали появляться одетые кто во что горазд люди. Они без излишнего фанатизма, потихоньку приближались, перебегая от дерева к дереву, и изредка постреливали в сторону автоматчиков из охотничьих ружей и карабинов. Пока наконец не сообразили, что стрельба закончилась и наступила полная тишина. После чего, они осторожно, с оглядкой заняли прежние позиции бойцов клана Тыналиных, внимательно проверяя неподвижные тела противников в камуфляже. Через пару минут все собрались вокруг своего предводителя, озираясь в недоумении.
— Мороз, а как это? Мы что, их всех за одну минуту завалили? — прозвучал из толпы, мучивший всех вопрос.
— Вот и я не пойму… — здоровенный бородатый, почти седой мужик, носком сапога перевернул ближайшее к нему тело и присел рядом, — В нем и дырок-то нет. Да и крови не видать.
— А этот живой! Только без сознания! — громко крикнул кто-то в стороне.
Бородатый положил свою ладонь на шею лежащего тыналинца, и через секунд десять так же громко пробасил:
— И этот живой… Что встали?! Пакуйте их пока не очухались, потом разбираться будем!
Головин показал знаками маячившему невдалеке Чимиру, чтобы тот не вмешивался.
"Пусть пока вяжут, моим работы меньше."
Через десять минут "упаковка" бойцов недружественного клана закончилась. Видимо, вожак этой толпы, непонятно откуда взявшихся людей, свое дело знал хорошо — тела были перенесены в одно место и аккуратно разложены рядком. После чего Головин подал сигнал Чимиру, и они вдвоем быстро обездвижили всех присутствующих разрядами скаллеров. Люди не понимали, почему их соседи валятся на траву в полной тишине и повинуясь панике, начали палить из своего оружия во все стороны. Помогало это слабо, а точнее — вообще никак. Уже через минуту они все лежали без сознания рядом со своими противниками.
 
Головин подошел к телу вожака, пустые глаза которого бессмысленно пялились в небо.
— А ведь я тебя помню, — тихо произнес Турок, — Привет, дядя Гриша, вот и свиделись.
Пока прибывшие с Кубой волкодавы грузили на драконов неподвижные тела, Головин приводил в чувство своего старого знакомого. Проходивший мимо Чимир поинтересовался:
— Можно поучаствовать в допросе?
— Я не допрашивать собираюсь. Поговорить надо… это егерь местный, тут раньше заповедник был, мы сюда отдыхать ездили, — отозвался Головин, хлопая по щекам бородатого вожака.
— Ясно, — Чимир присел рядом, перекинулся в демона и внезапно засадил свой острый коготь, прямо в шею лежащему.
— Ты чо творишь-то?! — вскочил Турок.
— Через минуту очнется, — обтерев коготь об одежду бородатого, тоже встал Чимир, — У вас там нервный узел, который блокируется разрядом. Я его разблокировал. Извини, иглы с собой нет, но за чистоту когтя ручаюсь — заражения не будет.
Головина передернуло, он шумно выдохнул, и перевел взгляд на тело, обладатель которого начал шевелиться. Приподняв за подмышки, Турок прислонил его к стволу дерева.
Тело моргнуло. И икнуло.
— Григорий Иваныч… — тихо позвал Головин.
— А-а-а… Ты кто и чо надо? — все еще не пришедшее в себя тело подняло руки и вцепилось в воротник куртки волкодава.
— Да я это, Дима Головин. Из Курежа.
Тело подумало и сфокусировало взгляд на лице Турка.
— А и вправду ты… — прошептал бородатый, — Только ты какой-то слишком взрослый, Дима. Хотя… служба у тебя не сахар.
***
— Мы сюда так близко и не подходили никогда, — дядя Гриша неторопливо прихлебывал горячий чай, — Много народа у нас за этот год пропало. Все, кто в город уходил или на охоту, обратно уже не возвращались. И к нам никто не ходил и не приезжал. До сегодняшнего утра.
— А что утром? — влез любопытный Куба.
— А утром, милок, все пропавшие в поселок-то и вернулись. Не скопом, конечно, а кто как пропадал — кто по одному, а кто и вдвоем. Вот тут-то и началось. Бабы голосят, дети сопливые плачут. Нюрка орет — самозванцы явились, бабки старые кричат о покойниках по наши души. Ну с Нюркой-то понятно — она, как мужик пропал, с другим тут же сошлась, а вот когда про покойников разговоры пошли, то даже я струхнул, мертвяков я с детства боюсь. В общем, схватились мы за ружья, но и у вернувшихся не пугачи были. Хорошо еще до смертоубийства не дошло, мало-помалу разобрались. Все живые. Только заплутали непонятным образом. Это лесники-то да егеря… Все как один сказали, что недавно ушли, а вернулись… Такие вот дела. Подлей-ка, малец, — бородач протянул кружку Кубе.
Головин хохотнул, в Кубе было полтора центнера сплошных мускулов. "Малец" улыбнулся, и подлил горячего чая в подставленную посудину.
Дядя Гриша отхлебнул из кружки и зажмурился от удовольствия.
— С сахарком… М-м-м…
— С этими-то уродами как воевать начали? — задал вопрос Головин.
— Правильное название ты им дал, Дима. А пока мы кумекали что к чему, эти супостаты аккурат к обеду на поселок-то и вышли. И давай палить с автоматов без разбору, — старый богатырь посмурнел, — Пятерых наших положили. Ну, мы их обложили, да и погнали. В поселке же поголовно все охотники, даже бабы при заповеднике работали.
— Неформатное пятно, — негромко сказал Чимир, — Случается временами такая аномалия. Станция качает время почти равномерно, но иногда образуется пузырь, в котором время течет немного по-другому. Вокруг такого вот пузыря очень медленное время, а внутри — быстрее, чем в зоне откачки, но медленнее чем снаружи.
— А по-простому можно? — вскинул голову дядя Гриша, чтобы посмотреть на стоящего Чимира.